Филип Уомэк – Как натаскать вашу собаку по античности и разложить по полочкам основы греко-римской культуры (страница 10)

Его образ очень важен для понимания античного мира: он представляет собой оттенок опасности и тайны, противопоставленных явной строгости и чистоте остальных богов. Он подходящее божество для нашего времени: раскачивает лодку, сбивает с толку. Он не вписывается в принятые представления о классической нравственности и поэтому так интересен.

Вообразим себе сцену на Олимпе. Туда заваливается Дионис, весь такой гламурный, в подпитии, пришел с отличной вечеринки, одет в леопардовую шкуру. Спотыкается о копье своей старшей сестры Афины. Она смотрит на него неодобрительно и цокает языком. Мне кажется, Афина все время цокает языком. Она была могущественной богиней, рожденная из головы, крепкая умом, ее всегда изображали в полном вооружении и почти всегда с ее наводящей ужас эгидой (αἰγίς).

– Наводящей ужас?..

– В Оксфордском словаре античности такое объяснение: «большой круглый нагрудник с чешуей, обрамленный змеиными головами, обычно с головой горгоны посередине».

– Но… Нагрудник – это слюнявчик? Что же в нем ужасного?

– Видела бы ты Афину в таком нагруднике, ты бы так не говорила. Афина отвечала за ремесла и войну. Незамужняя девушка много времени проводила за ткачеством, в то время как нерожавшая женщина, как Афина (и ее помешанная на охоте сестрица Артемида), была «мужеподобной» и, возможно, воительницей. Античные писатели восхищались женщинами-воительницами, это видно по мифам о Пентесилее и Ипполите – обе они были царицами грозного легендарного женского племени, известного как амазонки.

В Илиаде Афина снимает женское платье и облачается в Зевсову броню, чтобы вступить в битву.

Это единственная богиня, чье имя явно связано с городом – Афинами. Ее римское имя – Минерва – дано любимому персонажу серии книг Дж. К. Роулинг о Гарри Поттере – мудрой ведьме Минерве Макгонагалл, которая также отлично проявляет себя в сражении.

Война была очень важна для древних. Было еще одно важное божество, связанное с войной, – Арес, – впрочем, довольно напыщенное, и никто его особо не любил. Афина – это такая староста, член шахматного клуба, капитан команды по фехтованию и собирает кубик Рубика за минуту, а Арес из тех, кто поливает себе голову пивом и порой врезается в стеклянные двери: она воплощает стратегию, он – грубую силу. Она, как генерал верхом на коне, в ходе сражения спокойно и разумно отдает приказы, а он как танк, крушащий все на своем пути. В Илиаде есть любопытный момент, когда герой Диомед вступает в бой с богами. Ему удается ранить Афродиту, она с воплями убегает с поля битвы; а потом он ранит Ареса, и тот незаметно ретируется на Олимп и жалуется своему отцу Зевсу: «Па-а-а-па-а!»

Для греков Арес был неоднозначным существом: война необходима, но разрушительна. Чтобы защищаться, наряду с Аресом нужна была Афина, то есть стратегия. Римский эквивалент Ареса – Марс – имел еще другие черты, например ассоциировался с растительностью и лесами. В военном своем аспекте он был для римлян исключительно важен, и военные учения в Риме проходили на Марсовом поле. А вот к шоколадным батончикам Mars он никакого отношения не имеет – они названы по фамилии кондитера.

Марс был отцом легендарных близнецов Ромула и Рема, в результате ссоры которых был основан Рим. Война у них была в крови, причем вполне буквально, а еще они были вскормлены волчицей и совершенно не пропитаны молоком сердечных чувств.

Если бы из греческих богов вы знали только Диониса и Ареса, ваше мнение о греческих богах как о жестокой компании было бы простительно. К счастью, есть еще Аполлон. Это единственный бог, чье имя одинаково звучит у греков и у римлян; он и его сестра-близнец Артемида – боги-девственники. Аполлон традиционно ассоциируется с солнцем и заместил титана Гелиоса, а Артемида заняла место Селены. Аполлон, самый привлекательный бог, ассоциировался с музыкой, светом и стрельбой из лука; еще он был известен как Аполлон Сминфей – мышиный бог.

– Ему поклонялись мыши?

Уна отвлеклась от занимательного кулька из-под фиш-энд-чипс, который как раз обнюхивала.

– Нет. Он заведовал чумой, которую разносили грызуны, – именно поэтому в начале Илиады жрец взывает к нему с мольбой наслать мор на ахейское войско. Один из эпитетов Аполлона – «далеко разящий», а его стрелы священны. А с его сестрой Артемидой мы уже встречались.

Уна почтительно поклонилась.

– Я потом в ее честь поймаю белку, – сказала она.

– Отлично. Однажды Аполлонов лук украл Гермес. Мне всегда был очень симпатичен этот юный бог. Гермес был хитрецом еще когда носил коротенькие штанишки. Он был посланником богов (как и Ирида), а еще провожал души умерших в подземное царство, за что получил прозвище Психопомп.

В римской мифологии его зовут Меркурий – это слово также означает ртуть, что отражает два его качества: он сверкающий и подвижный. Он носил жезл, вокруг которого обвивались две змеи, – кадуцей. Его в качестве символа некорректно присвоил Медицинский корпус армии США. На жезле бога врачевания Асклепия (он сын Аполлона) только одна змея.

– Так, кто у нас еще остался? – Я мысленно пробежался по всему пантеону, надеясь, что никого не забыл. – Ах да. Гефест. Мы уже знаем, что он появился в результате девственного зачатия; также ты убедишься в том, что на Христа он при этом совершенно не похож. У римлян его звали Вулкан, и он взял в жены Афродиту (к ее большой досаде: ей гораздо больше нравились эфебы[28] вроде Адониса или жилистые воины вроде Ареса). Это бог-кузнец, а еще бог огня, и его хромота означает, что он не представляет угрозы. Другие боги часто развлекаются, глядя, как он хромает. А еще он создатель разных бессмертных бронзовых псов, а еще первых роботов.

– Роботов?

– Ну да, у него есть бронзовые служанки, ходящие и говорящие. Роботы!

Я остановился перевести дыхание. Уна глядела вдаль, задумавшись то ли о бронзовых псах, то ли о белках. Теперь мы были в лесистой части Риджентс-парка – там можно себя почувствовать почти как на природе.

Если бы не офисные работники с фрисби и не семейный пикник с участием гиперактивного малыша, я почти мог представить себе, как фавн скрывается за деревьями или как дриада протягивает руку, хлопает меня по плечу и тотчас исчезает в шелестящей листве.

Мелиады – древесные нимфы ясеня. Древние. Тоже рождены от крови Урана после оскопления.

Дриады – нимфы деревьев вообще.

Гамадриады – связаны с конкретными деревьями.

Альсеиды – нимфы рощ и долин. Любят виски.

Ореады – горные нимфы. Крепкие такие.

Наяды – водяные нимфы. Склонны уводить за собой красивых мальчиков.

Гидриады – тоже водяные нимфы. Тоже любят красивых мальчиков.

Нереиды – морские нимфы. Разговаривают как пираты.

Океаниды – океанские нимфы. Загадочные.

Леймониады – нимфы лугов. Любят цветы.

Псаммеады – песчаные нимфы. Но только у Э. Несбит.

Фрисби приземлился мне на ногу. Уна схватила диск и стала с ним носиться. Мне понадобилось какое-то время, чтобы вырвать фрисби из ее челюстей; снаряд вернули хозяевам с извинениями. Мы пошли дальше.

– Всеми этими меньшими божествами заведовал великий бог Пан, чье имя означает «всё». Его часто изображали с козлиными ногами, и у него много общего с сатирами, а следовательно, с Дионисом. Он был духом лесов и дикой природы, не олимпийцем. Хотя чисто по субординации он подчинялся Зевсу, он в большой степени самостоятельное существо, напоминающее о существовании всего звериного и непредсказуемого.

– А Питер Пэн в честь него назван?

Уне нравится эта книга, потому что там играет важную роль собака Нана, которая присматривает за детьми семейства Дарлингов. Правда, Уна считает, что она бы справилась гораздо лучше. У меня еще будет шанс проверить это с моим ребенком, да и в античности животные-няньки широко представлены. Мы уже видели волчиц и коз в качестве кормилиц, также в этой роли вы обнаружите ланей, лошадей, свиней и коров. Предполагается, что бога врачевания Асклепия выкормила пастушья собака.

– Может, она была моим предком?

– Барри работал вполне в рамках классической традиции. Царя Мидаса вскормили муравьи, что довольно странно; более логично, что пчелы кормили медом младенца Зевса. Мир животных всегда был рядом.

Конечно, имя персонажу Джеймса Мэттью Барри дал бог Пан, и в Эдвардианскую эпоху он был мегапопулярным. Хотя у Питера Пэна больше общего с Ганимедом – он всегда остается юным. Особенно если учесть, что и у святого Петра (Питера), и у Ганимеда есть ключи к небесам.

На обложке первого издания книги Кеннета Грэма «Ветер в ивах» изображен Пан – отсылка к эпизоду, в котором Крыс ищет потерявшегося выдренка и находит его окруженным заботой Пана[29]. И там его настигают будто бы религиозные переживания. Пан мог вызывать состояние, называемое панолепсией, – собственно, одержимость этим божеством.

Уна иногда поднимает уши, как будто антенны, хотя вроде бы вокруг ничего особенного не происходит, – может, принимает сигналы от Пана?

– Еще Пан – как говорили, единственный бог, который умер. В Илиаде есть момент, когда мы узнаём, что Ареса однажды связали и заключили в бронзовый сосуд, и он там чуть не отдал концы. Но ключевое слово «чуть не» – он все равно бессмертен.

Плутарх рассказывает, как один моряк, проплывая мимо острова, услышал божественный голос, который возвещал: «Великий бог Пан умер!» Эту историю связывали с началом христианской эры и с упразднением старого образа мыслей.