Фелиция Шай – Пропавший Бог (страница 5)
Вместе эти детали представляли из себя огромный круг с символами и знаками, на которых говорились слова о братстве, чести, дружбе, долге, семье и смелости. Встав плечом к плечу друг к другу, архангелы переглянулись.
– Теперь, по очереди. По часовой стрелке называем свои имена, – дал указание Гавриил. – Начинаем с Михаила.
Имена архангелов прокатились эхом по абсолютно пустой площади.
– Михаил!
– Гавриил!
– Селафиил!
– Уриил!
– Иегудиил!
– Варахиил!
– Рафаил!
Вспыхнул ярчайший свет, и братья исчезли с поля зрения.
Я же в этот момент хитро улыбнулась и, схватив перо, написала в небольшом пробеле в строчках, который как раз оставила для этого момента:
– И раскидало их по временным петлям, из которых надо будет выбраться каждому только для того, чтобы вновь обрести покой и найти себя.
Вслух слова прозвучали даже величественней, чем могла себе представить, но и от того мне стало невероятно хорошо: у меня получилось закончить мысль, к которой так долго не получалось прийти.
Было бы очень странно, если бы братья поменялись только после того, как вспомнят обычный ужин за столом в их родном доме. Всё должно случиться гораздо масштабнее. Что же сейчас произошло, спросите вы.
Дело в том, что в разные промежутки времени архангелы осознавали себя как те, кто должны исполнять свою роль. Это не обязательно момент, когда им Бог давал титул, не обязательно война. У каждого – своё. У каждого из архангелов был момент осознания того, кем он на самом деле является.
Полы лёгкого белого платья колыхнулись от резкого рывка.
Спешным шагом я пошла на выход, чтобы объяснять им правила игры. Придётся для начала немного понаблюдать. Посмотреть на них, увидеть в глазах непонимание и, быть может, страх. Но ведь для этого Истинный Рай и остался сокрытым: чтобы здесь, в своей колыбели, дремала Истина.
Лёгким покровом она могла показать каждому – не важно, ангелу или человеку, – его предназначение и то, к чему его сердце тянется, пусть и неосознанно.
Я пообещала Богу, что буду следить за его сыновьями, так что теперь побуду в роли небольшой наставницы, чтобы напомнить им о самом важном.
Толкнув тяжёлые двери, вышла в сад и огляделась. Ну, да, вряд ли кого-то могло принести сразу сюда, в этом не сомневалась. Оставалось лишь настроиться на нужного архангела и полететь следом за ним.
Однако для начала нужно было кое-что сделать. Кое-что такое, что они получат от меня.
Я вновь развернулась и теперь ушла обратно в дом, в бывший кабинет Бога.
Там, на огромных стеллажах с сотнями книг душ, рядком стояло семь небольших деревянных коробочек с именами каждого из сыновей. Их сигилы.
Символы власти они должны были сами найти, но разве кто-то помешает мне сделать немного иначе, как задумывал изначально Бог? Я всего лишь помогу им и сделаю пребывание в петле чуть интереснее.
Поняв, для чего их переместили в петли, архангелы смогут получить от меня свои собственные кулоны, после чего с их помощью восстановят источник Райского нектара.
Всё поместилось в маленький мешочек, который обычно был со мной. Снаружи он казался гораздо меньше, чем изнутри, зато практично и удобно.
Надеюсь, братья не будут на меня слишком сильно злиться, ведь Рай и впрямь начинает понемногу замерзать. Да и, прямо вам скажу, не только из-за них.
Ангелы сами чувствуют, словно Отец исчез и больше никогда не появится. Кто-то уже догадался, кто-то лишь в сомнениях, и лишь редкие крупицы верят, что Бог никуда не уходил. Оттого погода и скачет, то дождь предвещая, то вновь становясь мирной и тёплой, как в былые времена.
Так что у братьев два выхода, что им делать: либо найти Бога, который даже мне не говорил до вчерашнего дня, где находится и что делает, либо самим создать вновь ощущение, словно Отец всегда был рядом, просто теперь полностью переложил ответственность на сыновей.
Рай убивала ложь.
Именно с неё начинаются все грехи и ею же заканчиваются. Совет должен быть полностью откровенен с народом. Рассказав им о том, что происходит и почему в Раю в последнее время чуть ли не осень наступает, они спасут не только себя, но и всех. Такой исход событий мне точно был по душе.
Главное, не забыть всё написать, а то ещё получится открытая концовка с незаконченными персонажами. Вон, смертные же нашли мои черновики и начали возмущаться, что и сюжет сырой, и прописано неправильно. А вот кто заставлял Бога забирать их и так отдавать в печать писарям? Вот и получилось, что всё скомкано и непонятно.
Но зато сейчас, как всё развивается! И смертные начали вести себя интереснее, строят великие вещи, а что будет через несколько сотен лет! Кажется, когда я прописывала будущее, то случайно какие-то идеи запихнула в один год. Не помню только вот, в какой. Ну, и ладно, во всяком случае, должно быть весело и интересно. А сейчас пора торопиться.
Поспешив по лестнице на нижний этаж, я выбежала во двор и переместилась в одну из временных петель.
Ага, Михаил. Сразу видно, что его параллель: всё светло, ярко. Вдалеке раздается звон мечей. Похоже, тренировка братьев. Если остальные зачастую ходили, потому что им приказал Отец, то на заре своего существования Михаил знал: он – защитник, и уже тогда, в совсем юном возрасте, меч был продолжением его руки.
Но тут сквозь меня пробежала русоволосая девчонка.
– Катрин, догоняй! – рассмеялась она, и следом с таким же задорным смехом проскочила Катрин.
– Я не могу так быстро! – возмутилась близняшка, и я с любопытством пошла следом за ними.
Почему-то даже не верилось, что Михаила закинет в такой поздний период. Я думала, что всё будет происходить ещё до сотворения людей, а тут вон как: уже девчонки в школу бегут.
В нетерпении, Кейт остановилась и, топнув ножкой, скрестила руки на груди:
– Мы так первую тренировку пропустим! А её же ведёт Варахиил! – воскликнула она. – Или тебе не интересно подержать в руках самый настоящий меч? – поинтересовалась Кейт, делая вид, будто у неё в руках оружие и вставая в импровизированную стойку.
– Интересно, но я не могу бежать быстрее, чем могу! – засмеялась Катрин, по-дружески взъерошивая волосы сестры. – Тем более у нас до занятия ещё целых двадцать минут. Успеем, – успокоила та близняшку и, хитро улыбнувшись, тут же побежала. – Не отставай! – задорно рассмеялась она, убегая к школе и слыша, как за спиной раздается возмущенный вскрик Кейт.
Нет, я уверена, что это воспоминание Михаила, потому что я ориентировалась именно на него, но при чём тут тогда Варахиил и почему именно сюда его занесло? Думала ведь, что своих персонажей знаю вдоль и поперек, неужели здесь произошло хоть что-то такое, что понял когда-то для себя старший архангел?
Неспешно я пошла следом за сёстрами, которые с восторгом забежали в школу и тут же вылетели на задний двор, где тренировались братья: Гавриил, Варахиил, Иеремиил и Селафиил. Интересно. Неужели показательное выступление?
Но вот в упор не видела Михаила, я даже не помню, чтобы он присутствовал на первой тренировке своих дочерей!
А может, в этом и загвоздка? Что это несуществующее воспоминание помогло бы изменить ему мнение о девочках, а, в частности, о Кейт?
Михаил
Ослеплённый яркими лучами, я зажмурился, а как очнулся, уже стоял перед нашим особняком.
Огромный, он глядел на меня в ответ своими сотнями глаз-окон, из которых лился яркий свет свечей.
Когда огляделся, дошло. Нас с братьями всё же раскидало по временным петлям, и теперь мы в них застряли. Превосходно.
Мягкой поступью я подошёл к двери и немного замешкался, ведь абсолютно никогда не имел дело с такой сложной материей, как время. Всегда оно шло в руки, не возмущалось и радостно подстраивалось под меня и планы, но сейчас не было никаких мыслей о том, что же может произойти.
Дать подумать мне не дал… я. Сквозь моё тело прошёл второй Михаил – видимо, из прошлого, – и открыл дверь. Пришлось пройти следом, пока она не захлопнулась.
– Я дома! – раздался крик на весь дом, и ко мне из прошлого сбежались Пенелопа и девочки.
Кейт с Катрин – ещё совсем маленькие. Какой это класс? Будто бы второй, если даже не первый. Здесь ещё царил уют гостиной, в камине приветливо трещали поленья, а от стен отражался детский смех.
– Что-то ты сегодня поздно, – улыбнулась Пенелопа, обнимая меня.
– Папочка! – воскликнула Кейт, тут же подбегая следом.
Ноги оказались в кольце детских рук. Встав в стороне, я принялся наблюдать за картиной. Этот вечер мне заполнился достаточно хорошо, только вот понять, что происходит, пока не доводилось.
– Да, пришлось немного с братьями посидеть. Сама понимаешь, дела, – объяснил я. – А как у моих красавиц дела? – и поднял на руки Катрин, глянув на дочерей.
– Здорово! Нам сегодня учитель показывал самый настоящий меч! – с восхищением начала рассказывать Кейт, по-прежнему не отпуская ноги.
– Ага, и сказал, что завтра у нас будет первая самая настоящая тренировка на мечах в воздухе! – продолжила за сестру Катрин.
Забавные они у меня тогда были. Сердце больно заныло от воспоминаний, захотелось уйти, но понимал: идти особо и некуда.
– А ты будешь завтра на нашей первой тренировке? Учитель сказал, что будут показывать архангелы! – воскликнула с надеждой Кейт, смотря на меня своими глазами маленького котенка.
Поджав губы, Михаил немного задумался. Ага, помню, чего задумывался. На следующий день ожидалось огромное прибытие душ в Рай, вот и думал о том, как бы потактичнее сказать девочкам, что не смогу присутствовать у них на уроке. Во всяком случае, через минутку ответил: