Феофан Тыквин – Савр и Оранж. Хронопетлецы (страница 9)

– Ты здесь работал 30 киклов назад?

– Да, я один из основателей этого жуткого места. Нас было пятеро любителей альбийских пабов, сейчас трое осталось, но я — один из них. Посмотри вот то большое фото рядом со входом, сравни со мной. Угадаешь, где там я, закуска — бесплатно, как старому клиенту, который вернулся после длительного отсутствия.

Хамлор встал и дошёл почти до входной двери в паб. Справа от входа, если смотреть на улицу, висела большая фотография. На фото — пятеро улыбающихся молодых людей, держащих в руках вывеску с названием паба. Видимо, перед тем, как вывеску разместили над входом. Похоже, очень давно это было. Конечно, Патока узнал бармена и даже вспомнил его.

– Я помню тебя, узнал на фото, ты самый левый там стоишь. И вспомнил, как мы с тобой общались, когда я был совсем молодым подростком.

– Точно, я самый левый парень, левее не бывает, только не в плане политических партий.

– Ты ещё вербовал ребят, подработки предлагал, типа сообщить, если определённых людей увидим.

– Было такое, но ты же понимаешь, я не на астиномию, филадскую полицию, работал. Помогал брату, он трудился как частный детектив.

– Без проблем, я не из анархистов или футбольных фанатов, я не против астиномии и частных детективов. Тем более много киклов прошло.

И тут Патоку будто током ударило. Он вспомнил одну вещь, видимо, ту самую, что крутилась на периферии его сознания и, похоже именно это воспоминание привело мужчину в паб. Помимо фото и набросков конкретных людей, которые в юности ему показывал бармен, была довольно странная картинка. И Хамлор вспомнил, как он 30 киклов назад посмеялся на странным рисунком, спрашивал, что там за чушь нарисована, и быстро забыл.

– Друг, я помню, когда рассказал, что живу в посёлке Писателей, ты показал мне 30 киклов назад странную картинку. Не набросок с портретом и не фото, а пару символов.

– Да, там была сигма и символ атома. Ты ведь не просто так спросил?

– Тогда я не знал, что это символ атома, в школе нам такие сложности не рассказывали.

– Брось, друг, тогда все ученики в классе говорили свободно по-филадски. Это сейчас для большинства учеников в классе филадский неродной, и учитель всё своё время тратит на то, чтобы они хоть что-то по-филадски понимали. И, конечно, объяснить им, зачем они вообще ходят в школу и почему должны время на уроки тратить, а не толкать дурь богатым туристам. На учеников-филадцев времени вообще не остаётся. В твоё время такого не было.

– Не было, но учёбой я не очень увлекался. Суть не в этом. Теперь про символ атома я знаю. И хочу спросить — тот запрос ещё актуален?

– С меня ещё бесплатная закуска. Ты разоришь меня сегодня, парень. Как тебя, Хамлор, правильно?

– Так и есть. Но закуской ты не отделаешься. И я понимаю, что 30 киклов поиска — это заказ недешёвый. Поэтому хочу встречу с тем, кто у тебя запросил поиск этой картинки. С посредником информацией не поделюсь.

– Ладно-ладно, не больно-то и хотелось. Я свою комиссию получу. А ты сам встречайся с заказчиком. Честно, ты прямо сделал мою жизнь легче. Парень тот непростой в общении, и места для встреч выбирает странные. Посиди 5 минут, попробую выяснить, что и как.

Бармен крикнул помощника, чтобы тот обслуживал клиентов, а сам удалился в подсобку, взяв смартфон. Видимо, позвонить. Вернулся практически сразу, разговаривая по-альбийски. Спросил, говорит ли Хамлор на альбийском. Тот подтвердил, бармен попросил посетителя дать номер мобильника. Патока продиктовал свой номер. На него тут же позвонили.

– Хамлор, правильно?

– Да, это я.

– У вас есть информация по символике, которую вам показали в пабе. Это так?

– Да, я видел эту символику.

– На каком предмете, могу уточнить?

– На футболке.

– Можете приехать сейчас в клуб «Красавицы»? Если вы не любитель, я не заставлю вас смотреть шоу. Просто поговорить. 500 денариев за информацию. Бармен выдаст вам сотку аванса.

– Вы ищете это 30 киклов, и не смогли найти. Пять тысяч сразу.

– Три, и вы сможете заработать ещё, если поможете мне и дальше. Бармен даст вам пять сотен аванса. Не наглей, Хамлор, больше не дам.

– Ладно, еду.

Глава 7. Новые хронопетлецы

Я отошёл от Симатодотиса и получил системные сообщения:

«Получено 12 чешуек за применение пассивных навыков: быстрая ходьба, дальнозоркий, торговля, аналитический прогноз, применение харизмы, удачи и лидерства. Итого имеется 152/1460 опыта».

«Получено задание. Повышение популярности среди участников ополчения процессора Савра и ремонтной эксарты за счёт распространения марофонов. Статус выполнения 0/1200 марофонов».

– Ламия, не нравится мне это слово «марофон». Понятно, что ослышался Симатодотис. Если мы выполняем задание про популярность, нужно как-то отметиться. Пусть будет слово «саврофон», например, хоть что-то про ящеров и про меня. Ведь это мой позывной ополченца и, в то же время, на филадский язык «ящерица» переводится как «савра». Можно будет украсить устройства соответствующим образом, хотя бы в бампер прозрачный вставить рисунок с людоящером и подписать, что это саврофон. С написанием, надеюсь, мне помогут сокланы.

– Савр, принимается.

«Задание изменено. Повышение популярности среди участников ополчения процессора Савра и ремонтной эксарты за счёт распространения саврофонов. Статус выполнения 0/1200 саврофонов».

Вот так в далёком прошлом переименовали смартфоны в саврофоны. Вернулся в свою ремонтную эксарту. Получилось так, что, кроме Сараша и Шельтары, знакомых в ней не осталось. Кто-то погиб окончательно, кто-то переведён в другие подразделения после ранений и отпусков. Сараш был на докладе у командования, Шельтара, как заместитель, представила меня новым сокланам:

– Это Савр, наш ползун-процессор, спас нас на сложном задании. Потом выживал и выполнял невозможные миссии. Девочки, на него не смотрите, а то будете иметь дело со мной.

– Привет всем, рад пополнению. Скоро, надеюсь, смогу обучить вас делать полезное для ополчения оборудование. Жду поставок новейшей техники, как только доставят, сообщу. Шельтара, можно тебя на минутку?

– Можно и подольше, мальчик мой. Видели, девочки? Не мешайтесь.

На военное подразделение такое общение похоже не было, скорее на ватагу свободолюбивых казаков или пиратов каких-то. Шельтара обняла меня, сказала, что очень рада, что я жив остался после мясорубки из-за подключения маяка. В очередной раз мне посетовала как соклан, что я не доставил пока оборудование из будущего, напомнила, что всем подряд про источник оборудования говорить нельзя. Предложила помощь с закупками компонент, которой я сразу воспользовался, поскольку времени не хватает катастрофически, а кому ещё в ополчении можно доверять, если не змеелюдке, с которой много боёв уже прошёл смертельно опасных.

Рассказал Шельтаре про деловое предложение от Симатодотиса. Предложил крафт делать, по возможности, силами нашей эксарты. Если идея связиста в принципе не противоречит уставу ополчения. Шельтара меня заверила, что в свободное от заданий время можем делать что хотим, тем более, повышение популярности эксарты тоже задание, и важное для ополчения в целом. Потому что, как во многих организациях, много закоснелых персонажей на вершине, которые хотят всё делать по старинке, а обстоятельства поменялись — и враг у нас необычный, и ресурсов после стольких киклов зимы нет, и отступать уже некуда, точек сопротивления осталось не так много, и они изолированы. Вместе с Шельтарой отправились к Симатодотису, триарх объявила ему, что будет лично расчёты все вести и контролировать цены, чтобы связист не обманул «мальчика из будущего». Вроде полушутя, но видно было, есть причина у таких слов, видимо, связист мутит бизнес не всегда по-честному.

Симатодотис передал мне драгоценных камней и золота. Где успел собрать за полчаса-час, что меня не было, непонятно. Вскоре пришёл приказ от командования, и мы с Оранж через змееход и вокзал отправились к её начальству в ополчении. Я был уверен, что на вокзале мы пройдём или проедем на вагонетке к другому змееходу, но вагонетка отвезла нас в центр сооружения, мы провалились куда-то вниз, как на поезде в парке аттракционов, когда тебя катают по рельсам с большой скоростью вверх-вниз, с постоянной меняющейся гравитацией. Мы провалились вниз, угол падения быстро сократился, и после небольшого горизонтального участка и замедлившись, поднялись по идущим вертикально вверх рельсам обратно на вокзал.

Я присмотрелся к обстановке и понял, что вокзал другой. Потолок в розовых тонах, вместо переплетённых змей орнамент в виде смотрящих друг на друга крокодилов, стены не чёрные, а кофейного цвета. И главное, пассажиры были другими. Если на привычном для меня вокзале большинство пассажиров были змеелюды с небольшим количеством людоящеров, то здесь основную массу существ, передвигающихся внутри помещения, составляли птицеподобные существа с зубастыми клювами и перьями и создания, похожие на крокодилов. Крокодилы двигались на задних лапах, но верхней частью тела опирались на тележки с колёсами, увеличенные версии тех, что я видел в супермаркетах. Похоже, этим существам ходить на двух лапах было сложно, но они использовали тележки для опоры и перевозки багажа. Нас в точке назначения, где остановилась вагонетка, ждала пара людоящеров и существо, похожее на птицу.