Филип Дик – Золотой человек (страница 110)
Глядя вперед, Дуглас в отчаянии ломал голову над сложившимся положением. Нужно что-то придумать, отыскать верный способ и сбросить этих тварей с хвоста, иначе ему конец.
Паразитическая культура… раса, охотящаяся на людей, живущая их знаниями и открытиями, так ведь говорил Билл? Следовательно, им требуется его опыт, его уникальный талант, его познания в ядерной физике. Его выбрали, выделили из общей массы именно как непревзойденного специалиста в собственной области, и не отвяжутся, пока не достигнут цели, а потом… потом…
Ужас усилился. Приманка за приманкой. Золотой слиток. Девица, неотличимая от живой. Кафе, полное посетителей, и даже запахи пищи. Жареного бекона. Горячего кофе.
О господи, почему он не самый обычный человек, неуч, лишенный каких-либо дарований? Если бы только…
Внезапный хлопок. Машину повело в сторону. Дуглас в бешенстве выругался. Прокол. Колесо спущено. Ни раньше, ни после. В самый неподходящий момент.
В самый неподходящий…
Прижавшись к обочине, Дуглас остановил машину, заглушил двигатель, затянул ручник и обреченно, устало откинулся на спинку кресла. Наконец он встрепенулся, нашарил в кармане пальто изрядно смятую пачку сигарет, неторопливо закурил и опустил стекло, чтобы слегка проветрить кабину.
Что ж, дело ясное. Попался он. Влип. Теперь уж деваться некуда. Прокол колеса, очевидно, тоже подстроен ими. Разбросать с высоты вдоль дороги пару пригоршней гвоздей – чего уж проще!
А шоссе… шоссе между тем словно вымерло. Пусто. Ни единой машины. Он совершенно один. За городом. До Денвера еще тридцать миль. Добираться пешком? Даже не смешно. Вокруг – ничего, кроме ужасающе ровных полей да безлюдных равнин.
Ничего, кроме ровной, как блин, земли… и синего неба над головой.
Дуглас поднял взгляд к небу. Вроде бы никого, однако они наверняка там, наверху, только и ждут, чтоб он покинул машину. Стоит выйти наружу, и все его знания, весь опыт, весь талант физика достанутся инопланетной культуре за здорово живешь. Он, Дуглас, станет орудием в их руках. Жалким рабом, не более.
Тем не менее происходящее ему в некотором роде льстило: из целого общества выбран один только он! Выходит, он – лучший в мире?
Щеки Дугласа слегка зарумянились. Очевидно, за ним наблюдали не день и не два. Очевидно, огромный глаз частенько приникал к окуляру телескопа или микроскопа, или что у него там, глядел вниз и, наконец, обнаружил его. Обнаружил, оценил его талант и понял, чего он, Дуглас, стоит, сколько пользы может принести их культуре!
Распахнув дверцу, Дуглас вышел на раскаленный солнцем асфальт, бросил сигарету под ноги, спокойно раздавил ее каблуком, сделал глубокий вдох, потянулся, со вкусом зевнул. Да, вон и россыпь гвоздей, ярко поблескивающих на дороге, а оба передних колеса, разумеется, безнадежно спущены…
В небе что-то слегка замерцало, но Дуглас даже не шелохнулся. Все прежние страхи остались в прошлом, сменившись чем-то вроде отстраненного любопытства. Мерцающая рябь развернулась веером, разрослась вширь, на миг зависла в воздухе и рухнула вниз.
Накрытый громадной, космического масштаба сетью, Дуглас ничуть не утратил спокойствия. Нити чувствительно впились в тело, сеть устремилась вверх, унося его в небеса, однако Дуглас сохранял абсолютную безмятежность.
Чего бояться? Впереди у него практически такая же работа, как раньше. Конечно, он будет изрядно скучать и по Лоре, и по колледжу, и по внимательным, ясноглазым, смышленым студентам, и по интеллектуальному общению с коллегами, но, несомненно, наверху для него тоже найдется подходящая компания. Коллеги, сотрудники. Ученые, светлые головы, с которыми наверняка найдется о чем побеседовать.
Сеть поднималась все быстрее и быстрее. Земля, уменьшавшаяся с потрясающей скоростью, превратилась из плоского диска в сферу. Дуглас с интересом ученого огляделся вокруг. Впереди, над головой, за хитросплетением ячеек сети, уже виднелись очертания иной вселенной, нового мира, в который влекла его сеть.
Силуэты! Пара невообразимо громадных, исполинских созданий, присевших на корточки, склонившихся прямо над ним. Один из гигантов тянул вверх сеть, другой наблюдал за ним, держа что-то в руке. За их спинами открывался вид на какую-то местность, однако Дугласу пейзаж показался беспорядочной мешаниной необъятных бесформенных пятен: ни одну мелочь взглядом не охватить!
И вот наконец в голове прогремела чужая мысль.
– Ну и задал же он нам жару!
– Однако дело того стоило, – подумал в ответ второй исполин.
Казалось, грохот их мыслей – мыслей невиданной мощи, порождаемых разумами колоссальной глубины, – сотрясает, пронизывает все тело насквозь.
– Да, я был прав. Крупнее нам еще не попадалось. Вот это улов так улов!
– Должно быть, потянет полных двадцать четыре рагета!
– Наконец-то!
Самообладание Дугласа исчезло, как не бывало. Мысли сковал леденящий кровь ужас. О чем это они? Что все это значит?
Вытряхнутый из сетки, профессор Дуглас полетел вниз. Снизу стремительно приближалась, росла ровная, поблескивающая металлом плоскость.
Поблескивающая металлом плоскость, странно напоминавшая сковороду…
Незнакомец на фонарном столбе
К пяти часам Эд Лойс вымылся, накинул пальто, надел шляпу, вывел машину со двора и покатил в центр городка, к собственному магазинчику, где торговал телевизорами. Устал он зверски. Спина и плечи мучительно ныли: еще бы, сколько земли выкинуто из подвала и отвезено в тачке на задний двор… однако для своих сорока лет справился он неплохо. Пусть Дженет купит на сэкономленные деньги новую вазу, да и ему самому мысль о ремонте фундамента своими руками пришлась по душе.
Смеркалось. Длинные косые лучи заходящего солнца озаряли лица усталых, мрачных пешеходов, спешащих домой, пестрые толпы домохозяек, нагруженных кульками и свертками, студентов, возвращающихся с университетских занятий, клерков, коммерсантов, бесцветных секретарш. Остановив «Паккард» у светофора, Лойс дождался зеленого и поехал дальше. С утра магазин торговал без него: приедет он как раз вовремя, чтоб отпустить помощников на ужин, просмотреть накопившиеся за день бумаги, а может, и самому оформить до закрытия пару продаж. Неторопливо проехав мимо городского сквера, квадратного клочка зелени посреди улицы, свободного места поблизости от двери под вывеской «Лойс. Продажа и ремонт телевизоров» он не нашел. Вполголоса выругавшись, Лойс развернул машину и вновь миновал крохотный квадратик зелени с одиноким фонтанчиком посередине и скамьей под единственным фонарным столбом.
Со столба, слегка покачиваясь на ветру, свисало нечто бесформенное, темное, продолговатое вроде боксерского мешка или манекена в человеческий рост. Лойс, опустив боковое стекло, сощурился и выглянул наружу. Это еще, черт возьми, что? Реклама какая-то? Декор? Порой Торговая Палата украшает сквер этаким образом…
Вновь развернувшись, Лойс снова направил автомобиль к магазину, а проезжая сквер, пригляделся к мешку на столбе внимательнее. Нет, не манекен… а если реклама либо украшение, то чертовски странное!
Лойс нервно сглотнул. Волосы на затылке поднялись дыбом. Лоб и ладони покрылись испариной.
Труп. Человеческое тело…
– Эй, поглядите! – заорал Лойс. – Идите сюда, полюбуйтесь-ка!
Из магазина, с достоинством застегивая пиджак в тоненькую полоску, вышел Дон Фергюссон.
– Эд, у меня там покупатель солидный. Не могу же я оставить этого типа стоять там столбом, дожидаться…
– Видал?
Лойс ткнул пальцем в сгущающиеся сумерки. Фонарный столб с «мешком», покачивающимся под фонарем, зловеще чернел на фоне вечернего неба.
– Видал, что у нас тут? И давно он, черт побери, здесь? – едва не срываясь на крик, продолжал Лойс. – А люди-то, люди, спрашивается, куда смотрят? Идут себе мимо как ни в чем не бывало!
Дон Фергюссон, не торопясь, закурил.
– Спокойствие, старина. Должно быть, на то есть веские основания, иначе бы он тут не висел.
– Основания?! Это какие же основания?!
Фергюссон равнодушно пожал плечами:
– Например, как в тот раз, когда Совет по Безопасности Уличного Движения там «Бьюик» разбитый выставил. Какая-то общественная инициатива… мне откуда знать?
Тут к ним подошел и Джек Поттер из магазина обуви.
– Что стряслось, парни?
– Мертвое тело на фонарном столбе висит, – откликнулся Лойс. – Пойду копов вызову.
– Думаю, они знают, иначе бы не висело, – заметил Поттер.
– Ладно, пойду я, – бросил Фергюссон, шагнув к дверям в магазин. – Сначала дело, а развлечения после.
Лойс чудом не впал в истерику.
– Вы что, ослепли? Не видите, что там? Человек! Мертвый!
– Знаю, Эд, знаю. Я его еще днем видел, когда ходил кофе пить.
– Хочешь сказать, он тут с самого обеда висит?!
– Ну да, а что такого? – Поттер озабоченно взглянул на часы. – Однако бежать пора. До встречи, Эд!
С этими словами он поспешил прочь и вскоре исчез из виду среди пешеходов, шедших по тротуару. Люди – мужчины, женщины – валили мимо сквера толпами. Некоторые замедляли шаг, с любопытством поглядывали на темный «мешок» и шли дальше. Никто даже не думал остановиться. Никто не обращал на повешенного никакого внимания.
– Может, я спятил? – прошептал Лойс.
Протолкнувшись к обочине, он сошел на проезжую часть, в поток автомобилей, под возмущенные гудки пересек улицу и добрался до крохотного зеленого скверика.