Феликс Гараев – Убегаю на край света (страница 14)

– Давай поступим так, – говорю. – Через пару дней у меня последний экзамен, по английскому языку. Я попробую его сдать, а потом рванем к Черному морю.

– У меня есть плохая новость.

Я напрягся, предположив, что у Ромы закончились деньги.

– Говори.

– В общежитие у меня украли фирменные джинсы.

– Никогда не знаешь, что за люди тебя окружают, – с облегчением вздохнул я.

Дождь усиливался с каждой секундой. Он стучал по мостовой все сильнее, отбивая забавный ритм. Барабанил все громче по крышам питерских домов. Потоки воды скапливались лужами на дороге. За соседним столиком сидела симпатичная черноволосая девушка. Мы познакомились. Дождь все лил и лил. Девушка представилась Олесей. По нашему приглашению она присела к нам. В Роме проснулись давно дремавшие инстинкты. И он без зазрения совести перебил мою инициативу, стараясь показать все свои лучшие стороны. Он делал все, чтобы ей понравиться. Но в этот раз я вдруг успокоился. Просто отпустил ситуацию, подсознательно зная о том, что если Олеся мой человек, она сделает выбор в пользу меня. Я снисходительно посмотрел на Рому, улыбнулся и осмотрелся по сторонам. Под соседним навесом расположились пожилые немцы. Немцы заметно отличались от русских по внешним данным. Мужчины подтянуты, и, как правило, с копной седых волос. Женщины в отличие от русских, выглядели малопривлекательными. Я заметил, что одной старушке стало плохо. Зной и жара сделали свое дело – у нее поднялось давление. Мужчины окружили ее, пытаясь привести в чувства. Но особой паники вокруг не наблюдалось. Можно было плюнуть на это и забыть, но, подумав, я принял иное решение. Я бросился к ближайшему телефонному автомату. Дождь уже выстроил стены воды. Люди в спешке покидали летнее кафе и перебирались под арку соседнего здания. Скорая Помощь появилась минут через пять, остановившись возле кафе. Из машины никто не вышел. Лишь боковое стекло опустилось вниз и из салона показалось красивое лицо медсестры. Все люди были под аркой, включая немцев. Скорая поехала дальше, но я бросился за ней в погоню и, нагнав на углу, дал наводку медикам, где находились немцы. Немку увезли, когда дождь закончил свою симфонию. Я вымок насквозь. Олеся наградила меня комплиментом: «Ты настоящий герой». Рома испытал неловкость. Она ушла, и мы больше никогда не встречались…

Глава 15

Лева с мамой покинули Петербург прекрасным июльским днем. Я проводил их на вокзал, отдав им большую часть своих вещей. Тех вещей, которые мне ни разу не понадобились в поездке. Вот теперь я остался налегке. В полдень я уже был в университете в надежде попытать счастье при сдаче последнего экзамена. Но в этом случае удача сопутствует исключительно тем, кто к ней подготовлен. Мои знания по английскому языку оставляли желать лучшего. Рассчитывать на снисхождение экзаменаторов было глупо. Я не практиковал английский лет десять, и во время экзамена совершал грубейшие ошибки при элементарном чтении. Я не справился ни с одним из двух заданий. В одном требовался перевод текста, в другом – пересказать свободную тему. Вместо этого я на чисто русском рассказал экзаменационной комиссии вчерашний случай с немкой, не забыв при этом упомянуть имя ректора университета, которое подглядел на стенде в коридоре. Я пытался внушить трем экзаменаторшам, что университету нужны такие, как я – подготовленные к жизни и способные в нужное время принимать экстренные решения. Однако трюк не прошел. Экзамен не зачли…

***

На следующий день мы встретились с Ромой на вокзале, чтобы купить билеты в Сочи. Очередь в билетную кассу растаяла быстро. В разгар лета к морю никто не ехал! Путь к Черноморскому побережью Кавказа стелился легко, без препятствий. Никаких причин более оставаться в Петербурге не было. К тому же, намечался «Саммит Большой Восьмерки». Агенты в штатском шныряли всюду: на вокзалах, в аэропортах и в общественных местах. Милиция проверяла всех приезжих…

Рома поехал за вещами к дяде Толе. Я остался в центре, почувствовав голод. Единственным местом, где можно было отобедать по сносной цене, была столовая в «Пассаже». На крайнем этаже помпезного здания под самой крышей размещалась уютная столовая, предлагающая вкусные блюда: тефтели с картофельным пюре, куриную печень, котлеты по-киевски, борщ, солянку, компоты и пирожные сочни. Это место мне показал Лева. Будучи евреем, он старался экономить на всем…

Заказав картофельное пюре, тушеную капусту и две котлеты, я с удовольствием насладился горячим и вкусным обедом. За соседним столом, сидели два человека и непринужденно вели беседу на безумно интересную тему.

– Похоже, что Сфинкс, хранит некую великую тайну, к которой человечество пока не готово. – Высказал мысль незнакомец голосом университетского лектора. – Возможно, где-то под ним, под землей находится некий «зал летописей», в котором хранится история атлантов. Да и само лицо каменной фигуры, по мнению экспертов внеземного происхождения. Еще в 1990 году появились слухи о сенсационных находках экспедиции доктора Шоха, который якобы обнаружил под передними лапами Сфинкса замаскированную потайную камеру. От нее ведет ход в узкий спиралеобразный туннель, заканчивающийся на глубине примерно тридцати метров. Эта шахта была затоплена водой. Исследователям удалось даже откачать воду, после чего открылась погребальная камера с четырьмя колоннами, посередине которой стоял саркофаг из черного базальта.

– Его вскрыли? – Восторженным голос спросил молодой человек.

Я внимательно посмотрел на них. Бородатому рассказчику странной, но интересной истории на вид было сорок пять. С виду классический геолог, с головой ушедший в научную работу и, не заботясь о внешнем виде. Он был одет в синие джинсы, клетчатую рубашку, на вороте которой небрежно болтался цветной галстук. Второй собеседник имел внешность обычного аспиранта из научного университета.

– Нет, не вскрыли. – Покачал головой профессор. – Побоялись. Возможно, там погребен первый божественный повелитель Египта Ра-Горахти. Однако, это всего лишь слухи. Никто не знает, что исследователи нашли там. Да и нашли ли? Вот в чем вопрос. Сейчас в погоне за сенсацией, люди готовы на все.

– Сергей, – обратился аспирант к профессору, – как ты думаешь, а может в этом саркофаге покоится тело пришельца?

– Вполне возможно, если учесть, что древние Египтяне считали своих истинных покровителей богами, которые научили их всем премудростям современной жизни, от строительства пирамид до современной науки.

Я решил дождаться, когда они закончат пить кофе и выйдут из столовой. Тогда у меня будет шанс познакомиться с профессором.

– Сергей, что ты думаешь про рисунки в пустыне Наско?

– О-о-о, это еще один из загадочных феноменов. Я был в Перу два года назад, и мы как раз исследовали эти рисунки. Ничего подобного в своей жизни я не видел. Их можно увидеть только с высоты. Создатели этих рисунков изначально рассчитывали на то, что их можно будет увидеть только с высоты птичьего полета.

Собеседники разделались с кофе и, выйдя из-за стола, направились к выходу. Я как бы невзначай, в лучшем стиле шпионских игр, направился следом. Слежка за объектом – увлекательное приключение. Из «Пассажа» профессор и аспирант вышли на Невский Проспект. Прошли метров триста и на углу перекрестка разошлись. Аспирант смешался с толпой и исчез с поля зрения. Для меня он не представлял ни малейшего интереса. А профессора я настиг на улице Миллионной напротив отеля «Grand Hotel Europe».

– Здравствуйте!

Профессор внимательно посмотрел на меня, распознавая, знакомы мы или нет, и смущенно ответил:

– Добрый…

– Я стал случайным свидетелем вашего разговора в «Пассаже». Дело в том, что ваш разговор близок мне по духу. Я писатель из Казани.

Профессор изучал меня несколько секунд. Что-то обдумывал, а потом сказал:

– Писатель?! Это хорошо. Идем, посидим в фойе отеля, поговорим.

Холл отеля «Европа» выглядел помпезно, роскошно и вычурно. Это был один из самых старинных отелей Санкт-Петербурга. Внутренне убранство блестело и сверкало. В моей голове промелькнула идея поработать здесь…

– Так ты писатель? – профессор с неподдельным интересом посмотрел на меня. – И что же ты написал?

– Детектив «Тайна ожерелья Сююмбике»…

– Казань – удивительный город. Так ты татарин? Что делаешь здесь, в Петербурге?

– Путешествую…

– В Казани я никогда прежде не был, но о городе наслышан. Особенно о таком понятии, как «Казанский феномен», возникший в «семидесятые»…

Мне вспомнился родной Кировский район и ребятишки из местной криминальной группировки «Грязь». По телу пробежала мелкая дрожь и ладони заметно увлажнились. Позитивные и негативные воспоминания эмоциональной волной окатили меня с ног до головы.

– Ты задавался вопросом, почему возникло такое явление?

– Нет, – искренне пожал плечами я.

– Кстати, это потрясающая тема для исследования. И тебе, как писателю стоит об этом подумать. Когда Иван Грозный покорил Казанское ханство, оставшихся в живых татар выселили за пределы города в малопригодные для жизни места. Уже, позже, как ты знаешь, появляется «татарская слобода», а на противоположном берегу озера Кабан «суконная слобода», где преимущественно проживало русское население. Принцип свой и чужой сформировался уже в те годы, который реализовался в кулачных поединках на льду озера в зимнее время. В период застойного времени и активной урбанизации татарской столицы, а также в виду высокой плотности населения подростки инстинктивно начали защищать дворовую территорию…