Филип Дик – Игроки с Титана (страница 6)

– Примите мои поздравления, — произнес Пит Сад.

– Вы имеете в виду троих детей? — с улыбкой спросила миссис Маккарлик. — В народе говорят, что это «удача», а не мастерство. Не хотите выпить чашку кофе перед тем, как покинуть наши края? Вы ведь можете больше и не вернуться.

– Я вернусь, — ответил Пит.

– На самом деле?

Скорее всего она не поверила его словам. Ее красивая улыбка была слегка окрашена иронией.

– Знаете, вы почти легенда для всех небоссов этой территории. О, мистер Сад, теперь нам предстоят недели оживленных беседы. Мы будем ходить по соседям и рассказывать им о нашей встрече с вами.

Он никак не мог понять, чем вызваны насмешки миссис Маккарлик. Ее льстивые слова совершенно не вязались с холодным тоном. Она расстроила Пита, и он смущенно начал оправдываться:

– Я действительно вернусь. Вчера мне страшно не повезло. Я проиграл Беркли, и у меня…

– Тогда все ясно, — сказала миссис Маккарлик.

Ее улыбка стала более презрительной.

– Очередная неудача в Игре. Так вот почему вы навестили нас.

– Сейчас я должен слетать в Нью–Мексико, — сказал Пит и пошел к машине. — Возможно, мы встретимся с вами позже.

Сев за руль и захлопнув дверь, он дал автопилоту команду на взлет.

Когда машина поднялась, детишки замахали руками. Миссис Маккарлик повернулась к нему спиной. Откуда такая враждебность, подумал Пит. Или это ему только казалось? Может быть ее возмущало деление общества на боссов и небоссов? И она считала несправедливым то, что лишь некоторым людям разрешалось сидеть за игровым столом?

Я не виню ее, сказал себе Пит. Просто она не понимает, что в любой момент мы тоже можем стать такими, как она. Недаром все вспоминают Джо Шиллинга–некогда величайшего босса Западного полушария, а теперь простого продавца, отстраненного от Игры на всю оставшуюся жизнь. Нет, деление людей носит чисто условный характер.

Да он и сам был когда–то небоссом. Свои первые владения Пит обрел единственно законным образом. Он подал заявку в Комитет и начал ждать, когда умрет какой–нибудь босс. Считая дни, недели и годы, он следовал правилам, предписанным вугами. И в конце концов ему повезло: 4 мая 2143 года в автоаварии погиб один из боссов по имени Уильям Раст Лоренс. Пит унаследовал его владения и вошел в игровую группу Аризоны.

Такое случайное наследование нравилась в первую очередь вугам, игрокам до мозга костей. Они питали отвращение ко всем причинно–следственным системам.

Интересно, подумал он, какой была девичья фамилия у миссис Маккарлик.

Вот уж действительно женщина! Она понравилась ему несмотря на враждебное отношение. Пит вспоминал ее фигуру и манеру общения. Он решил побольше узнать о семье Маккарликов. Возможно, они тоже были боссами, но потом проигрались в пух и прах. Это объясняло бы все.

Я могу поинтересоваться у знакомых, подумал он. У них трое детей–значит они многим известны. Наверняка, Джо Шиллинг знает их историю.

Вот у него–то я и спрошу.

Глава 4

– Конечно, — ответил Джо, пробираясь через пыльный торговый зал к жилым помещениям в задней части магазина. — Я знаю Патрицию Маккарлик. Но как тебе удалось познакомиться с ней?

Он повернулся и вопросительно посмотрел на своего гостя.

– Маккарлики живут в моем владении, — ответил Пит.

Он с трудом продвигался по проходу, заваленному пачками пластинок и картонными коробками, из которых торчали письма, каталоги и плакаты прошлых времен.

– Как ты тут что–то находишь? — спросил он Шиллинга.

– У меня своя система, — рассеянно ответил Джо. — А знаешь, почему крошка Пэт так рассердилась на тебя? Она привыкла быть боссом, а эти жмурики из Комитета отстранили ее от Игры.

– На каком основании?

– Она телепатка.

Очистив место на кухонном столе, Джо достал две чашки с обломанными ручками.

– Почаевничаем?

– Я не против, — ответил Пит.

– Мне прислали пластинку с твоим «Доном Паскалем», — сказал Шиллинг, наливая чай из черного керамического заварника. — Ария Шипы. Да–дум да–да да. Прекрасная вещь.

Напевая мелодию, Джо подошел к раковине, заполненной тарелками, и достал из шкафчика лимон и сахар. Внезапно он замолчал и прислушался.

– О, смотри, ко мне пришел клиент.

Он подмигнул Питу и указал пальцем на край пыльной занавески, которая отделяла жилые помещения от торгового зала. Пит увидел высокого худощавого юношу, который просматривал старый и оборванный каталог пластинок.

– Это настоящий псих, — тихо шепнул ему Шиллинг. — Питается йогуртом и практикует йогу. Для потенции принимает витамин Е. Пачками, представляешь? Пачками. И все это достаю ему я.

Юноша осмотрел зал и окликнул хозяина:

– М–мистер Шиллинг, у вас есть п–пластинки Клаудии Мюзио?

– Только «Сцена с письмом» из «Травиаты», — прокричал в ответ Джо.

Похоже, он даже не собирался вставать из–за стола.

– Я нашел миссис Маккарлик очень привлекательной, — сказал Пит.

– О, да! Живая бабенка! Но она не для тебя. Юнг описал бы ее, как интровертный чувственный тип. Такие женщины пробирают до самой печенки. Они подвержены идеализму и меланхолии, а тебе нужна взбалмошная веселая блондинка, которая развлекала бы тебя и вытаскивала из депрессий. Тебе необходима женщина, с которой ты забыл бы о своей навязчивой идее самоубийства.

Шиллинг отпил чай, и несколько капель заскользили по его рыжеватой густой бороде.

– Ну? Что скажешь? Или ты снова в депрессии?

– Нет, — ответил Пит.

Из торгового зала донесся голос худощавого парня:

– М–мистер Шиллинг, м–можно я послушаю запись Джигли из «Уна Фуртива Лагрима»?

– Конечно, — отозвался Джо, задумчиво почесывая щеку.

Он посмотрел на Пита и сказал:

– Ты же знаешь, до меня доходят разные слухи. Сегодня утром я услышал о твоем проигрыше.

– Да, я проиграл Беркли, — признался Пит. — И ассоциация Мэтта Метронома…

– Выкупила его для Счастливчика Джерома, — закончил Шиллинг. — Ой вей, он крутой игрок, уж я–то знаю. Теперь Лакмен будет сидеть за вашим столом. А значит скоро он наложит лапу на всю Калифорнию.

– Неужели никто не может обыграть его?

– Почему же нет, — ответил Шиллинг. — Я бы мог.

– Ты это серьезно? — спросил Пит, посмотрев на него. — Но он уничтожил тебя. Ты стал классическим случаем разорившегося босса!

– В тот раз мне просто не повезло. Если бы у меня осталось какое–нибудь владение, чтобы поставить его на кон… Если бы я снова мог вернуться в Игру…

На его лице появилась кривая и унылая улыбка.

– Блеф–это пленительная игра. Как и покер, она объединяет в себе случайность и мастерство. Ты можешь выиграть у любого, но можешь и проиграть. В последнем круге меня подвел один единственный ход, а Лакмен взял банк из–за одной удачной догадки.

– И его умение тут ни при чем?

– Конечно, черт возьми! Ему повезло, и он одолел меня–профессионала.

Мы могли бы называться Счастливчик и Мастер. Если бы я мог сделать ставку и начать Игру сначала…

Он выругался и тихо добавил:

– Извини.