Феликс Гараев – Убегаю на край света (страница 12)
Я остановился на работе курьерской службы. Курьер – звучит гордо! Я вообразил, как расхаживаю по Невскому Проспекту в строгом костюме с дипломатом в руке и передаю секретные документы загадочным личностям. Я расписал деловые встречи на неделю вперед. Это помогло мне отнестись к Питеру как к перевалочному пункту. В любом случае, если здесь что-то пойдет не так, я всегда могу вернуться в родной город…
***
Как-то утром мы разошлись каждый по своим делам. Июльские дни в Питере выдались жаркими, стояла повышенная влажность. Подошва ботинок прилипала к раскаленному асфальту, рубашка – к потному телу. Пиджак меня стал раздражать, портфель хотелось немедленно выбросить в мусорный бак. Я с трудом передвигал ноги, направляясь на собеседование по работе курьера. Я осознал, что стремление найти работу, было вызвано разумными убеждениями, нежели душевными устремлениями.
Офис по работе курьерской службы находился на Литейном Проспекте. Со стороны он выглядел солидно, загадочно и серьезно. Но вместо передачи секретных документов мне предложили распространять популярные книжные издания, обещая баснословную прибыль в день. Моему разочарованию не было предела. Что ж, один день в жизни этому незатейливому делу можно посвятить.
Меня и еще несколько новичков, таких же приезжих, с горящими глазами романтиков приставили к наставнику. Наставник молодой мужчина средних лет в руках держал спортивную сумку. Подобные сумки мелькают в голливудских фильмах. Обычно они доверху набиты американскими долларами. Но в сумке наставника были аккуратно уложены стопки книг с обложками высокого качества. Их следовало продавать людям, сидящих в офисах и кабинетах различных ведомств. Наставник с гордостью поделился, что занимается этим делом второй год и неплохо зарабатывает. Он формировал команду из новичков, получая процент с каждой проданной книги. Это был хорошо продуманный маркетинговый ход. Моего терпения хватило лишь на пятнадцать минут. Я ушел по-английски…
В природе не существует закона быстрого обогащения. Если и богатеет человек внезапно, то лишь потому, что до этого он приложил максимум усилий…
***
Вечером мы поговорили с Ромой по душам и кое-что выяснили. Ни он и ни я, не хотели селиться в общежитии. Мы задумали арендовать жилье, получить регистрацию в городе и искать работу, полагая, что все это придаст дополнительный стимул добиться в Питере желаемого результата. Ведь за жилье следует платить, что и вынудит нас быстрее найти работу. Мы подали объявление в газету:
Мы искали и искали, смотрели и смотрели питерские коммунальные квартиры. В моем блокноте появились имена риелторов: Диана, Владимир, Кристина, Леонид. Так же числилось множество адресов коммунальных квартир. Но все не то. Что-то постоянно нас останавливало от заключения сделки. Феномен коммунальных квартир заключался в наследие постреволюционного периода. Интеллигентов вышвырнули из пятикомнатных квартир и вместо них по несколько семей заселили рабочих и крестьян. Атмосфера в коммуналках жуткая. Самую главную опасность представляли соседи. Никогда не знаешь, что за люди живут рядом с тобой. Какие судьбы они имели. Живя в подобной квартире, нужно было разделять личное пространство с чужими людьми на кухне, в туалете и в ванной. Общее настроение соседей хорошее и плохое витает по всей квартире. «Коммуналки» – адово место, с вечными хлопотами и постоянными заботами…
Перешагивая порог той или иной «коммуналки», я неосознанно вспоминал детство, прошедшее на задворках Кировского района в бараке. И при выборе комнаты мое подсознание кричало слово: «нет!»
Глава 13
Не могу объяснить, почему я принял решение позвонить своему другу – Леве Розенсону. Вы же помните день, когда я уезжал из города? Кроме отца меня больше никто не провожал. Это случилось вовсе не потому, что у меня совсем нет друзей, а потому что я был преисполнен чувством избыточной важности к поездке. Я испытывал жуткое чувство неполноценности в сочетании с неустроенностью в жизни. Да что там говорить, мне казалось, что я просто – неудачник. И чтобы не спугнуть потенциальную удачу – добиться хоть что-то в незнакомом городе, я и решил уехать по-английски. Однако в тот жаркий июньский день я находился у станции метро «Площадь Восстания» и меня интуитивно потянуло набрать номер телефона Левы. Я немного помешкал, а потом позвонил ему…
Лева был старше меня на четыре года. Мы могли говорить с ним на разные темы. Например, обсудить путь становление великого американского гангстера Лаки Лучано и закономерное фиаско Аль Капоне. Выдвинуть свою версию убийства Кеннеди и восхититься подвигом пророка Моисея, коему удалось вывести евреев из Египта. Мы редко спорили, понимая, что это бессмысленно. Но разница между нами все-таки была. Лева являлся приверженцем, как ему казалось демократических ценностей, я разделял мнение консерваторов. Он окончил юридический факультет и благодаря связям старшего брата реализовал свой талант в системе «обналичивания денег». Я же бросил университет и ни на одной работе не задерживался больше месяца, искренне веря, что у меня все впереди. Он зарабатывал кучу денег, я же сводил концы с концами. Он ездил на автомобиле, я ходил пешком.
Кареглазый и худой с черными, коротко постриженными волосами Лева был энергичным и легким на подъем, хотя никогда всерьез не занимался спортом. За еврея его выдавало узкое длинное лицо, лоб, точно зажатый в тиски и, конечно же, еврейский шнобель. Он преуспел в свои годы, но роль его успеха отводилась не лично его умственным способностям, а в первую очередь – родословной. Лева по отцу был еврей. Это позволяло ему присоединиться к сионистскому движению и совершить Алею в землю Обетованную. Израиль вознаграждал репатриантов гражданством, позволявшее свободно перемещаться по всему миру, практически без виз. Но Лева не спешил становиться гражданином Израиля. Ведь и в Казани его дела шли в гору…
Лева проживал вместе с мамой в «трешке», в одном из лучших районов Казани – в центре. Он дружил с симпатичной студенткой Аней, предпочитавшей носить исключительно короткие юбки. Лева занимался бизнесом не нужды ради, а удовольствия для…. Такой подход к делам, позволял денежным купюрам буквально спонтанно стекаться в его карманы. Он много читал, смотрел интересные фильмы и писал письма поддержки опальным олигархам…
Абонент ответил сразу:
– Да?
– Лева, привет, это я…
Мне показалось, от удивления он упал с дивана.
– Ты где?
– В Питере…
– В Питере??? Ты долго там будешь? – вопросом на вопрос ответил он и, не дожидаясь ответа, продолжил. – Ты же помнишь Олега, моего троюродного брата? Олега Вайтмана?
– Помню…
– Он живет в Питере. У него свадьба на следующей неделе, меня приглашает. Я вот сижу и думаю, ехать к нему или нет. Если ты задержишься в Питере, мы с мамой обязательно приедем.
– Я пока буду здесь. Приезжай.
– Отлично! Я перезвоню тебе вечером.
Для меня стало полной неожиданностью, когда полчаса спустя мне позвонил Олег Вайтман и пригласил на свадьбу. Мы хорошо друг друга знали еще с Казани. Живя в Петербурге больше года, Вайтману, как манны небесной не хватало своих, казанских… Вообще, скажу вам честно, дорогой читатель, этот звонок дал мне ощутимую связь с родным городом. Я почувствовал, что значат дружеские корни в чужом городе. Меня переполнили чувства собственной значимости… А через два дня я встретился с Левой и его мамой на Дворцовой Площади у Александровского столба. Лева не расставался с фотоаппаратом, запечатлевая каждый метр прогулки, боясь пропустить хоть что-то, что являлось с его точки зрения, ценным. Объектив фотоаппарата фиксировал все: памятник Пушкина, Гоголя, Остапа Бендера, мосты и каналы на Мойке и Фонтанки. Я же с наивным жаром рассказывал ему о своих приключениях, а он лишь приговаривал: «Да, да, молодец!» и продолжал фотографировать дальше. Никогда не понимал, зачем ему все эти фотографии. Ведь он никогда не будет их просматривать…
Здесь, хочу сказать следующее. Незримая связь с друзьями из Казани, придала мне силу, энергию и дополнительный смысл. Дни протекали насыщенно. Мои документы были в университете Культуры и через несколько дней намечались экзамены. И я тут подумал, а что если мне попробовать силы сдать экзамены? А что если вдруг у меня получиться поступить в университет? Рома же, посчитал эту затею пустой тратой времени. Я решил испытать судьбу и пришел на первый экзамен по сочинению, выбрав свободную тему.
***
После экзамена Лева позвонил мне и предложил переехать в квартиру, которую подыскал им на время пребывания в Питере Олег. Квартира принадлежала доброй старушке бабе Нине и находилась на Проспекте Косыгина в пяти минутах ходьбы от общежития университета Культуры. Что это? Случайное совпадение или ирония судьбы? Предложение меня заинтересовало, но как быть с Ромой? Ведь мы вместе приехали покорять Петербург!
Бывает так, что в отношениях между друзьями случаются и взлеты, и падения. Интересы иногда совпадают, иногда расходятся. Калининград объединил нас, Петербург – разлучал. Мы друг другу немного надоели. И виноваты были в этом оба. Мы не поддерживали друг друга и не делились информацией по работе. Каждый из нас старался казаться умнее, чем есть на самом деле и каждый стремился похвастаться своим успехом. Энергия эгоизма выплескивалась через край дружеской чаши. Наш совместный тандем трещал по швам.