Филип Квантрелл – Восхождение рейнджера (страница 69)

– Думаешь, они смогут пройти Ворота Сайлы? – спросил Гидеон, глядя на карту. Гигантские ворота стояли посреди Бессмертных гор, южнее на картах Иллиана были сплошные белые пятна.

– Мой народ возвел их, покидая Айду, и открыть их будет непросто, даже если обороны нет. – Галанор плотнее запахнул плащ. – Какое королевство их охраняет?

– Пару веков после вашего ухода охранял император Карата. По крайней мере, так написано в исторических книгах. Хотя, послушав вас с Адиландрой, начинаю думать, что все эти книги надо бы переписать. В общем, ворота уже лет восемьсот никто не охраняет.

«Вот о чем их первым делом нужно предупредить», – подумал Гидеон. Император Иссушенных земель должен немедленно отправить туда войска!

– Возможно, они даже Тракт утопленников не пройдут, – безрадостно понадеялся Галанор.

Они еще немного посидели в молчании. Гидеон не мог поверить, что грядет война. Армии с востока, армии с юга… а в Иллиане нет и намека на единство: шесть королевств огородились, каждое – со своей армией. Если бы они увидели, что опасность грозит всему континенту, а не только их территории! Тогда объединенные королевства, возможно, разбили бы и эльфов, и темнорожденных… или вообще заключили бы союз с эльфами!

Но, как бы то ни было, все упиралось в драконов.

Глава 46. Борись или беги

Нед Фенник закончил с вечерней порцией избиений, и Эшер сплюнул кровь. Он заметил, что между допросами его тюремщик отлучается на несколько часов поесть и поспать. Если хочешь сломать пленника, рутина – худший способ. В Полночи он никогда не знал, когда его начнут бить и как долго это будет происходить. Его даже не пытали дважды в одном месте.

Судя по звукам снаружи, охрана сменялась каждые пять часов. Эшер продолжал наблюдать, собирая о своих тюремщиках все больше сведений.

– Пойду-ка я покемарю на мягкой перине, – сказал Фенник, отбросив испачканную кровью тряпицу, которой вытирал руки. – А на рассвете как следует позавтракаю, может даже бекончиком. Потом вернусь в эту дыру, и начнем заново. А пока меня нет, подумай как следует о Полночи. Я хочу знать, где ваше логово, сколько вас там и как вы делаете этот свой эликсир ночного зрения.

Он постучал, и железная дверь открылась.

– Сладких снов! – захохотал рыцарь удаляясь по коридору.

Дождавшись, пока он уйдет, Эшер позволил себе расслабиться и почувствовать боль. Ребра его горели, все тело болело от мельчайшего движения, словно в раны натолкали битого стекла. Ему хотелось кричать в ярости, но он отказался доставлять охранникам такое удовольствие и просто повис, уронив голову на грудь и раздумывая, не староват ли уже для подобного. Переживет ли он это испытание? Освободится ли?

Вдруг уши его заложило словно при подъеме на гору. Эшер поднял голову и увидел Фэйлен, выходящую из черной дыры. Одета она была по-дорожному, в узкую зеленую котту до колен, на бедре висел скимитар, за спиной – колчан и лук. Ее темные волосы были высоко забраны и сливались с тьмой портала. Мгновение – и дыра исчезла, сложилась сама в себя. Эшер знал о существовании таких чар, но представить не мог, что кто-то и вправду ими пользуется, особенно эльфы.

– Красивый трюк. – Даже говорить было больно.

– Тихо, рейнджер, я собираюсь тебя отсюда вытащить, – Фэйлен принялась осматривать его кандалы. – Мы уходим. Сегодня же.

Эшер не смог скрыть удивления.

– И куда мы пойдем? – Он сглотнул собравшуюся во рту кровь.

Фэйлен остановилась, глянула ему в глаза.

– В Элетию. Мы с тобой проберемся туда и уничтожим Валаниса. Ты хорошо сопротивляешься магии, подозреваю, что в твоих жилах течет эльфийская кровь. Вместе мы сможем пройти сквозь магические защиты и не дать нашим народам втянуться в войну.

– Звучит неплохо, – холодно ответил Эшер.

Фэйлен замерла.

– Ты меня слышишь? Грядет война, мой король использует Валаниса как предлог чтобы напасть…

– Ну, это не новость, – скучающим тоном произнес Эшер.

– Ты знал?

– У меня было время подумать, прикинуть что к чему. – Он обвел камеру взглядом. – Тут, кроме пыток, развлечений никаких. К тому же вы обе явно что-то скрывали. У Рейны все на лице написано, и ей явно было страшно. Ни охота, ни открытый бой ее не пугают, а вот разговоры о планах отца насчет альянса… Она смотрит на рыцаря так, будто боится его потерять.

– Как проницательно… для рейнджера. – Фэйлен смерила его взглядом.

– Я думал, ты скажешь «для скитальца». – Эшер попытался улыбнуться сквозь боль.

– Так ты хочешь стать героем? – с каменным лицом спросила Фэйлен.

– Стану кем хочешь, только сними гребаные цепи. – Эшер выразительно погремел кандалами.

Фэйлен коснулась кончиками пальцев рун и глифов, испещривших железо, обошла Эшера… и охнула. Увидела следы от кнута на его спине, наверное. Проклятый Фенник даже соль в его раны втер.

Осторожный палец коснулся его спины.

– Придется долго снимать эти чары.

Эшер закряхтел, поворачиваясь так, чтобы видно было столик в углу.

– Вон там на столе мое кольцо. Под красной повязкой. Надень его мне на палец.

Фэйлен вопросительно взглянула на него, но взяла кольцо… и в тот же миг руку ее свело спазмом, колени подогнулись. Она закричала не своим голосом, и столик взлетел в воздух, огонь побежал по стенам…

Все кончилось так же внезапно, как началось: исчез огонь, столик упал обратно. Фэйлен смогла разжать пальцы и отбросить кольцо.

– Что это было? – устало спросила она, и Эшер понял, что раньше никто, кроме него, не касался кристалла.

– Надень мне его на палец, быстрее!

Шум привлек внимание охраны, снаружи послышался звук отодвигаемых засовов. Фэйлен не стала осторожничать – магией подняла кольцо и надела на указательный палец Эшера.

Он сразу же заморозил кандалы и цепи до стеклянной хрупкости и просто разломал. Если чары Мейстера Калантеза и сопротивлялись, он этого не почувствовал. Зато сразу почувствовал, какой твердый тут пол: ноги отказывались слушаться, колени подломились. Кристалл, впрочем, делал свое дело: раны начали заживать, дышать стало свободнее. Захрустели встающие на место кости, исчезли синяки и порезы. Эшеру казалось, что он всплывает на поверхность после долгого погружения на глубину: все вокруг наконец обрело четкость.

Тяжелая железная дверь распахнулась в тот миг, когда он поднялся на ноги – рейнджер чувствовал себя так, будто заново родился. Вбежали двое Серых плащей и обалдело уставились на разбитые цепи, покрытые льдом.

– В этом мире лучше никому гарантий не давать, – начал Эшер, нехорошо глядя на их удивленные лица, – но я вам гарантирую: кто вытащит меч – тому шею сломаю.

Он не просто угрожал. После перенесенных пыток руки так и чесались сломать пару шей.

Рыцари помедлили, неуверенно положив руки на рукояти мечей, но разум победил, и они бросились на Эшера с кулаками. Он легко блокировал каждый удар и, вывернув обоим запястья, ударил по болевым точкам так, что бедолаги тут же потеряли сознание.

Эшер постоял над ними, тяжело дыша, чувствуя, как перекатываются под исцеленной кожей мускулы. Приятно было снова почувствовать себя сильным. Он хрустнул костяшками, повел плечами, наслаждаясь свободой. Желание сражаться его не оставило, просто дремало до поры до времени.

Наследие Полночи с ним навсегда…

– Где ты взял это кольцо? – Фэйлен с трудом встала, разминая руку.

Эшер взглянул на черный кристалл. Наста всегда учил его держать свои преимущества в секрете, но какие уж тут секреты, тем более от эльфийки. Фэйлен была слишком старой и мудрой, к тому же поняла, что кольцо непростое.

– Оно со мной, сколько я себя помню. – В памяти мелькнуло размытое лицо женщины, дающей ему кристалл, но зачем она это сделала, он вспомнить не мог.

– Дай взглянуть. – Фэйлен крепко взяла его за руку, поднесла поближе к глазам, завороженно вглядываясь в темные грани. – Черный, как ночь… нет, не может быть. В мире множество магических безделушек, но такая сила… – Она внимательно взглянула на рейнджера. – Нет, это точно не он.

– Почему нет? – спросил Эшер, уже понимая, какой получит ответ.

– Потому что камень, о котором я думаю, куда больше этого осколка. Черный кристалл размером с палец.

Эшер не отвел глаза.

– Когда-то я отколол этот кусок от черного кристалла размером с палец.

Фэйлен ахнула и быстро отступила, словно боялась заразиться, ее взгляд метался между рейнджером и кольцом.

– У тебя кристалл Палдоры…

Эшер понятия не имел, как в его руках могла оказаться настолько легендарная вещь, но знал, что эльфийка говорит правду. Он всегда подозревал, что кристалл очень важен, но не мог вспомнить почему. Полночь выбила из него все воспоминания.

– Где остальное? – озабоченно спросила Фэйлен.

– Выбросил, когда изготовил кольцо. У аракешей мало личных вещей, и кристалл вызывал подозрения.

– Куда? Куда ты его выбросил?! – Эльфийка резко подалась к нему.

– Туда, где его никто не найдет… – начал было объяснять Эшер, но вдалеке загудели колокола.

Они с эльфийкой переглянулись: не из-за них ли тревога? Нет, такого не могло быть: об освобождении рейнджера никто не знал.

Он быстро влез в свой кожаный доспех, натянул наручи. Знакомый вес меча на бедре успокаивал и придавал уверенности. Вот только бы рукоять почистить да отполировать… Он повесил лук и колчан поверх зеленого плаща, осмотрел свой драгоценный серебряный меч работы Дангарра Байрнсона и сунул его в ножны.