Феолипт Филадельфийский – Аскетические творения. Послания (страница 36)

2. Что же касается меня, то как я смогу возвестить о чудесах Божиих, и ныне [являемых] относительно меня? Ведь в тот день, когда я приготовился вступить на корабль и совершить плавание, на меня обрушилась страшная болезнь с пронзительной болью и кровотечением; название ее — дизентерия. Смертный приговор был вынесен мне отказавшимися от меня врачами, ибо они видели мою старость, расслабленность тела и силу болезненного состояния, усугубившегося [предшествующим] плаванием и изнурением, а потому и сочли мое положение безнадежным. Но, несмотря на этот овладевший мною недуг, я вступил на корабль, отдавшись во власть многих бед и несчастий, возникавших от [бурных] волн, сильных ветров, качки судна, тесноты и множества людей, зловония и, что хуже всего, препятствий к необходимым заботам о [немощном] естестве своем. И вот, когда дело обстояло столь [плачевно], Податель жизни и Исцелитель душ и телес [наших] укрепил меня так, что эти ужасы [плавания] не только не усугубили недуг, но превратились в целительное лекарство: болезнь была быстро и полностью изгнана [Господом], и я опять обрел прежнее здравие. Вот что можно сказать о моем страшном недуге и необычайном избавлении от него. Что же касается трудностей, встреченных нами, когда мы путешествовали из Фокеи в Филадельфию, боясь ночью тайных нападений и засад, а днем опасаясь открытых атак, наскоков и козней [врагов], то думаю, что спасительным исходом [путешествия] обязаны мы Богу и [постоянному] повторению слов пророка: «проидохом сквозе огнь и воду, и извел еси ны в покой» (Пс. 65, 12)⁶²³.

3. Из писем, посланных тобой, я получил те, которые были отправлены с Карбоном в праздник Рождества Христова, а те, которые были отправлены с Кидонатом (проживающим вместе со мной), я получил еще раньше. Получением их я был утешен, однако был немало огорчен содержанием, которое обнаружило, как я вижу, что дела наши обстоят не так, как я надеялся, и не так, как ты обещала. Я был обманут, а ты говорила неправду: «ты солгала не человекам, а Богу» (Деян. 5, 4)⁶²⁴. Следует тебе понять смысл этого апостольского изречения и последовавшего тогда наказания. [Твоя инокиня] оказалась игрушкой опрометчивости, ты — рабой малодушия; я же, благодаря вам обеим, был высечен бичом скорби, видя, что труды мои не принесли никакой пользы.

4. Ты знаешь (и знаешь точно), что большинство моих слов, обращенных к вам, не иное что имело в виду, как терпение⁶²⁵. Ибо душа твоя всегда ободрялась, когда орошала ее роса воздержания и терпения. Ведь они суть добродетели всеобъемлющие и являются основой прочих добродетелей⁶²⁶, содержа в себе главные добродетели, я имею в виду любовь и смиренномудрие⁶²⁷. Воздержание есть узда добровольных страстей, сдерживающая предпочитающие наслаждения стремления души⁶²⁸; отделяя душу от вожделения к вещам преходящим, оно соединяет ее, через любовь, с Богом. Терпение же есть губка невольно обрушивающихся [на нас] скорбей; ведь впитывая и принимая в себя несчастия, привходящие [к нам] извне, оно делает смиренным мудрование души. Наслаждение и слава [земная] снимают с нас облачение славы Божией⁶²⁹, а воздержание и терпение вновь ткут это облачение⁶³⁰. Когда наслаждение иссушается воздержанием, а тщеславие уничтожается [стойким] перенесением несчастий, то душа возвращается к любви Божией и облекается миловидной красотой смиренномудрия. Воздержание истребляет [в ней] сладострастное желание, а терпение упраздняет тщеславное мудрование. Обе же эти добродетели [вместе] воюют против гнева и похоти. Если не имеешь воздержания, то «плотская похоть» (Евр. 2, 3; ср. 1 Ин. 2,16)⁶³¹ одолевает твою душу; если не имеешь терпения, то гнев властвует над твоей душой.

5. Радостно принимай любые случающиеся с тобой скорби, чтобы скоро быть увенчанной тебе наградами терпения⁶³². Адам, начальник тления, был изгнан из рая, утратив воздержание и терпение: воздержание он потерял вследствие пристрастия к лакомствам, а терпение — вследствие того, что ему [не хватило] выдержки [осуществить] заповедь⁶³³. А «Начальник жизни» (Дели. 3, 15), постом победив искусителя и низвергнув его терпением спасительных страстей и Креста, и нас провозгласил победителями, вновь сделав обитателями рая. [Поэтому всегда] имей в уме изречение всем известного подвижника, святого Арсения. Он, [как бы постоянно] отвоевывая свое усердие и напоминая себе свое изначальное рвение к отшельнической жизни, всегда говорил самому себе: «Арсений, для чего ты ушел [из мира]?»⁶³⁴ Что значило: «Арсений, устремляйся к тому благому намерению, ради которого оставил ты мир, и шествуй к назначенной тебе цели».

И ты также говори себе подобным образом: «Евлогия, для чего ты приняла пришедшую к тебе сестру?» И эти краткие слова породят в душе твоей множество мыслей и просветят ум твой относительно того, как руководить сестрой. Прикинь в уме, какое усердие потребовалось тебе, чтобы [убедить] ее уйти из мира. Подумай о том, что вначале она имела благое доверие к тебе; [вспомни] время, которое она провела с тобой, многообразное руководство, явленное (и являемое) тобой, скорби, понесенные тобой ради спасительной любви к ней. Прими во внимание ее совершенное нестяжание⁶³⁵, отсутствие связей с семьей, удаление от сродников и раскаяние в своем падении. Порассуждав о всем этом, победи «зло добром» (Рим. 12,21)⁶³⁶, легкомысленность ближней — твердостью твоего разумения, опрометчивость и неведение сестры — здравостью своего суждения. Вспомни изречение святого Антония: «От ближнего зависит жизнь и смерть. Если ты обрел брата своего, то обрел Христа, а если ты огорчил брата своего, то огорчил Христа»⁶³⁷. Недостаткам ближнего противопоставляй присущие ему достоинства и считай, что добрые [свойства его происходят] из внутреннего расположения [его души], а заслуживающие порицание — от заблуждения, небрежности и нападок лукавого. Рассуждая так, ты проникнешься сочувствием к сестре и вступишь в [духовную] брань с общим врагом [рода человеческого]. Ведь лукавый посредством подозрительности и опрометчивости приводит в смятение сестру, чтобы то основание, которое она вначале хорошо положила [на камне], и ту добрую храмину, которую она надстроила на этом основании⁶³⁸, разрушить, заставив ее отказаться от своих обетов и преступить заповедь. А тебя он приводит в смятение посредством малодушия, чтобы лишить наград терпения и воздаяния за многие труды твои. Прими во внимание свое боголюбивое намерение относительно сестры и свои старания [о ее спасении], которые тебе еще придется проявить в будущем; [вспомни] ее заботу о тебе [во дни] твоих немощей и ее усердие в прочих служениях. Подумай о раскаянии совести своей и о порицании людей благомыслящих, которые ты обретешь, если из малодушия удалишь сестру [из монастыря]. Пусть такие мысли пресекут твое пренебрежение [обязанностями настоятельницы]. Незыблемо укрепись в терпении, подобающем тебе; не избегай общения с сестрой, чтобы цель [христианской жизни] не была вскоре оставлена вами обеими и не потерпели бы вы ущерба от недостатка любви. Ведь любовь «не мыслит зла» (1 Кор. 13, 5), любовь «все покрывает, все переносит» (1 Кор. 13, 7)⁶³⁹. Если ты не мыслишь о прегрешении ближнего, даже претерпев скорби от него, и имеешь кротость⁶⁴⁰, то ты имеешь и любовь. А она подвигает тебя к благодеянию и терпению.

6. Я же, когда вспоминаю о беспокойствах, доставляемых [тебе] сестрой, сразу же огорчаюсь. С другой стороны, думая о ее искреннем раскаянии, самоукорении⁶⁴¹ и смиренных речах, утешаюсь и бываю расположен так, словно эти скорбные события вовсе не происходили. Я же, когда вижу прегрешение ближнего, то прежде всего считаю это своим собственным прегрешением, а затем говорю себе так: «Приводящий в смятение брата есть общий враг [наш]. Сегодня он дает подножку ему, а завтра — [собьет с ног] меня. Разгневаюсь же на этого врага и одержу победу в брани с ним. А огорчившего меня брата я должен буду почтить прощением и потерпеть скорбь от него, как терпят боль от собственной раны; своим терпением и молитвой за него подам же я длань помощи павшему»⁶⁴². С помощью таких рассуждений стяжаю я терпение, а с помощью терпения избавляю причинившего мне скорбь от смятения и влеку его к любви: он же начинает скорбеть о самом себе, что уступил несдержанности и огорчил меня.

7. Поэтому, видя смятение сестры, ты не должна из малодушия упрямо настаивать на том, чтобы она была наказана, и мстить ей. А то вот [что произошло]: ты стала рабой страсти себялюбия⁶⁴³, а вы обе — предметом злорадства для лукавого; она стала им через опрометчивость, начав [ссору], а ты — через малодушие [, пожелав] воздать ей [злом за зло].

8. Итак, когда видишь распалившуюся [раздражением] сестру, тогда с помощью молитвы и терпения поступай любомудренно⁶⁴⁴ и обращай внимание не на то, что совершается открыто в настоящее время, но на скрытую и [долговременную] осаду врага. Потому что если ты дала «место гневу [Божию]» (Рим. 12, 19)⁶⁴⁵, то гаснет воспаление [раздражения] в сестре, и твоим молчанием приводится к ведению причиняющая скорбь [тебе]. Ведение же порождает страдание в побуждаемой [лукавым] поступать дурно, бичует ее покаянием, склоняет к осуждению самой себя и взывает к твоему прощению. И скорбь, причиненная сестрой, становится, через кротость и молитвы о ней, основой радости для тебя. Только не думай, что удручившая тебя сестра, которая спустя малое время кается, на коленях припадает [к тебе, моля о прощении,] и упрекает себя, пребывает [по-прежнему] в своей страсти. Ибо страстное состояние ее возникло не из внутреннего душевного расположения и преднамеренного умысла, но из уловления [ее врагом] и [собственной ее] скудости ума.