Филип Уомэк – Как натаскать вашу собаку по античности и разложить по полочкам основы греко-римской культуры (страница 9)

В ведении Посейдона также находились кони – то ли потому, что он первым из богов их приручил, то ли потому, что стал отцом первого коня.

Третьему брату, Аиду, то ли из-за того, что он прозевал, то ли из-за того, что он изначально имел мрачный характер, досталось в управление подземное царство. Я его представляю себе этаким Гамлетом: в черном одеянии, стоит слегка в стороне, отпускает саркастические замечания. Его латинское имя, Плутон, означает «богатство».

– Золото? – спросила Уна. – Золото в шахтах?

– Нет, речь идет про души. В этом видится ирония, учитывая, что они там ничего особо не делают. Аид не сильно волнует олимпийцев, его изображали не очень часто. Аид не просто бог мертвых, он еще и воплощение смерти, – довольно страшный тип. А ворота в его царство, Уна, сторожит трехглавый пес Кербер (Цербер).

– Керррберрр! – прорычала Уна. – А зачем ему охранять подземное царство? Кому туда вообще захочется попасть?

– По интернету несколько лет назад гулял мем: щенок-Кербер охраняет вход в адик. Взрослый Кербер пугает тех, кто хочет оттуда выйти, посильнее. В общем-то никто туда не хочет, кроме разных героев, которым взбрело в голову что-нибудь попросить у Аида. Наверное, его бесили все эти люди, то и дело дергающие его по всяким поводам. Ни минуты покоя!

Некоторые полагают, что имя Кербер означает «пятнистый», но это крайне маловероятно. Хотя он приветственно вилял хвостом новоявленным душам умерших. Наверное, это поднимало настроение, особенно после жуткой переправы через стигийские воды с лодочником Хароном.

Разговоры там, могу представить, были не из приятных, хотя уж Харону-то должно быть известно множество сплетен. Так себе работенка – переправляться вечно туда-сюда по водам реки Стикс. Но он в ней многого достиг-с.

Уна закатила глаза.

– Кербер должен был не выпускать людей назад. Есть более убедительное объяснение его имени – «рычащий».

Уна кивнула. Ей тоже оно казалось лучше.

– Греческий поэт Гесиод называет Кербера «медноголосым адовым псом» и наделяет его пятьюдесятью головами. Но пусть это не портит твое представление о нем. У его брата по имени Ортр (Орф) было только две головы.

– А с ним что стало?

– Его убил Геракл – это был побочный ущерб одного из его подвигов. Но у этого Ортра хотя бы был змеиный хвост в отличие от того же Кербера.

– О! А откуда взялись все остальные боги?

Я сел на скамейку, взял палочку – прямо как Одиссей, когда хотел произвести впечатление на Калипсо, рисуя перед ней на песке схемы троянских сражений.

– А вот и остальные.

Родилась из пены, которая получилась в результате попадания в море отрезанного пениса Урана, – Афродита, богиня любви.

Родилась от союза Зевса и Дионы – тоже Афродита.

Дважды рожденный. Первый раз выхвачен из утробы умирающей матери, второй раз вытащен из бедра у Зевса – Дионис, бог вина.

Родилась у Зевса от раскалывающей голову боли – Афина, богиня ткачества и войны.

Не родился от Зевсовой головной боли – брат-близнец Афины, оставшийся у Зевса в голове.

Родился, собственно, в браке у Зевса и его сестры/жены Геры – Арес, бог войны.

Родился от Зевса и нимфы Майи – Гермес, бог-посланник и хитрец.

Родились от Зевса и нимфы Лето – Аполлон и Артемида, близнецы, боги света, охоты и разных других вещей.

Родился в результате Гериного партеногенеза (рожден без зачатия) – Гефест, бог огня и кузнец.

У Зевса с Герой был только один сын в браке – бог войны Арес. Акулы способны к партеногенезу, то есть к девственному зачатию и рождению, от греческих слов παρθένος «дева» и γένεσις «рождение». Гера тоже так умела и, страшно возмущенная появлением Афины из головы своего мужа, умудрилась произвести на свет хромого бога Гефеста в качестве вечного упрека.

О рождении Афродиты две истории, что указывает на изменчивость мифа. Первый – про Афродиту Уранию, где она предстает как первозданная сила любви. Версию рождения Афродиты из морской пены можно увидеть на картине Боттичелли: богиня в раковине приплывает на берег, – правда, никакого намека на отрезанные части тела отца, к счастью, нет.

Во втором варианте Афродита – дочь Зевса и богини Дионы. Она соединяет в себе двух Афродит сразу, также для римлян она – Венера (божество исключительной важности, так как она была матерью Энея, от которого римляне вели свое происхождение). Она представляет мощную силу: в философской поэме Лукреция «О природе вещей» поэт взывает к ней как к матери римского народа и как к высшей рождающей силе.

Боги и богини изменчивы. Они берут черты от других богов, сливаются с ними, вполне способны быть более чем одной сущностью в один момент времени. Одно из преимуществ быть богом!

– А другие?

– Бессмертие, разумеется. Хотя, кажется, это не так уж однозначно, как могло бы быть. Но можешь выбрать себе любого смертного. А еще можешь влиять на людские дела, а сам не испытывать настоящей, серьезной печали.

Теперь, я думаю, тебе интересно: а что там с Купидоном? Его образ озорного ангелочка прилетел к нам из римской традиции. Мощь его практически совсем исчезла из-за коммерциализации и превращения в мультяшный персонаж – большеглазого улыбающегося младенца, который соединяет влюбленных в Валентинов день. Его образ слился с греческим Эротом (Эросом), что буквально переводится как «любовь», в греческой мифологии он был очень важной фигурой. Он либо один из древнейших богов, либо сын Афродиты. Он появляется во многих мифах со своей способностью вызывать в богах и людях любовь – зачастую из озорства. Есть еще замечательная история про Амура и Психею, где он случайно стреляет сам в себя.

– Эрос. Не его ли скульптура на Пикадилли?

Уна хорошо знает, чем там пахнет, частично даже сама в этом повинна.

– На самом деле это не Эрос.

– Неужели?

– Так и есть. Это Антерос, его брат. Другое божество, близнец Эроса, олицетворяет взаимную любовь. Обычно изображается с крыльями бабочки, а Эрос – с птичьими, правда, у того, что на Пикадилли, крылья похожи на птичьи.

Скульптор тем не менее довольно ясно показал, что это его более взрослый и вдумчивый брат.

– Ха! А другие есть?

– Насколько я знаю, нет. Но у любви множество форм, и философы пытались их классифицировать. Платон, например, различал два типа Эроса – обыкновенного и божественного. Первый – это телесное влечение; второй связан с первым, но выходит за пределы материального и движется к почитанию Прекрасного в идеальной форме. Здесь Эрос помогает человеческой природе достичь божественного.

– «Мои святые – Вакх, Эрот, – пробормотал я. – Цари – стакан, любовь»[27]. Это начало стихотворения, написанного графом Рочестером, звучит вполне невинно, но концовка его была бы для Уны, пожалуй, перебором: Рочестер, первоклассный распутник XVII века, явно предпочитал земного Эрота божественному.

Вакх, или Бахус, – подходящее божество для Рочестера. Так его звали в Риме, а для греков он был Дионис. Говорили, что он пришел с Востока – экзотический, сбивающий с толку, неся с собой дар или проклятье – вино. Он дважды рожденный: он вышел из утробы Семелы, толкаясь и крича, ровно в тот момент, когда Зевс предстал перед ней во всем своем величии (об этом попросила его сама Семела). Зевс спас младенца и выносил его в своем бедре – наверное, это была первая интенсивная терапия в мире.

– Бахус – звучит угрожающе.

– Так и есть. Остерегайся его поклонниц – менад: они носятся в бешенстве по окрестностям и разрывают на части животных и людей в яростном экстазе. Название «менады» связано с «манией». Экстаз – выход из себя – очень важная часть вакхического ритуала. К такому состоянию довольно близки гедонисты на рейвах.

Однажды я был в Джараше в Иордании – это почти полностью сохранившийся римский город. Перед тобой протягиваются белые колоннады, видна пустыня. В полном одиночестве ранним утром я вошел в храм Вакха и, так как вокруг никого не было, стал выкрикивать вакхический вопль: «Ио! Ио!» Он отразился отовсюду эхом, и я крикнул снова. В этот тихий миг казалось, что вот-вот я призову самого бога. Я услышал, как где-то упал камешек. Блеянье козы? Могло такое быть? Я еще раз крикнул: «Ио, ио!» Но из-за угла вышла всего лишь группа немецких туристов в удобной походной одежде – они надеялись увидеть, как разыгрывают дионисийский ритуал. Они были разочарованы зрелищем, увидев вместо юных жриц всего лишь меня в джемпере и вельветовых брюках. Я подхватил свой рюкзак и благополучно скрылся.

В пьесе Еврипида «Вакханки» показано, что бывает с теми, кто отказывается верить в этого бога: когда Вакх приходит в Фивы и требует поклонения, царь Пенфей полагает, что он самозванец. Вакх изменяет свой облик, приходит к царю и отправляет его подглядывать за менадами, в числе которых мать царя и ее сестра. Они в экстатическом припадке обнаруживают его и расчленяют, и его мать приносит его голову обратно во дворец, принимая ее за львиную, – одна из самых шокирующих сцен во всей греческой трагедии. Вакх сильнее, чем любое другое божество, отражает идею чего-то другого. Он на грани вещей! Он ездит на больших кошках! Летает! Любит театр! Короче говоря, он самый крутой бог! И с ним лучше не ссориться.

Сейчас ученые полагают, что Вакх не пришлое божество, а древнегреческое: его имя встречается в архаических списках. Его дикость не сочеталась с идеей разумной греческой соразмерности, поэтому ученые считали, что он появился откуда-то со стороны.