Филип Квантрелл – Восхождение рейнджера (страница 61)

– Они – создания чистейшей эмпатии. – Впервые за все время Адиландра улыбнулась. – Они способны передавать нам свои чувства. Если разозлишь их – сам начнешь злиться, если обрадуешь – порадуешься сам. К тому же драгорны понимают отдельные слова драконьей речи и способны даже поддерживать диалог. Они были лучшими из нас. Когда пали первые драконы, мой народ принял неверное решение покинуть Айду, бросить Иллиан в пламени войны, а драконов – на грань вымирания.

– Почему вы ушли?

– Слишком свежи были раны Темной войны. Мы долго живем и долго помним, для нас земля Иллиана все еще красна от эльфийской крови. Мы не могли вынести новую войну, но теперь жалеем, что ничего не сделали. Никто не думал, что люди победят. Но в конце концов драконы покинули Мертвые острова, оставив людей наедине с собственной жадностью.

– Они и с Айды улетели? На гору Гарганафан?

– До нашего прибытия она так не называлась, но ты прав. Это высочайший пик Верды. Райнаэль Изумрудная звезда увела последних из своего рода к подножию горы. Там они спрятали оставшиеся драконьи яйца, защищая их от людей. А чтобы увериться, что люди не придут за ними, дракон Галандавакс, прежде чем отправиться на юг, огненным дыханием и магией запечатал вход в гору. Открыть магическую стену способно лишь дыхание дракона.

– Так вот зачем вам Маллиат… – Гидеон не мог поверить, что это и есть настоящая история мира. Эбигейл была бы в восторге.

– Вот зачем моему мужу Маллиат, – быстро поправила Адиландра.

– Вы как-то без особой любви о нем говорите. О муже, то есть.

– Мы серьезно расходимся во мнениях. А теперь я желаю отдохнуть в тишине. Галанор скоро вернется, а для следующего шага мне понадобятся силы.

Адиландра закрыла глаза и отвернулась.

Гидеон, не привыкший к южной жаре, потер шею под воротом кожаной куртки. Быстро же все изменилось. Какая странная у него теперь жизнь! И как она умудрилась в один миг покатиться под откос?

Галанор присел на корточки на углу самой высокой крыши. Подобравшись к пирамиде, он смог наконец оценить сложность задачи. К тому же он был рад побыть вдали от мага, чтобы не ощущать стыда, охватывавшего эльфа при каждом взгляде на Гидеона. Он знал, что с магом будет сложно, но боялся не за свою жизнь, а что юноша нападет и придется его убить.

Обойдя пирамиду, эльф увидел, что у ее основания расположены четыре входа и что каждый вход охраняет разное количество солдат – явный признак расхлябанности. Скимитар на бедре наполнял уверенностью: сколько бы ни было охранников, против вооруженного эльфа они бессильны. Второго меча, конечно, не хватало, ради прикрытия пришлось оставить его дома. Веками он тренировался владеть двойным оружием, оттачивал техники. Большинству воинов тяжело было использовать в бою две руки, да еще и следить за положением тела, но только не Галанору.

Хватит и одного меча, чтобы перебить всех темнорожденных.

Но нечего и думать о том, чтобы проникнуть сейчас в пирамиду: слишком много людей на улицах, толпы солдат, готовых к драке. Лучшее время – перед рассветом. Город уснет, а стражники либо свалятся пьяные, либо устанут и утратят бдительность. Войти будет просто. Но вот выйти…

Глава 42. Тяжесть на сердце

После скромного завтрака лорд-маршал Хорварт предложил Рейне и Фэйлен прогуляться по внешней стене Западного Феллиона. Их сопровождали Серые плащи, но ни Натаниэля, ни Элайт, ни, конечно, Эшера, среди них не было. Рейна ощущала себя беззащитной без них. Это было странно: они с Фэйлен прекрасно могли себя защитить – уж получше, чем рыцари вокруг, – но чувствам это не помогало.

Вдалеке загрохотал гром: буря, гнавшаяся за ними от самого моря, наконец пришла и сюда, на запад.

Далеко, за штормовым морем, повелитель эльфов готовил армию и строил корабли для неизбежного нападения. Однако, если план с поиском драконьих яиц удастся, настоящая война вспыхнет лишь через несколько лет.

Скоро он потребует от них доклада обо всем, что Рейна узнала в человеческих землях. Она должна была собрать сведения об армиях Иллиана и политических альянсах, чтобы отец знал, куда бить, сколько отрядов посылать на штурм. Однако, несмотря на то что у Фэйлен и был прорицатель, пока никто не выходил на связь с Айдой.

Дома не знали о вмешательстве аракешей, и новости о том, что в нападении замешан глава Длани Валаниса, всех встревожат. Повелитель подозревал, что плану противостоят некие силы, но никто не ожидал, что ими станут остатки армии Валаниса. Если Алидир и примкнувшие к нему темные эльфы действительно тысячу лет обитали на Иллиане, неудивительно, что они против возвращения сородичей.

Теперь Рейна видела, как легко это их хваленое возвращение может провалиться. Против них враг, планировавший эту войну задолго до того, как отец решил вернуть земли Иллиана.

– Вас что-то тревожит, принцесса? – спросил шедший рядом Хорварт.

Лорд-маршал был радушным хозяином – по большей части – и человеком честным – приятная перемена после общения с королевскими особами. Легко было понять, почему рыцари испытывают к нему уважение.

– Боюсь, своим приездом мы поставили ваш дом под угрозу, лорд-маршал. – Рейна остановилась у края стены, глядя вниз. Во рву закаленные сражениями рыцари устанавливали огромные свежеоструганные колья взамен старых. Другой отряд, сняв рубашки, бегал вокруг крепости, тренируясь.

– Нам и раньше случалось сталкиваться с аракешами, – ответил Хорварт. – Если они придут за вами, то либо небольшой группой, либо в одиночку. Их лучшие друзья – тьма и незаметность, но здесь, ваше высочество, мы вытащим аракешей на свет.

Рейна проследила за его взглядом и заметила, что на стене устанавливают костровые чаши и факелы. Дальше, по периметру крепости, Серые плащи уже начали собирать бревна для огромных костров.

– А вы когда-нибудь сами сражались с аракешем, лорд-маршал? – спросила Фэйлен.

– Да, имел неудовольствие – в молодости. Я сопровождал сановника из Небесной обители в Палиос. Чтобы срезать путь, мы решили идти через Белый дол, что во Вростовых горах. До сих пор жалею, что доверил тогда решение о выборе пути начальнику охраны. Нужно было просто ехать по Селкскому тракту. Скорее всего убийца следила за нами всю дорогу, потому что напала она ровно в тот миг, когда мы разбили лагерь в горах.

– У нее получилось убить сановника? – спросила Рейна.

– Увы, да. Она убила всех, кроме меня и второго охранника. Ему повезло лишь потерять руку. Я нанес ей удар в спину. Обычного человека он убил бы, а она растворилась в ночи. Много дней я преследовал ее, но так и не нашел тела.

– Они чудовища, а не люди, – вставил Дариус Деваль.

– Эшер не чудовище, – возразила Рейна. – Он отвернулся от своего ордена и начал новую жизнь.

– Но продолжает убивать за деньги, – парировал Дариус.

– Достаточно. – Хорварт поднял руку, призывая его умолкнуть. – Пусть он и начал новую жизнь, ваше высочество, этот рейнджер обладает важными сведениями, за которыми мы охотились веками. Нельзя упускать возможность его допросить.

– Не думаю, что он станет с ними разговаривать, – прошептала принцессе Фэйлен.

Лорд-маршал продолжил знакомить их с особенностями обороны Западного Феллиона, но Рейна отвечала лишь равнодушием: она заглядывала в лицо каждого встречного рыцаря, ища Натаниэля.

Внизу, во дворе, ученики и рыцари оттачивали приемы бок о бок, в легких доспехах и с тренировочными мечами. Одни бились с соломенными чучелами, другие с живыми противниками под присмотром наставников. Юные рекруты, казавшиеся Рейне совсем детьми, помогали старшим товарищам в стойлах.

Издалека прибывали все новые и новые всадники, которых призвало послание лорд-маршала. Но даже глядя на тренирующихся солдат, Рейна не чувствовала себя в большей безопасности, чем с Эшером и Натаниэлем.

– Позвольте спросить, принцесса, – Хорварт вновь сложил руки за спиной, – почему ваш народ выбрал в союзники Велию? Ренгар хороший король, но Алборн не самая процветающая земля в округе. На первый взгляд король Меркарис из Намдора кажется более удачным выбором.

– Почему вы так говорите? – спросила Рейна.

– Все же он наследник Гал Тиона, первого короля Иллиана.

– Не первого, – прошептала Фэйлен так тихо, что лишь Рейна ее услышала.

– Одно это внушает уважение к нему, – продолжил Хорварт. – К тому же он правит севером, весь богатейший Орит принадлежит ему. Говорят, что он даже торгует с гномами Денахейма.

– Повелитель не желал нарушить баланс власти и склонить чашу весов в сторону одного короля. Велия ближе всего, и климат там мягче… однако мы не предвидели шторм, омрачивший наше прибытие. – Рейна чувствовала, с какой легкостью теперь врет, и ненавидела себя за это.

На самом деле они выбрали Велию потому, что, получив приглашение в Корканат для всех эльфов, могли подать оттуда сигнал для Галанора и его отряда.

– Эльфы и впрямь так же мудры, как о них говорят. – Хорварт тепло улыбнулся. Рейна неискренне улыбнулась в ответ. В развязывании войны не было мудрости – лишь оправданная необходимость раз и навсегда покончить с Валанисом.

Перед ужином, прежде чем встретиться с лорд-маршалом, Рейна принялась мерить шагами комнату, посматривая на молчащий прорицатель на столе. Фэйлен сидела на кровати, скрестив ноги, но из-за беспокойной принцессы медитировать не получалось. Впрочем, она разделяла беспокойство Рейны. Вот-вот повелитель эльфов или советник, с которым говорил Мьориган, выйдет на связь, и нужно рассказать о том, что они успели узнать.