Нас труба призывает
фельдфебельским басом,
Нас молва величает
пушечным мясом,
Просыпаются птицы —
мы снова в пути,
Нас, родная землица,
пойми и прости…
На полях и дорогах
навечно распяты,
Не святые, не грешники —
просто солдаты,
От тревоги к тревоге —
где силы набрать?
И ползет по дороге
усталая рать.
Знамена трещат,
парусами раздуты,
Нам грозу предвещают
чужие редуты,
Смело в ногу — марш! —
ковыляют полки,
Мы взойдем в небеса
как пылинки легки.
Нам осталось — чуть,
нам осталось немного,
Добредём как-нибудь
и до Господа Бога,
То не ангелов плач,
это воронов крик:
"Что наделал ты, грешный,
сварливый старик?!"
Зеркала небес
пугают провалом,
Но только Бога здесь —
никогда не бывало,
Видно, выход в том,
что, седым и чумным,
Нам на небе крутом —
стать богами самим?
Плети молний стегают нас
справа, и слева,
И трещит под ногами
звёздное небо,
Коли так суждено —
выпьем чашу до дна,
А земля в вышине —
остается одна…
Глава 12. Лагерь на развалинах
Спокойно, рыцари, спокойно,
Сигнал получен, дан приказ.
По коням, рыцари, по коням,
В последний раз, в последний раз.
Твой путь сегодняшний измерен
И он судьбу твою решит.
Копьё остро и меч проверен,
Надёжен шлем и крепок щит.
Сверкнул на латах солнца лучик
И клятва произнесена.
Там, впереди — счастливый случай,
А позади — твоя страна,
Несёмся мы лихой громадой,
Плащи и перья на ветру,
Нас ждут победы и награды,
И чаши пенные в пиру… 
