Фез Инкрайт – Магия растений: убийцы и целители (страница 32)

В то время как глоток чего-нибудь с корнем или стеблем ревеня очень полезен, листья ревеня – и некоторые сомнительные советы правительства – были виновны в смерти 18 человек в ходе Первой и Второй мировых войн. В эти периоды гражданских лиц в Британии поощряли придерживаться девиза «Копай ради победы» – людям советовали на имеющемся участке земли держать скот или выращивать овощи, и правительство распространило сотни брошюр с информацией по извлечению максимальной пользы из этого.

Все было хорошо, пока не вышла брошюра с советами Мод Грив – ведущего ботаника начала 1900-х гг., которая пользовалась огромной популярностью, несмотря на многочисленные ошибки в большинстве ее работ. Под ее руководством в брошюре листья ревеня были причислены к овощам – информация, вероятно, была взята из письма, опубликованного в «Хронике садовника» в 1846 г., в котором садовник графа Шрусбери отметил съедобность всего растения.

К сожалению, тот садовник ошибся: листья содержат щавелевую кислоту, и хотя их надо съесть очень много, чтобы это привело к летальному исходу, смерти предшествуют рвота, судороги, кровотечение из носа и внутреннее кровотечение, и все это в течение всего часа после приема внутрь. Кислота в сочетании с кальцием в организме быстро образует камни в почках и в конечном итоге вызывает почечную недостаточность. Дезинформация о ревене была исправлена в более позднем номере журнала, но, скорее всего, те, кто читал первую статью, не видел поправки.

Правительство продвигало листья ревеня в качестве замены капусты и шпината. От отравления ревенем во время Первой мировой войны умерли 13 человек, и когда была обнаружена ошибка, брошюры отозвали. Отозвали, но не уничтожили, потому что во время Второй мировой войны какой-то трудолюбивый переработчик обнаружил их на складе и приказал перераспределить, что привело еще к пяти смертям.

Несмотря на опасность листьев, ревень оставался чрезвычайно популярным в Британии в течение обеих войн. В процессе варки он легко впитывает аромат других фруктов, и во времена строгих ограничений многие джемы содержали высокое количество ревеня. Популярная городская легенда гласит, что одна компания получила огромную прибыль, используя именно это свойство ревеня: она скрыла тот факт, что их малиновые джемы на 80 % состоят из ревеня, изготовив из дерева семена малины и придав джему вид настоящего.

Роза (Rosa)

Шиповник среди лесов настоящий злобный крючок,

сожги его, такого острого и зеленого;

Он режет, он сдирает кожу с ног того, кто хочет

продвинуться, насильно тащит назад.

Спросите любого англоговорящего человека, что у него ассоциируется с розами, и большинство ответов, скорее всего, будут одинаковыми: романтика, брак и красота. Но оглянитесь на несколько столетий назад, и вы обнаружите, что у этого всеми любимого цветка есть и темная сторона: когда-то он был символом тайн, смерти и колдовства. Шиповник даже известен во Франции как Rose Sorciere – «Роза колдуна», поскольку предполагалось, что он был посажен дьяволом в неудачной попытке создать лестницу обратно на небеса[115].

До сегодняшнего дня дошли более привлекательные ассоциации. Одни из самых широко распространенных и красивых цветов в мире, розы выращиваются по меньшей мере с 500 г. до н. э., и персы, египтяне и китайцы ревностно вывели из диких кустов садовые сорта, которые мы знаем сейчас.

Романтические ассоциации, вероятно, так же стары, как сами розы. Римляне во время свадеб украшали здания розами, а легенды о любви между Клеопатрой и Марком Антонием утверждают, что однажды она наполнила спальню полуметровым слоем лепестков, чтобы соблазнить Антония. Распространенным образом во многих народных шотландских и английских балладах являются кусты роз, вырастающие на могилах юных жертв трагической любви. Разросшийся кустарник обычно заполняет пространство между могилами, чтобы влюбленные могли быть вместе после смерти. Этот мотив появляется в средневековой легенде о Тристане и Изольде, чьи могилы соединены кустом плюща и принимают форму роз в других известных песнях, таких как «Варвара Аллен», «Лорд Лав» и «Леди Маргарет»:

В Шотландии я был рожден и знал Варвару Аллен, В нее был смолоду влюблен в деревне каждый парень. Стоял веселый месяц май и зеленели дали, А юный Уильям умирал, страдая по Варваре. Пришел слуга к ее двери, сказал: «Меня послали К больному лорду привести тебя, Варвара Аллен». Опешив, медленно она ответила «Пойдемте». Но Уильяму сказала лишь: «Вы, видимо, умрете». «О, болен, очень болен я – да, смерть меня объяла, Но без тебя не проживу ни дня, моя Варвара». И медленно ушла она, и с каждым ее шагом Как будто колокол звенел – по Уильяму – с ней рядом. «Отец, отец, о вырой мне могилу как невесте. Мой Уильям умер для меня, и лягу я с ним вместе». Шиповник с розою сплелись вокруг могил корнями, И настоящая любовь всегда с Варварой Аллен.

Дикие кузены домашней розы, шиповник красно-бурый (R. rubiginosa) и шиповник собачий (R. canina), имеют историческое значение благодаря римлянам. Это разновидности, с которыми римляне были наиболее знакомы, и древняя репутация этих растений распространялась по всей Европе по мере роста Империи.

До появления христианства древние римляне отмечали праздник Rosaria (или Rosalia) – праздник роз. После того как христианство стало основной римской религией, Розария стала христианской Пятидесятницей, также называемой Пасхой Роз. Это был период поминовения усопших, отмечаемый с мая по июль, во время которого ухаживали за могилами и вспоминали умерших. Душам умерших – manes – предлагались розы: считалось, что души становятся божествами-защитниками дома. Армейские легионы приносили жертвы и увенчивали свои штандарты цветами, а в храмах и у статуй оставляли подношения. Приносились и бескровные жертвы не только в виде вина, но и роз и фиалок: их цвет символизировал кровь и смерть.

Для римлян розы были излюбленным цветком на похоронах, они украшали столы на погребальных банкетах и памятники. Будучи символом как траура, так и прекрасной юности, они были особенно тесно связаны со смертью молодых людей, и в погребальных эпитафиях обычно звучала мысль, что тела становятся цветами после смерти. Одна из таких латинских надписей гласит: «Здесь покоится Оптат, ребенок, облагороженный преданностью: я молюсь, чтобы его прах был фиалками и розами, и я прошу, чтобы Земля, которая теперь ему мать, была добра к нему, ибо жизнь мальчика никому не была в тягость»[116].

У греков также были распространены многие из этих традиций; они вырезали розы на погребальных стелах и увенчивали умерших венками из роз. В «Илиаде» Гомера Афродита намазала труп Гектора розовым маслом, чтобы его тело всегда оставалось свежим – практика, также используемая древними египтянами во время процесса бальзамирования.

Римляне тоже наделяли розу – и особенно шиповник – связью с тайной и скрытыми сокровищами. Эту ассоциацию можно найти во всем европейском фольклоре: вспомните артурову башню роз в Броселиандском лесу, где был заточен Мерлин, или шиповник, который укрыл Спящую красавицу. Греки рассказывают об Эроте, который подарил розу Гарпократу, богу тишины, чтобы убедиться, что неосторожности его матери останутся в тайне.

Эти ассоциации, вероятно, произошли от латинского выражения sub rosa – «под розой». В римских столовых, если в комнате велся разговор, не предназначенный для чужих ушей, под потолком подвешивали розу, указывающую на то, что присутствующие должны держать происходящее в секрете. На исповедальнях во многих христианских церквях вырезаны изображения роз по той же причине, и именно поэтому белая роза стала символом восстания якобитов в Шотландии XVIII в. Правительство Шотландии до сих пор использует обозначение sub rosa при обсуждении конфиденциальных вопросов.

В Англии роза – особенно роза Тюдоров – присутствует в качестве геральдической эмблемы на королевском гербе Великобритании. Роза Тюдоров – это красная роза с белыми вкраплениями. Красная и белая роза были символами домов Ланкастера и Йорка, двух соперничающих ветвей королевского дома Плантагенетов. Противостояние между этими домами печально известно, особенно конфликтом, длившимся 32 года в XIV в., известным как Война Алой и Белой Розы. После того как дома наконец объединились, образовав Дом Тюдоров, роза Тюдоров была создана, чтобы символизировать этот союз. В настоящее время существует сорт, известный как роза Йорка и Ланкастера, которая, как говорят, выросла на полях сражений из крови воинов обеих сторон.

С

Сейба – хлопковое дерево

Сейба пятитычинковая (Ceiba pentandra)

Смотри, наросты сынов, листва из людей и ветви,

Широкие ветви древа старого мира,

Железом стыда и крюками рабства столетий

Их рубят на всем белом свете.

Смотри, я приделал крылья к твоим бескрылым ногам,

Пока не будет пройден весь путь,

Пока пустынные храмы не крикнут незанятым тронам:

Разве нас сберегут?

Одно из самых высоких деревьев в Центральной Америке, хлопковое дерево, также называемое сейба, может вырасти до 60 м – это лишь немного ниже, чем некоторые знаменитые секвойи Калифорнии. Для древних народов майя оно было священным и не подлежало вырубке, они называли его Yax Che, «Первое Дерево» и согласно их мифам оно было символом Вселенной и центром Земли. Майя думали, что мир состоит из четырех направленных квадрантов и центрального пространства, соответствующего пятому направлению, занятому хлопковым деревом. Как и во многих случаях с Мировым Древом в мифологии, считалось, что его корни уходят в подземный мир, а раскидистые ветви достигают небес (которых у майя было 13). Ствол представлял земной мир, в котором живут люди, способные путешествовать вверх и вниз в начале и в конце своей жизни[117]. Поэтому неудивительно, что майя – и современные племена, живущие вдоль реки Амазонки – так сильно почитали и почитают это дерево. В дополнение к его внушительной высоте размах его кроны может достигать 52 м – длина, почти равная высоте, а похожий на хлопок пух, что покрывает семена, можно скрутить в волокно. Получется легкий, эластичный и водостойкий материал, который отлично подходит для изоляции, набивки и обертывания вокруг дротиков для духового ружья, создавая уплотнение, которое помогает продвигать дротик через трубку. Это увеличивало давление и выталкивало дротик из ружья с большей силой.