Филип Дик – Молот Вулкана (страница 14)

– Вы не против того, что мы едем сюда? – спросил он сидящую рядом женщину. – Или район слишком уж неприятный?

Рэйчел сняла свое пальто и перекинула его через руку. На ней была хлопковая рубашка с коротким рукавом – видимо, та, которую она носила на момент ареста; Баррису показалось, что это скорее домашняя одежда. И еще он заметил, что ее горло испачкано словно бы полосами пыли. Ее лицо было усталым и бледным, а осанка – вялой.

– Да вы знаете, мне город понравился, – не сразу ответила она.

– Даже этот район?

– А я здесь и остановилась. Когда они меня выпустили.

Баррис спросил:

– Они хоть дали вам время собраться? Вы хоть какую-то одежду с собой успели взять?

– Нет, ничего.

– А как с деньгами?

– О, они были очень добры. – В ее голосе прозвучала усталая ирония. – Нет, никаких денег с собой взять они мне не дали, просто запихали в корабль и вылетели в Европу. Но перед тем как отпустить меня, они позволили снять с пенсии моего мужа достаточно денег, чтобы я смогла вернуться домой. – Она обернулась к нему и объяснила подробней: – Видите ли, из-за бюрократических проволочек пенсия начнет поступать лишь через несколько месяцев. Так что они оказали мне большую любезность.

Баррис промолчал.

– Как вы считаете, – спросила Рэйчел, – я испытываю обиду за то, как «Юнити» поступила со мной?

– Да, – ответил он.

– И вы правы, – сказала Рэйчел.

Тем временем такси начало притормаживать у входа в древнее кирпичное здание отеля; драные тенты прикрывали от солнца первый этаж. В некотором ужасе от вида отеля «Бонд» Баррис спросил:

– Это место точно подойдет?

– Да, – сказала Рэйчел. – Я вообще-то именно сюда и планировала. Хотела вас сюда привезти.

Такси остановилось, дверь распахнулась. Рассчитываясь за поездку, Баррис подумал: «Может, не стоит позволять такси решать за меня? Может быть, лучше сесть обратно и поехать дальше?» Обернувшись, он взглянул на отель.

Рэйчел Питт уже поднималась по ступенькам. Было слишком поздно.

В дверях появился какой-то мужчина, руки он держал в карманах. Темное, неопрятного вида пальто, кепка натянута низко на лоб. Мужчина бросил на Рэйчел взгляд и что-то сказал ей.

Баррис тут же бросился по ступеням за ней. Подхватил ее под руку, встав между ней и незнакомцем.

– Поаккуратней, – сказал он мужчине, нащупывая в нагрудном кармане лазерный карандаш.

Медленно и спокойно тот ответил:

– Не волнуйтесь, мистер. – Он смерил Барриса взглядом. – Я вовсе не приставал к миссис Питт. Просто спросил, когда вы прибыли. – Обойдя сзади Барриса и Рэйчел, он произнес: – Заходите в отель, Директор. Наверху есть комната, где мы сможем поговорить. Нас там никто не побеспокоит. Вы выбрали хорошее место.

Или точнее, с холодным ужасом подумал Баррис, такси и Рэйчел Питт выбрали хорошее место. Он был беспомощен: чувствовал, что в спину ему уперся ствол оружия.

– Вы можете положиться на лицо духовного звания в этом вопросе, – сказал мужчина непринужденно, когда они пересекали мрачный и грязный холл отеля, двигаясь к лестнице. Лифт, как заметил Баррис, был сломан; по крайней мере, так утверждала висящая на нем табличка. – Хотя, возможно, вы и не смогли оценить исторический символ моего призвания. – На лестнице мужчина остановился, огляделся вокруг и стащил с головы свою кепку.

Его суровое загорелое лицо показалось Баррису знакомым. Чуть искривленный нос, будто сломанный однажды, да так и сросшийся неправильно. Очень короткая стрижка, придающая всему лицу мужчины ауру жесткого аскетизма.

– Это Отец Филдс, – представила его Рэйчел.

Мужчина улыбнулся, и Баррис заметил его неровные массивные зубы. Да, на фото этого не было, подумал Баррис. И волевого подбородка. Фото лишь намекало, но не позволяло увидеть истинный масштаб этого человека. В каком-то отношении Отец Филдс больше напоминал крепкого и закаленного кулачного бойца, чем проповедника.

Баррис, впервые столкнувшись с ним лицом к лицу, испытал полный, всепоглощающий страх; он боялся этого человека так, как совершенно точно никого и никогда в жизни не боялся.

Они двинулись вверх по лестнице, Рэйчел возглавляла процессию.

Глава 8

Баррис сказал:

– Интересно было бы узнать, когда именно эта женщина перешла на вашу сторону? – Он указал на Рэйчел Питт, что стояла у окна гостиничного номера, задумчиво глядя на дома и крыши Женевы.

– Отсюда видно «Юнити»-Контроль, – сказала Рэйчел, оборачиваясь.

– Конечно, видно, – отозвался Отец Филдс своим хриплым ворчливым голосом. Он сидел в углу в полосатом купальном халате и меховых тапочках, с отверткой в одной руке и патроном от лампы в другой: он собирался принять душ, но обнаружил, что света в ванной нет. Еще двое мужчин, явно Целители, сидели у карточного столика, просматривая какие-то листовки, пачками сваленные между ними. Баррис предполагал, что это пропагандистский материал Движения, который предстояло распространить.

– Это ведь просто совпадение? – спросила Рэйчел.

Филдс закряхтел, но не удостоил ее ответом, поглощенный работой со светильником. Потом, подняв голову, он брюзгливо обратился к Баррису:

– Послушайте. Я не стану вам врать, потому что это ваша организация построена на вранье. Любой, кто знает меня, подтвердит, что я никогда не вру: мне это не нужно. Да и зачем бы? Мое главное оружие – правда.

– И в чем же правда? – спросил Баррис.

– Правда в том, что уже совсем скоро мы ринемся по этой улице к тому зданию, на которое смотрит сейчас леди, и тогда «Юнити» перестанет существовать. – Он улыбнулся, снова показывая свои кривые зубы. Но, как ни странно, это была дружеская, располагающая улыбка. Баррис подумал: «Он словно надеется, что я отвечу ему на нее своей улыбкой в знак согласия».

С тяжелой иронией Баррис ответил:

– Удачи.

– Удача, – эхом отозвался Филдс. – Нет, нам она не нужна. Нам нужна только скорость. Это будет… Все равно что трахнуть палкой по старому гнилому плоду. – Фраза прозвучала с его родным тягучим выговором; Баррис узнал протяжный и низкий акцент территории Таубманна – южной части США, что составляла оконечность южноамериканского региона.

– Избавьте меня от ваших сельских метафор, – сказал Баррис.

Филдс захохотал.

– Вы упорствуете в грехе, мистер Директор.

– Это была верная аналогия, – без выражения подтвердила Рэйчел.

Баррис почувствовал, что краснеет; эти люди потешались над ним, а он попался. Тогда он сказал человеку в полосатом халате:

– Я восхищаюсь вашим умением вербовать себе последователей. Вы устроили убийство мужа этой женщины, но после встречи с вами она вступила в Движение. Это поистине впечатляет.

Какое-то время Филдс молчал. Потом отбросил светильник.

– Ему лет сто, не меньше, – ругнулся он. – У нас в Штатах я отродясь такого не видывал. И они еще называют этот район современным. – Он нахмурился и почесал подбородок. – Я с уважением отношусь к вашему моральному негодованию. Действительно, кто-то разбил голову этому бедняге, сомнений в этом нет.

– Вы там тоже присутствовали, – заметил Баррис.

– Ну да, – признал Филдс. Он пристально смотрел на Барриса; его недобрые темные глаза словно выкатились еще больше от гнева. – Да, я немного психанул, – сказал он. – Когда увидел этот милый костюмчик, что носят ваши люди, этот серый костюм и белую рубашку, эти блестящие черные ботиночки. – Он смерил Барриса взглядом. – И особенно я психанул, когда увидел эту штучку, что все вы носите в карманах. Эти лазерные карандаши.

– Отца Филдса однажды ранил таким сборщик налогов, – объяснила Баррису Рэйчел.

– Да, – сказал Филдс. – Вы же знаете, ваши сборщики налогов для «Юнити» выше закона. Ни один гражданин не может подать на них в суд. Правда же, здорово устроились? – Он поднял руку и закатал правый рукав халата. Баррис увидел, что от запястья до локтя рука представляла собой один сплошной шрам. – Я с интересом посмотрю на ваше моральное негодование по этому поводу, – сказал он Баррису.

– Оно имеется, – сказал Баррис. – Я никогда не одобрял общепринятые процедуры сбора налогов. На моей территории вы такого не найдете.

– Это правда, – подтвердил Филдс. Ярости в его голосе убавилось, казалось, он слегка остыл. – Да, и это делает вам честь. В сравнении с другими Директорами вы не так уж плохи. У нас есть свои люди и в вашем офисе, и рядом с ним. Мы довольно много знаем о вас. Вы сейчас в Женеве, потому что хотите разобраться, отчего «Вулкан-3» не выдает никаких указаний относительно нас, Целителей. И вас мучает и оскорбляет тот факт, что старина Дилл может бросить вам в лицо ваш запрос, а вы и сделать ничего не в силах. И да, это действительно жутко странно, что ваша машина ничего не говорит про нас.

Баррис промолчал.

– Но это дает нам некоторое преимущество, – продолжал Филдс. – У вас, ребята, нет никакой оперативной политики, вам приходится тупо ждать, пока машина не заговорит. Потому что вам никак не придет в голову составить свою, человеческую, политику.

Баррис сказал:

– На своей территории у меня есть политика. Она заключается в том, чтобы посадить в тюрьму как можно больше Целителей – сразу же, как только мы их увидим.

– Почему? – спросила Рэйчел Питт.

– Спросите у вашего покойного мужа, – злобно огрызнулся Баррис. – Я не могу вас понять, – добавил он. – Ваш муж занимался своей работой, а эти люди…