Фэнни Флэгг – О чем весь город говорит (страница 31)
– Верно сказано.
Да уж, для Вербены Уилер этакая новость – что горячий уголек в ладонях, долго не удержишь. К двум часам дня весь город знал, что Гленн Уоррен – новый мэр.
А на «Тихих лугах» природа затевала впечатляющие постановки. Вот давеча с ветки сорвался огромный ястреб и, взмахивая крыльями, что в ярком лунном свете казались белоснежными, сделал круг над холмом, а потом улетел в долину.
Вскоре в эти спектакли вписались реактивные лайнеры, проплывавшие в темном ночном небе. Удивительно, сколько их было, больших и малых самолетов, мигавших красно-белыми огоньками.
Один покойный фермер-норвежец, впервые увидевший самолет, спросил внука:
– Хочешь сказать, внутри этой штуки живые люди?
– Да, дед. Я на таком летал из Сент-Луиса в Нью-Йорк.
– И что, ты словно в утробе птицы?
– Нет, самолет здорово шумит и не машет крыльями.
– А как же он летит-то?
– Понимаешь, ты забираешься в этакую трубу, похожую на длинный узкий автобус. Находишь свое место, пристегиваешься ремнем, и тут начинают реветь двигатели. Потом самолет выезжает на дорожку, что есть мочи разгоняется, и оглянуться не успеешь, как земля далеко внизу, а ты – в облаках и летишь, куда тебе надо.
– Ух ты! – завистливо вздохнул паренек, умерший в 1923-м.
– Симпатичная девушка приносит тебе орешки и напитки, а потом – раз-два, и ты опять на земле, но уже за сотни миль от места, где сел в самолет.
– А высоко он забирается?
– На тысячи футов.
– Мать честная! И что же эти дураки еще-то удумают?
Расставание с домом
Нынче Беатрис приехала к Элнер одна. В расстроенных чувствах. Ханна Мари собиралась на учебу в бостонскую спецшколу для глухонемых.
– Я очень за нее беспокоюсь, – сказала Беатрис. – Девочка никогда не покидала дом. А Бостон так далеко. Я буду ужасно по ней скучать.
– Понимаю, милая, это тяжело, и ты, конечно, будешь скучать, – ответила Элнер. – Все будем скучать. Но постарайся во всем этом увидеть хорошее. Слава богу, у вас с Лидером есть деньги, чтобы отправить дочку в лучшую школу. А если б девочка родилась в бедной семье?
– Да, за это я благодарна судьбе. Но будь моя воля, я бы веки вечные держала ее при себе.
– Когда она уезжает?
– Через пару недель… – Беатрис вздохнула: – Господи, с ужасом жду этого дня. Мне вот говорят, ей надо учиться самостоятельности, и это, я знаю, правильно… Но все равно страшно переживаю. Она такая доверчивая и простодушная, жизни совсем не знает.
– И хорошо, что она такая.
– Ты думаешь?
– Уверена.
Беатрис улыбнулась:
– Наверняка у нее все сладится, но меня тревожит не только школа – будущее дочки вообще. Вдруг она никогда не выйдет замуж? Мы с Лидером не так уж молоды. А если с нами что-нибудь случится? Кто тогда позаботится о Ханне Мари?
– Перестань, Беатрис, ничего с вами не случится.
– Ладно. Только обещай: если что, ты за ней приглядишь… чтобы все было хорошо.
– Само собой, об этом нечего и просить. – Элнер похлопала подругу по руке: – Пока я жива, никто нашего ангела не обидит. А я баба крепкая, из крестьян. И потом, весь город в ней души не чает.
Привет, Кутер
На «Тихие луга» Кутер Колверт прибыл еще довольно молодым – рак простаты.
Там его ждало приятное открытие: старый друг Джин Нордстрём остался все тем же классным парнем, полным живого интереса ко всему, что творилось на белом свете. За двадцать с лишним лет после его смерти много чего произошло, так что друзьям было о чем поговорить.
– Вернулся домой, женился на Тельме, – рассказывал Кутер, – у нас родилась дочка Кэти. А потом учредил газету, о которой мы с тобой мечтали.
– Вот молодец! – похвалил Джин. – Успешно?
– Да, вполне. Мама моя в доме престарелых «Счастливое раздолье»… у Мэкки и Нормы дочка Линда…
– Да, я знаю.
– Ну что еще… да, твоя тетя Элнер все такая же здоровячка… Говорят, держит свору кошек.
– Узнаю тетю Элнер! – засмеялся Джин. – А как тетя Ида?
– Ну что тебе сказать? Ида есть Ида. – Кутер усмехнулся. – В газете ведет свою колонку.
– Да брось ты! О чем?
– Просто всякая чепуха из жизни «Клуба садоводов».
Вот так они и болтали. Джин спрашивал, как поживает футбольная команда и прочее в том же духе.
Много шутили, вспоминали свое озорство.
– Помнишь, как ходили в кино? – спросил Кутер.
– Еще бы! Можно сказать, не вылезали из кинотеатра.
Кутер старался удержать разговор на легких и приятных темах, хотя в мире случалось разное. Он не стал говорить, что сейчас парни сжигают призывные повестки, отказываясь служить в армии. Как об этом скажешь тому, кто отдал жизнь за родину?
Меж тем Лестер Шингл жадно ждал новостей. Он надеялся, что какой-нибудь новобранец «Тихих лугов» сообщит о поимке его убийцы. Но пока что никто ничего не говорил. Это убийство вообще не поминали. Казалось бы, в маленьком городе такое происшествие должно дать пищу для жарких обсуждений. Но время шло, и Лестер засомневался. Неужто она выйдет сухой из воды? Свидетелей-то опросили? В тот вечер парковка перед боулинг-клубом была пуста. Следы крови на шарах нашли? Отпечатки пальцев сняли? Конечно, это нелегко, когда столько людей катают один и тот же шар. Но все равно в чем-нибудь убийца допустила промашку. Ведь это несправедливо. Злобная баба скосила здорового парня в расцвете лет, и всем хоть бы хны.
Особый мальчик