Филип К. Квантрелл – Сокровище богов (страница 3)
Маллиат снова пошел на снижение, но ему помешало стаккато бьющих с неба молний. Он лавировал между ними как мог, но не от всех ушел. Заслышав его болезненный рев, Атилан улыбнулся. И почувствовал на себе взгляд Гарганафана. Золотой дракон тоже получил в спину несколько молний, но это его не отпугнуло.
– Ваше величество! – Найюс указал на Покров, раскрывшийся как портал, сияющий чистейшим белым светом. – Нужно идти! Сейчас же!
– Вперед! – рявкнул Атилан.
Верные ему подданные побежали к порталу. Найюс и Крайт, пропустив всех, тоже растворились в свете. Атилан задержался на мгновение, чтобы бросить последний взгляд на летящего к нему Гарганафана. Ему хотелось, чтоб дракон навсегда запомнил, что истинный повелитель смотрел на него без страха.
– Я ВЕРНУСЬ! – проревел король, и портал захлопнулся за ним.
Остался лишь Покров.
Часть 1
Глава 1. Возвращение драгорна
Гигантская пирамида в сердце Малайсая пылала. Черный дым валил из каждого окна, с балконов, застилая джунгли. Сверху Гидеону видно было, как толпы солдат темнорожденных, блестя на солнце клинками, бегут ко дворцу Богини, пробиваясь сквозь толпы дикарей.
Говорить с Иларго мысленно стало так же естественно, как дышать.
Иларго, раскинув величественные зеленые крылья с трепещущими на ветру перепонками, скользнул над окраиной города. Гидеон крепко ухватился за шипы, торчащие из его шеи, и наклонился взглянуть, что происходит внизу. Золотистые пятнышки, украшающие изумрудную чешую Иларго, завораживали своим блеском, но Гидеон постарался сосредоточиться на бегающих внизу фигурках.
Его человеческому глазу, конечно, с драконьим было не тягаться.
Иларго ничего не ответил, но по едва заметному движению драконьих мускулов Гидеон понял, что сейчас случится, и напрягся, стиснув драконью шею ногами. Иларго сложил крылья и нырнул вниз.
Тревога, паника дракона на мгновение пронеслись в сознании Гидеона. Он наклонился, пытаясь заглянуть под драконью шею, но тут Иларго резко наклонил левое крыло, закладывая «бочку».
Слишком поздно он об этом сказал: его незадачливый всадник полетел вверх тормашками навстречу твердой земле. Правда, и двух секунд не прошло, прежде чем Иларго догнал его и подхватил.
Гидеону такое повторять не хотелось. Не успел он спросить, зачем вообще было кружиться, как ответ пришел сам собой: Иларго резко поджал крыло, неловко нырнув вниз, и в этот раз Гидеон не просто удержался, а даже успел заметить здоровенную железную стрелу, просвистевшую мимо.
За первой стрелой тут же последовали вторая и третья, вынуждая Иларго раз за разом менять направление. Присмотревшись к раскинувшемуся внизу городу, Гидеон заметил, откуда стреляли: на крышах домов по всему периметру стояли огромные баллисты, на каждую приходилось по три-четыре темнорожденных стрелка. Этот город был создан для того, чтоб отгонять и убивать драконов…
У Гидеона внутри все сжалось. Он притащил Иларго, существо вымирающего вида, причем почти ребенка, в город каннибалов и насильников, обожавших охотиться на драконов, нося на себе их клыки как украшение.
Зеленые кристаллы были чистейшей антимагией. При них и маги, и даже эльфы теряли связь с источником своей силы, а драконы вовсе падали с неба. Будучи созданиями чистейшего волшебства, они просто не способны были существовать без него. И теперь Гидеон был накрепко связан с этими поразительными созданиями.
Гидеон почувствовал, как что-то переменилось в душе Иларго. Та ее часть, которой люди должны страшиться, запылала яростью существа, способного сжечь дотла весь мир. Гидеон и себя ощутил немного хищником, когда их с Иларго сердца – сердца дракона и драгорна – забились в общем ритме, в идеальной гармонии. На ум приходило лишь одно: «Дай себе волю».
Маг крепко схватился за драконий гребень и задержал дыхание, приготовившись нырять. Иларго сложил крылья и камнем упал с небес. Мимо со всех сторон свистели огромные снаряды – один пролетел так близко, что Гидеон разглядел острейший наконечник. Когда внизу, насколько хватало глаз, раскинулись джунгли, Иларго распахнул крылья и с невероятной скоростью заскользил над верхушками деревьев. Темнорожденные, похоже, начинали выдыхаться: стрелы полетели реже. Дракон, воспользовавшись этим, развернулся и ринулся к башням, окружавшим Малайсай.
Гидеон почувствовал, как чешуя Иларго начинает нагреваться, и заерзал: непривычно было сидеть на «печке», разгоравшейся в драконьей груди. Ближайшая башня быстро росла, приближаясь, и, как только он смог разглядеть испуганные лица дикарей, Иларго совсем по-человечески сплюнул. А потом выдохнул огромный огненный шар. Верхушка башни взорвалась, полетели во все стороны обломки и обгорелые тела.
Дракон не успел затормозить и вылетел в центр города, плюясь огнем направо и налево, уворачиваясь от баллист. Гидеон, болтаясь на его спине, лицезрел смерть и разрушение, каких еще не видал в жизни. Закончив рушить башни, дракон принялся поливать огнем улицы. Все пылало. Шальная стрела отскочила от драконьей чешуи в дюйме от бедра Гидеона. Иларго пригнулся, уходя от новых стрел.
Один взмах крыльев – и он взлетел бы, но вместо этого мотнул хвостом, расколов крышу ближайшего дома и одним ударом убив всех, кто там стоял. Но чтобы увидеть весь Малайсай, ему все же пришлось подняться: город был огромен, больше иллианских, и так же густо населен, как островной город Драгорн.
Темнорожденные, словно муравьи в разворошенном гнезде, полезли изо всех щелей, изо всех прилепившихся друг к другу хибар. Несмотря на то что каста воинов явно выделялась среди остальных, все южные дикари были убийцами и владели не только дубинами. Иларго то и дело нырял вниз, разнося дома в щепки безжалостными ударами хвоста. Но железные стрелы продолжали лететь с крыш. Гидеон заметил одну слева и хотел было крикнуть, но Иларго сам завис в воздухе, раскинув крылья.
Стрела просвистела мимо, и зеленый дракон снова нацелился на крыши домов. Выставив четыре могучие лапы, он обрушился на шаткие халупы, разнес их почти подчистую и приземлился на улице. Темнорожденные, увидав их, гневно завопили: ярость помогала им забыть о страхе и выйти из ступора. Иларго низко опустил голову, чтобы быть вровень с врагами, которые бросились им навстречу. Струя огня никого не пощадила: плоть темнорожденных буквально таяла, слезая с костей. Гидеон старался не думать о тех, кто еще мог кричать, пока их тела летели к земле.
Иларго, взревев, встал на дыбы и обрушил передние лапы на землю, разгоняя тех, кто не попал под лавину огня. Гидеон чувствовал его досаду: сколько он смог бы провернуть в воздухе, если бы не цепляющийся за него маг! Драгорн ясно видел, как в воображении Иларго проносятся всевозможные маневры, и прекрасно понимал, что пока к ним не готов.
Гидеон знал, что сейчас скажет глупость… и все равно сказал:
Гидеон медленно кивнул, чувствуя, как потяжелел груз ответственности. Нужно выжить, иначе Иларго умрет вместе с ним.
Он соскользнул с чешуйчатой шеи на землю. Горящую пирамиду легко было отыскать: от нее в голубое небо поднимался столп черного дыма.
Гидеон оглянулся на красно-золотую рукоять Скорбящего за плечом. Тот примостился под ремнями чехла, в котором хранился сложенный посох. Пристраивая его туда, Гидеон уже порезал куртку, и вытаскивать клинок ему не хотелось, так что в последний момент рука нащупала посох. Со старым оружием ему было привычнее – эльфийский скимитар пока ощущался в руке слишком чужеродным, как и любой меч.
Иларго присел и стрелой ринулся вверх, с такой скоростью, какой его наездник просто не выдержал бы. Удар могучих крыльев и хвоста взметнул песок. Снова атаковали баллисты, но дракон увернулся и исчез где-то за домами. Гидеон, протерев глаза от песка, тоже не стал терять времени. Его ждала пирамида.
На улицах царил хаос: рабы убивали хозяев, сосед перерезал горло соседу, пользуясь неразберихой, чтоб отомстить за старые обиды или просто обокрасть. Гидеон подумал, что они так и не поняли: когда Иларго закончит, ничего не останется ни от их города, ни от их царства. К чему устраивать резню, если всех ждет драконье пламя?
Четверо темнорожденных, крича что-то на своем языке, выскочили на Гидеона, тыча пальцами в очевидного чужака. Они его не боялись и, судя по обнаженным клинкам, были готовы к бою. Менять маршрут не было ни времени, ни смысла: следующая улица привела бы его прямо к пирамиде.
Темнорожденные, скалясь, принялись медленно окружать врага. Охотники по своей природе, они знали, как загонять добычу.
Вместо ответа стена пламени взметнулась между домов слева от него. Крики боли быстро утихли, заглушенные ударами крыльев взлетающего дракона.