Феликс Кресс – Метод Макаренко (страница 21)

Я присел на корточки и потрогал его пульс. Жив — это хорошо.

— Здравствуйте, — улыбнулся я женщине. Та испуганно кивнула в ответ. — Меня зовут Егор Викторович. Я классный руководитель вашего сына. А Вадим дома?

Глава 10

— Вадик? — прекратив всхлипывать, вскинула голову женщина и немного растерянно посмотрела на меня. — А он в школе.

— Понятно, — пробормотал я, раздумывая, что же делать дальше.

Моей цели дома не оказалось. Зато вскрылась другая проблема, и по-хорошему её нужно решить. Понимаю, что в чужой монастырь со своим уставом не лезут, но обстановка в семье напрямую влияет на обучение. А мне нужно, чтобы пацан ходил в школу.

— А что, — запереживала женщина, — у Вадика проблемы?

— Пока нет проблем, — качнул я головой и присел на табурет, стоявший возле стола. — В школе сегодня не было.

Женщина всхлипнула и испуганно покосилась на мужа. Она предприняла попытку подползти к нему, но на полпути остановилась и отпрянула.

— Вы только Васе не говорите, пожалуйста, — с мольбой в голосе проговорила она. — Он очень строгий отец. А Вадик шебутной мальчик…

Я посмотрел на женщину долгим, немигающим взглядом. Зашуганная, забитая. Не старая ещё, но выглядит гораздо старше своих лет. Руки огрубевшие, наверняка работа физического характера. Следов возлияний тоже нет. Не похожа на праздную фифу.

Перевёл взгляд на её мужа.

— Не скажу. Но мне нужно поговорить с вашим мужем. Как педагог с родителем.

Женщина всмотрелась в моё лицо. Не знаю, что она там увидела, но мать Вадима вздрогнула и отшатнулась.

— Вася хороший отец и муж, — зачем-то начала объяснять она. — Просто сейчас небольшие жизненные неурядицы.

— Конечно, хороший. Кто же спорит? — Хмыкнул я. — Вы не переживайте. Погуляйте пока, а мы побеседуем. Всё с вашим Васей в порядке будет. Вы посмотрите на меня и посмотрите на него. Вон он какой здоровяк.

Женщина недоверчиво посмотрела на меня, затем на мужа. Несколько мгновений в её взгляде читались борьба и сомнение. Но, в конце концов, она сделала ставку на мужа.

— Хорошо, — согласилась она, вставая. — Я тогда в магазин схожу пока. Продукты закончились.

— Сходите, сходите.

Я подождал, пока она приведёт себя в порядок и переоденется. А, когда за ней закрылась дверь, встал и закрыл на верхний замок дверь, чтобы её нельзя было открыть ключом снаружи. Вернулся на кухню и уставился на Васю.

— Ну и что с тобой делать, боров? — пробормотал я, глядя на бессознательную тушу. Мужика природа наградила отличными физическими данными, только он их благополучно просрал, пристрастившись к вредным привычкам. — Вот что мы сделаем… Воспитывать тебя будем и учить уму-разуму. Учитель я или где.

Прикинул свои шансы на успех, если попытаюсь поднять его и усадить на стул. Получились околонулевые. Этот Эверест мне не покорить. Значит, зайдём с другой стороны.

Прошёлся по квартире в поисках чего-то, чем можно было связать хотя бы руки. Нужно обездвижить этого медведя на время. Пока бродил по комнатам, нашёл несколько ремней. А с балкона прихватил небольшую брызгалку для цветов.

Связав Васю по рукам и ногам, наполнил брызгалку холодной водой, зажёг газ на плите и взял в руки небольшой ножик для овощей. Повертел его в руках и вернул на место. Вместо него взял побольше. Так выглядит внушительнее.

Закончив приготовления, сел на табуретку и ещё раз осмотрел дело рук своих. В принципе, обстановка выглядит довольно зловеще. Могло быть и лучше, но, как есть.

Схватил брызгалку и попшикал на лицо Васи. Он что-то нечленораздельно промычал, но в себя не пришёл. Я вздохнул и повторил процедуру побудки ещё несколько раз, пока не добился положительного результата.

Мужик открыл глаза и обвёл кухню мутным взглядом. Посмотрел сначала на плиту, затем на меня, а потом и на нож в моих руках. Сглотнул и хрипло спросил:

— Ты кто?

— Учитель, — ответил я, подкидывая нож в руке. — Знаешь такого?

Мужик часто-часто замотал головой.

— А зря. Такое знать надо.

Мужик поёрзал на полу и попытался освободить руки, но вязал я надёжно.

— Какой Учитель? — настороженно поинтересовался мужик.

— Классный, — я наставил на мужика нож. — А твоё поведение мешает моей работе. Сечёшь?

Мужик сначала снова мотнул головой, потом кивнул. В его глазах замелькала работа мысли. Не знаю, до чего он там додумался, но, наконец, во взгляде вспыхнула догадка, и он зачастил:

— Если ты… то есть вы от Азамата, то долг я скоро погашу. Жене зарплату задерживают, но вот-вот обещают.

Я нахмурился. Какой ещё на фиг долг? Но виду не подал. Пусть пугает сам себя. Вместо этого я неопределённо хмыкнул и снова подкинул нож, который чуть не вылетел из моих рук. Всё-таки рефлексы у этого тела ни к чёрту. Пришлось резко нагнуться, чтобы словить.

Но это возымело неожиданный эффект. Мужик зажмурился и заблажил:

— Я заплачу, заплачу! Завтра заплачу. Нет, сегодня. Сейчас! Деньги у меня есть. Там, в комнате под телевизором. Забирайте!

Я даже по первой немного растерялся, глядя на этого здоровяка, который лежал передо мной на полу и трясся как осиновый лист. Жалкое зрелище. Герой против женщин и детей, а как чуть прижало, так расклеился. Тьфу.

Вот смотрю на него, а вспоминается мне другой Вася. Сын Мишани. Даже у того мелкого пацана и то храбрости больше было. Но я отвлёкся.

Не знаю, кто такой этот Азамат и чем промышляет, но его репутация мне сейчас на руку. Раз мужик принял меня за его помощника, сыграю на этом.

— Тихо! — гаркнул я, и мужик мигом захлопнул варежку. — Значит так, слушай внимательно и не перебивай. Усёк?

Мужик кивнул. Я продолжил:

— Деньги твои мне не нужны. Они не мои, а я не курьер. Так что пойдёшь и закроешь долг сам. И без глупостей, — я снова наставил на него нож.

— Понял, без глупостей, — просипел Вася.

Я встал и прошёл по кухне, краем глаза поглядывая на мужика. Тот внимательно следил за моим передвижением. Я остановился и посмотрел ему в глаза.

— Бабу твою видел.

Глаза Васи на миг расширились от удивления, а затем он решительно сдвинул брови. Ну вот, хоть какая-то мужская реакция.

— Она здесь ни при чём, — твёрдо заявил он.

— Бьёшь?

— Это здесь при чём? — возмутился мужик. Я же не ответил. Просто стоял и смотрел на него, ожидая ответа. — Ну бывает иногда.

— Видишь ли, Вася, — я подошёл к плите, прибавил газ и погрузил лезвие ножа в огонь. — Не люблю, когда бьют женщин и детей. Пунктик у меня такой. Понимаешь?

Вытащил нож и присел на корточки возле лежащего мужика.

— Не по-пацански это, — на моём лице появился кровожадный оскал, когда я поднёс раскалённое лезвие к лицу.

Вася заскулил и попытался отползти и от меня, и от ножа подальше, но упёрся в ножки стола.

— Не буду, — зашептал он. — Пальцем не трону.

Я усмехнулся и швырнул нож за спину.

— Не ссы, Вася. Жить будешь. Пока, — выделил я ударением это слово. — Скажи спасибо сыну. Не люблю оставлять детей без отцов.

Встал и отряхнул руки. Подошёл к плите и выключил её. Направляясь к выходу, я продолжил наставлять отца семейства Тарасовых:

— Но, если нарушишь слово… Ты меня понял. Понял же? — Я обернулся и посмотрел на него. Вася коротко кивнул два раза. — В общем, веди себя хорошо. Приду, проверю.

Пока я говорил, Вася в основном молчал, только испуганно водил глазами, наблюдая за мной, и временами кивал или отрицательно мотал головой. Его испуганный вид возбудил во мне любопытство. Мне стало страшно интересно, кто такой этот Азамат и почему его так боятся. Но спрашивать об этом Васю, означало бы спустить в унитаз весь достигнутый эффект.

В дверях я остановился и предупредил:

— Надеюсь, говорить, что бывает с излишне болтливыми людьми, не стоит? Ты ведь и сам это знаешь?

По правде говоря, я и не думал, что он будет болтать. Уж слишком он напуган. Но перестраховаться нужно было.