Феликс Гараев – Убегаю на край света (страница 16)
Рома крутился возле Инги, подобно детской юле. Он все еще пытался соревноваться со мной за право быть обласканным женским вниманием. Он не понимал одного. Виртуозность мужчины конечно важна, но окончательный выбор делает женщина. Я сидел на своем месте, молча глядя в окно, изредка бросая взгляд на них. На нее… Инга мило улыбалась ему. Рома же пытался произвести на нее впечатление, рассказывая нелепые истории. Она слушала, кивала головой, поглядывая в мою сторону. Что-то было между нами – между мной и Ингой. Видимо это и называется маленькая тайна между мужчиной и женщиной. Однако я не предпринимал ни малейшей попытки добиться ее. Зачем? Тратить столько сил и энергии, чтобы потом пребывать в негодовании от женского отказа. Пусть ситуация сложится так, как сложиться. И вот, уже какое-то время спустя, Инга стояла рядом со мной…
***
Поезд остановился в Липецке на сорок минут. Сорок минут – целая жизнь! В вагоне стояла невыносимая и удушливая духота, вынуждая пассажиров поспешно выскочить на перрон, чтобы подышать свежим воздухом и полюбоваться звездами. Небо над Липецком казалось каким-то особенным. Может быть причина всему – влюбленность? На выходе из вагона я шел следом за Ингой, а когда все оказались на улице, я потерял ее из виду. Слегка раздосадованный я поднялся на мост, пролегающий через железную дорогу. Мне хотелось постоять здесь, чтобы быть ближе к небу. И вдруг я почувствовал нежное прикосновение легкой руки. Это была Инга, она смотрела на меня влюбленными глазами временной попутчицы.
– Я потеряла тебя.
– Идем, прогуляемся, – говорю. – Я взял ее за руку, и мы вместе прошлись по мосту прямо под звездами. Мы оказались там, где нас никто не видел. Я не решался признаться, а потом, переполненный сильным эмоциональным возбуждением и учащенным сердцебиением еле произнес:
– Хочу тебя поцеловать.
– Ну так, целуй…
И мы, поцеловались…
Мы сладко затянули мелодию любви под звездным небосклоном. Я чувствовал, как взбухают вены и как пульсирует в жилах кровь. Не теряя ни секунды, зная о том, что наше время на станции ограничено и что скоро поезд тронется в путь, я повел ее за собой вниз по ступеням, на противоположную сторону моста. Мы спрятались за придорожным кафе, откуда мелодично доносилась музыка, и веяло запахом шашлыка. Одной рукой я схватил ее за грудь, другой за талию и силой прижал к себе. Мы не переставали целоваться. Инга сладко стонала, в страсти укусив меня за губу. Наши души слились через тела в целое и были вместе до кульминационного взрыва. В экстазе, запрокинув головы, мы устремили наши взоры к небу – оно сияло мириадами ярких звезд. Мне подумалось о том, как прекрасно небо над Липецком…
Наши сердца бились, как птицы в клетке. Прерывистое дыхание напоминало вулкан Везувий. Обмякшие тела после любовной авантюры, таяли точно пудинг на солнце. И вдруг послышался предупредительный гудок поезда и пронзительное шипение поршнем. Боже, мы можем опоздать! Мы забрели слишком далеко от нашего вагона. И на ногах сланцы, которые были лишь помехой в беге. Мы побежали через железнодорожные пути, держа друг друга за руки. Поезд тронулся, но мы успели заскочить в вагон. Проводница смерила нас удивленным взглядом, иронично улыбнувшись. Улыбались и мы глядя друг на друга. А за окном растворялись огни ночного Липецка…
***
Звездное небо над Липецком оставило приятные воспоминания в душе, но признаюсь, запомнилось мне другое – незатейливое общение с маленькой Сашей. Это был живой, общительный и подвижный ребенок с ясными глазами и светлыми волосами. Она часто улыбалась, демонстрируя маленькие зубки, из которых не хватало только двух передних клыков. Саша была дочкой молодой пары из Питера, с которыми я общался всю дорогу. Я нарисовал ей на память рисунок – фиолетовую ласточку, синее море и голубое небо. Она отблагодарила меня вкусным пирожком с мясом. Сидя в вагоне и по-взрослому разговаривая с ребенком, я вдруг осознал, что она – проводница в мир детства. Мир добра, чистоты и бескорыстия. Я испытал настоящие отцовские чувства…
Инга сошла в Армавире. Я помог спустить ей вещи. Она ушла не оглядываясь. Поезд тронулся, и мы поехали дальше. Потом появилось море – бескрайнее, гладкое и бирюзовое. И величественные горы – с другой стороны. В открытое окно задувал морской воздух, навевая странные чувства романтического приключения. В вагон стали подсаживаться армяне, убеждая, что лучшие апартаменты для отдыха у моря только у них. Приходилось дипломатически отказывать, на что они демонстративно обижались.
Глава 17
Мы приближались к Сочи…
Нас ожидало новое место, новые люди и новые приключения. Мы не знали, где и как искать ночлег. Я ощутил легкое чувство растерянности и то, как адреналин стал поступать в кровь, приводя организм в приподнято-возбужденное состояние.
– Как будем действовать? – спрашиваю Рому.
– Давай оденемся беднее, – предложил он, – чтобы выглядеть жалко. Иначе нас возьмут в оборот и впарят жилье в три раза дороже.
Ирония оказалась кстати. Меня восхитила его самоуверенная улыбка. Я не сдержал смех, он подхватил. Легкая ирония в сочетании веселого задора придали нам сил и уверенности. К нам подошел Тимофей и поинтересовался:
– Где вы хотите остановиться – в Сочи или Адлере?
Мы переглянулись с Ромой, не поняв разницы, ибо нам было безразлично.
– Сочи – это центр, – пояснил Тимофей. – Он находится в окружении гор и во власти городских грязных пляжей. В Адлере чище, городок спокойнее и приятнее.
– По какой цене там жилье? – поинтересовался я, точь-в-точь скопировав ироническую улыбку Ромы.
– Разные цены, – пожал плечами очкарик. – От двухсот рублей и выше.
– О-о-о, дороговато, – запротестовал Рома. – Нам бы подешевле, рублей за тридцать за пятьдесят.
Очкарик недоуменно пожал плечами, и слегка покачиваясь от хмельного состояния, вернулся к своему месту.
***
Мы сошли на перрон города Сочи в пятом часу вечера. И нам как можно быстрее хотелось найти жилье. Как только мы вышли из парадных ворот помпезного здания железнодорожного вокзала, выстроенного в здание сталинского ампира, нас тут же взяли в оборот таксисты: «Эй дарогой, куда ехать?» Затем, как сороки нас окружили женщины армянки, предлагая арендовать недорогое жилье. Мы переглядывались с Ромой, обдумывали, но согласия не давали. Мы не знали реальных цен, а платить втрое выше не хотелось. Наконец, нашелся один делец с головой похожей на тыкву и лицом цвета спелого помидора, между передними зубами виднелась щель. Подкупала его ненавязчивость. Он представился Сашей и, назвав цену – двести рублей за ночь, отошел в сторону. Наш выбор был предрешен…
Скромная комната, которую предложил Саша, находились неподалеку от вокзала. Мы вернулись к перрону, затем поднялись на мост, протянутый через железнодорожные пути – стоит отметить, с моста открывалась потрясающая панорама величественных гор, освещенных солнцем, и углубились в частный сектор. Поплутав по лабиринтам деревянных домиков, мы попали во владения Саши. Нас ожидала комната и две кровати. Кухня и туалет с душем были в общем дворе. Мы оплатили за пять дней и вышли на прогулку.
Сочи – это южный город, плененный объятьями кавказских гор и омываемый Черным морем. Вдоль дорог росли веерные пальмы, розовые олеандры и широколиственные магнолии. Город благоухал южным спокойствием, размеренным и неторопливым образом жизни. От здания морского вокзала тянулся городской променад, где публика нам показалась абсолютно несолидной. Поплутав пару часов в центре, мы вернулись в комнату и провалились в безмятежный сон…
***
Пробуждение было легким и причина тому – сочетание горного и морского воздуха, а также приятное ощущение полноты жизни, когда не нужно спешить на работу. Внутренний двор дома был просторным. На ветках кизилового дерева чирикали дивные птицы. Пока кофе подходил к логической развязке заваривания, я обратил внимание на нервозное состояние Ромы.
– Может, поищем работу? – предложил он.
– Ты знаешь, я не уверен, что хочу здесь работать. Я хочу просто посмотреть город. Скажи, почему ты нервничаешь?
– Деньги заканчиваются, определенности нет и с работой ничего непонятно.
В этот момент я вдруг увидел в нем отражение самого себя.
– Всему свое время. Время для путешествий и время для дел. Этот отрезок жизни обязательно пройдет, и потом можно сожалеть, что время для путешествий упущено.
– Может ты и прав, – с облегчением вздохнул он.
– Давай лучше выпьем кофе.
***
Мы вышли из дома, не имея конкретного плана, куда идти и что делать. Не успев выйти за пределы железнодорожного вокзала, как нас перехватил таксист армянин. Это был чуть полноватый, невысокого роста мужчина с лысеющей головой и кавказскими чертами лица. На вид ему было пятьдесят пять.
– Ребята, хатите побывать на горе Ахун, всего за пятьсот рублей. – В его руках, как у фокусника, появился фотоальбом с фотографиями горной вершины. – Это очень хорошее место. Откуда приехали?
– С Питера, – в один голос отчеканили мы, заранее заготовленную фразу.
– О-о-о, Питер, белые ночи и разводные мосты. У меня там дочь живет…
Мне никогда прежде не доводилось бывать на вершинах гор. Признаю, гора Ахун – звучала гордо! Я проглотил наживку как карась, сбив Рому с толка.