Филип Пулман – Чудесный нож (страница 32)
Лира заметила его участившееся дыхание и сжатые кулаки, но у нее хватило такта не спрашивать, что с ним: это касалось только его, а не ее. Наконец он глубоко вздохнул.
– Что ж, – сказал он, – попытка не пытка.
Он двинулся к дому, и Лира пошла следом за ним, стараясь не отставать. Обоим было очень не по себе.
У двери висел старомодный шнурок, который надо было подергать, – Лира привыкла к таким в своем мире, но Уилл не сразу сообразил, как он действует. Когда они потянули за него, где-то в глубине дома звякнул колокольчик.
Дверь открыл тот самый слуга, что вел машину, только теперь у него на голове не было форменной фуражки. Сначала он посмотрел на Уилла, а потом на Лиру, и выражение его лица чуть изменилось.
– Мы хотели бы увидеться с сэром Чарльзом Латромом, – сказал Уилл.
Его подбородок слегка выдвинулся вперед, как вчера вечером, когда он защищал кошку от детей с камнями. Слуга кивнул.
– Подождите здесь, – ответил он. – Я передам сэру Чарльзу.
Он закрыл дверь. Массивная, дубовая, она была снабжена двумя тяжелыми замками и засовами наверху и внизу; впрочем, подумал Уилл, ни один взломщик, если он в своем уме, все равно не полезет в дом через парадный вход. Кроме того, на самом виду висело устройство охранной сигнализации, а на каждом углу по фасаду были укреплены большие прожекторы: вору не удалось бы и близко сюда подойти, не то что проникнуть внутрь.
Вскоре ребята услышали уверенные шаги, и дверь отворилась снова. Уилл посмотрел в лицо этому человеку, который имел так много всего, что хотел иметь еще больше, и увидел, что оно гладкое, властное и спокойное, без тени вины или стыда.
Чувствуя, что Лира рядом с ним едва сдерживает гнев и нетерпение, Уилл быстро сказал:
– Простите, но Лира думает, что вчера, когда вы подвозили ее в машине, она по ошибке оставила там одну вещь.
– Лира? Но я не знаю никакой Лиры. Очень необычное имя! У меня есть знакомая девочка по имени Лиззи. А ты кто такой?
Проклиная себя за оплошность, Уилл сказал:
– Я ее брат. Марк.
– Понятно. Здравствуй, Лиззи, – или ты все-таки Лира? Как бы там ни было, входите.
Он посторонился. Ни Лира, ни Уилл не ожидали такого; собравшись с духом, они неуверенно переступили порог. В холле было сумрачно и пахло цветами и воском. Все поверхности здесь были чистые и отполированные, а в шкафчике красного дерева у стены стояли изящные фарфоровые статуэтки. Уилл заметил поодаль слугу, который словно ожидал дальнейших распоряжений.
– Пойдемте ко мне в кабинет, – сказал сэр Чарльз и открыл одну из дверей, выходящих в холл.
Он говорил вежливо, даже приветливо, но что-то в его поведении заставляло Уилла держаться настороже. Кабинет оказался большим и удобным – мечтой любителя посидеть в кожаном кресле и выкурить сигару. Здесь было много книжных полок, картин, охотничьих трофеев. В трех-четырех застекленных шкафчиках хранились старинные научные приборы – латунные микроскопы, телескопы в зеленой коже, секстанты, компасы; ясно было, почему их владелец польстился на алетиометр.
– Садитесь, – сказал сэр Чарльз, кивая на кожаный диван. Сам он сел за стол, в кресло, и продолжал: – Ну? Так чего вы от меня хотели?
– Вы украли… – с жаром начала Лира, но Уилл посмотрел на нее, и она осеклась.
– Лире кажется, что она оставила у вас в машине одну вещь, – повторил он. – Мы пришли, чтобы ее забрать.
– Не эту ли вещь вы имеете в виду? – спросил хозяин и вынул из ящика стола нечто, завернутое в бархат. Лира встала. Не обращая на нее внимания, он развернул бархатную тряпочку, и на ладони у него во всем своем великолепии засверкал золотой алетиометр.
– Да! – вырвалось у Лиры, и она потянулась к своему сокровищу.
Но он сжал руку. Стол был слишком широк для Лиры, и, прежде чем она успела сделать что-либо еще, сэр Чарльз повернулся и положил алетиометр в шкафчик с застекленной дверцей. Потом он запер его и опустил ключ в жилетный карман.
– Но это не твое, Лиззи, – сказал он. – Или Лира, если тебя так зовут.
– Мое! Это мой алетиометр!
Он грустно, медленно покачал головой, точно ему было тяжело укорять ее, но он делал это ради ее же блага.
– Твое заявление представляется мне по меньшей мере весьма спорным, – сказал он.
– Но это ее прибор, честно! – вмешался Уилл. – Она мне его показывала! Я знаю, что ее!
– Видишь ли, тебе придется это доказать, – ответил сэр Чарльз. – Мне же ничего доказывать не нужно, потому что он и так у меня. Значит, по всем законам он мой, как и прочие предметы из моей коллекции. Должен сказать, Лира, я не ожидал, что ты попытаешься меня обмануть…
– Я никого не обманываю! – воскликнула Лира.
– Разве? Но ведь ты сказала мне, что тебя зовут Лиззи. А теперь выясняется, что это неправда. Откровенно говоря, у тебя нет ни малейшего шанса убедить кого-нибудь в том, что такая драгоценная вещь, как эта, может принадлежать тебе. Давай сделаем так. Вызовем полицию…
Он повернул голову, собираясь позвать слугу.
– Нет, подождите, – сказал Уилл прежде, чем сэр Чарльз успел открыть рот, но Лира бросилась в обход стола, и в руках у нее, откуда ни возьмись, появился Пантелеймон – дикий кот, с шипением оскаливший зубы на пожилого господина. Сэр Чарльз моргнул от неожиданности, но не тронулся с места.
– Вы даже не знаете, что вы украли, – бушевала Лира. – Случайно увидели, как я им пользуюсь, и решили стащить. Но вы… вы хуже, чем моя мать… Она по крайней мере знает, насколько он важен, а вы хотите просто положить его за стекло и больше не вынимать оттуда! Хоть бы вы умерли! Если смогу, я попрошу кого-нибудь убить вас. Такие, как вы, не заслуживают пощады. Вы…
У нее отнялся язык. Все, что она могла сделать, – это плюнуть ему прямо в лицо, и она плюнула изо всей силы.
Уилл сидел спокойно, наблюдая, озираясь по сторонам, запоминая, где что находится.
Сэр Чарльз невозмутимо вынул шелковый платок и утерся.
– Ты что, совсем не умеешь держать себя в руках? – спросил он. – Иди и сядь на место, поганка.
На глаза Лиры навернулись слезы, и, дрожа всем телом, она кинулась обратно на диван. Пантелеймон, распушив хвост, прыгнул туда же и устремил на пожилого господина горящий взгляд.
Уилл молчал, недоумевая. Сэр Чарльз давно уже мог бы вышвырнуть их отсюда. Что он задумал?
И тут он увидел нечто очень странное – в первый миг он даже решил, что ему это померещилось. Из рукава полотняной куртки сэра Чарльза, над снежно-белой манжетой, высунулась изумрудная голова змеи. Ее черный язычок стрельнул туда-сюда, черные глаза с золотым ободком посмотрели на Лиру, потом на Уилла, и бронированная головка исчезла. Лира была слишком рассержена, чтобы заметить это, а до того, как змея вновь скрылась в рукаве пожилого джентльмена, прошли считанные секунды, но глаза Уилла расширились от потрясения.
Сэр Чарльз перешел к креслу у окна и не спеша сел, поддернув брюки.
– Вместо того чтобы пускаться на глупые выходки, лучше послушайте меня, – сказал он. – Тем более что на самом-то деле у вас просто нет другого варианта. Прибор у меня – здесь он и останется. Он мне нужен. Я коллекционер. Можете сколько угодно плеваться, топать ногами и визжать, но к тому времени, когда кто-нибудь захочет вас слушать, я буду иметь множество документов, подтверждающих, что я его купил. Раздобыть их мне ничего не стоит. А после этого вы распрощаетесь с ним навсегда.
Теперь они оба молчали. Он еще не закончил. В комнате стало очень тихо; сердце Лиры, охваченное непонятным предчувствием, забилось медленнее.
– Однако, – продолжал он, – есть вещь, которая нужна мне еще больше. И я не могу достать ее сам, поэтому готов заключить с вами сделку. Вы приносите сюда то, что мне нужно, а я отдаю вам обратно этот… как вы его назвали?
– Алетиометр, – хрипло сказала Лира.
– Алетиометр. Как интересно. Алетейя, истина, – все эти эмблемы… да, понимаю.
– Что это за вещь, которая вам нужна? – спросил Уилл. – И где она?
– Она там, куда я не могу добраться, а вы можете. Мне абсолютно ясно, что вы нашли где-то проход. Скорее всего, он недалеко от Саммертауна, где я сегодня утром высадил Лиззи, то есть Лиру. И что через этот проход можно попасть в другой мир, где нет взрослых. Пока все верно? Ну так вот: у человека, сделавшего этот проход, есть нож. Сейчас этот человек скрывается в том, другом мире и очень напуган. И не зря. Если он там, где я думаю, то его следует искать в старой каменной башне с изваяниями ангелов у входа. В торре дельи Анжели. Туда я и предлагаю вам пойти; мне не важно, как вы будете действовать, но мне необходим этот нож. Принесите его мне – и получите назад алетиометр. Мне будет жаль с ним расставаться, но я привык держать слово. Итак, вот что от вас требуется: принесите мне нож.
Глава восьмая
Башня Ангелов
Они ехали по Оксфорду в «Роллс-Ройсе». Сэр Чарльз сидел впереди, полуобернувшись к ним, а они – сзади; Лира баюкала в руках Пантелеймона, опять ставшего мышонком.
– У человека, который имеет на него не больше прав, чем я на алетиометр, – сказал сэр Чарльз. – Тем не менее, к несчастью для всех нас, алетиометром завладел я, а ножом – он.
– Откуда вы узнали про тот, другой мир?
– Я знаю много вещей, которые тебе не известны. А чего еще ты ожидал? Я гораздо старше вас и значительно лучше информирован. Между тем миром и этим существует изрядное количество окон; люди, знающие, где они находятся, могут с легкостью путешествовать туда и обратно. В Читтагацце есть так называемая Гильдия ученых, которые уже давным-давно этим занимаются.