Феликс Егоров – Пять метров и всё… (страница 6)

Он закрыл лицо руками на секунду, потом убрал ладони.

– Я – твоя клетка, – прошептал он. – Я связываю тебя с этим миром. Я держу тебя здесь. Я. Не богиня, не судьба, не покушение. Я.

Он выпрямился, но взгляд оставался растерянным и болезненным.

– Это я должен был лежать мёртвый в саду, – тихо повторил он. – Не ты.

Паша покачал головой, шёпотом:

– Ты – наследник. Без тебя рухнет всё: и семья, и королевство. Людей много, но король – один. А я… я раб. Таких, как я, сотни. Ты нужен. Ты жив – и это правильно, Карл.

Карл смотрел на него долго. Потом кивнул – медленно, благодарно, но с горечью.

– Спасибо, – сказал он. – И…

Он отвёл взгляд на нить, которая тянулась от его груди к Паше, мягко сияя.

– Всё равно… прости, что ты теперь связан со мной. На таких условиях.

Глава 5

В тишине библиотеки вдруг раздался осторожный стук в дверь секретной комнаты.

– Карл? Ты здесь? – раздался знакомый голос Ханны.

Карл вздрогнул и быстро закрыл книгу.

– Да, Ханна, заходи.

На секунду её взгляд упал на раскрытую книгу – и она едва заметно нахмурилась.Она появилась из-за стеллажей – лёгкая, в голубом платье, с усталыми глазами, которые всё равно умели светиться теплом.

– Ты что тут делал? – спросила она мягко, хоть и с ноткой подозрения.

Его голос был ровным, холодным – он не хотел, чтобы сестра увидела, как дрожат его руки.

– Читал, – коротко ответил Карл.

Ханна подошла ближе, заглядывая брату в лицо.

Я слышала… его тело перенесли туда.

– Папа зовёт тебя, – сказала она. – Он ждёт около хозяйственного крыла. Похоже… это касается твоего друга.

Паша слегка вздрогнул, но её голос, как и взгляд, проходили сквозь него.

Карл аккуратно захлопнул книгу, спрятал её на полку и вышел из комнаты. Паша последовал за ним – словно тихая тень, которую тянет за собой судьба.

Король Фридрих ждал его у небольшой неприметной двери. Он стоял прямо, руки за спиной, лицо спокойное, но глаза – серьёзные.

И пока покушение не раскрыто, ты не имеешь права выходить на улицу без стражи.– Карл, – сказал он, – я подумал, что ты захочешь попрощаться со своим другом. Завтра утром будут похороны. Но на них ты не пойдёшь – я запрещаю. Это небезопасно.

Карл молча кивнул.

Король открыл дверь.

– Иди. Я подожду здесь.

Карл вошёл. И Паша – за ним.

На длинном столе лежало тело – накрытое белой тканью до груди. Комната была тихой, прохладной.

И спокойнее, чем когда-либо был при жизни. Паша замер на пороге. Странно было смотреть на себя со стороны – на неподвижное лицо, на руки, сложенные на груди, на чисто вымытые волосы. Он казался… старше.

Его шаги звучали слишком громко. Карл подошёл ближе.

Он смотрел на тело – долго, молча, словно пытался признать то, чего разум пока не принимал.

Слёзы наполнили глаза, и он смахнул их тыльной стороной ладони. Но они возвращались – восставали снова, несмотря на всю его волю.

– Я даже не знаю, к кому мне обращаться, – тихо сказал Карл, обращаясь то к телу, то к призраку. – К тебе… или к тебе.

– К кому хочешь, – прошептал Паша. – Я здесь.

– Спасибо тебе за всё, – произнёс Карл.

Он зажал лицо рукой, пытаясь сдержать рыдания – но слёзы сами катились по щекам, горячие, непростые, слишком сильные, чтобы прятать.Он опустился на колени перед столом. Плечи дрогнули.

Я сделаю всё, что смогу.

– Спасибо, что спас меня… – Карл выдохнул, голос сорвался. – И прости, что я не смог спасти тебя. Я обещаю… – он вдохнул, глубоко, дрожащим грудью, – обещаю, что ты не останешься здесь навсегда. Ты уйдёшь вместе со мной.

Он вытер слёзы платком, несколько секунд приводил себя в порядок, потом поднялся.

– Как я выгляжу? – спросил он тихо.

– Нормально, – сказал Паша. – Чуть грустно.

– По-другому и не получится, – горько усмехнулся Карл.

Фридрих не смотрел строго – скорее, серьёзно и внимательно, как отец, который знает: сыну больно.

Он вышел из комнаты. Король всё ещё ждал.

– Попрощался? – спросил он.

– Да. Спасибо, отец.

– Легче стало?

Карл опустил глаза.

– Немного.

Король кивнул:

Покушение во дворце – это тень на королевство.

– Хорошо. Теперь слушай внимательно. Завтра в полдень ты поедешь на площадь и лично посмотришь экзамен стражи. Все, кто служил в тот день, будут наказаны.

Карл медленно кивнул.

– Что у тебя по расписанию?

– Обед. Потом история, ловарский, ронталийский.

Скажи, что тебя не устраивает?

– Ронталийского тебе надо бы больше, – заметил Фридрих. – Учитель жалуется, что ты отвлекаешься на уроках.

Карл пожал плечами:

– Не знаю.

– Ты обязан учиться, – строго сказал король. – Пока есть время. Потом времени не будет.

– Да, отец. Я понимаю.

– Иди. Не опаздывай на уроки.