Федор Вихрев – Звездный легион смерти. Пленных не брать! (страница 13)

«… Таким образом, противник смог привлечь следующие дополнительные силы:

1. Шесть единиц шагающих боевых машин следующих типов:

– «Баллиста» – две единицы,

– «Сапсан-Сокол» – одна единица,

– «Гриф» – одна единица,

– «Беркем» – одна единица,

– «Овод» – одна единица.

2. Восемь легких бронемашин неизвестного типа. Четыре из них являются бронетранспортерами, четыре другие – вероятно, аналоги легкого танка типа «Ехидна».

3. Две роты пехотинцев, скорее всего – с легким и групповым стрелковым оружием и переносными установками ракет ближнего боя. Уровень подготовки предварительно оценивается как высокий.

Учитывая явную недостаточность этих сил, следует ожидать переброски дополнительных единиц техники и пехотных подразделений. Наиболее вероятно, что это будет один робот типа «Рапира» и некоторое количество танков неизвестных типов, массой от 40 до 120 тонн. Кроме того, следует учитывать возможность наличия некоторых не выявленных разведкой подразделений, так как количество машин обеспечения (восемь единиц, идентифицируемых как передвижной госпиталь или командный пункт) слишком велико для такого количества техники…»

– Ну, и что скажешь? – обратился герцог к командиру наемников.

– Мелочь, что бы они там ни припрятали. Раздавим и не заметим.

– Хорошо, можешь идти.

Герцог проводил взглядом подчеркнуто независимо поклонившегося наемника. Значит, Мазур его разочаровал – за милостиво предоставленное ему время он не смог сделать ничего.

Наемник прав – что-либо серьезное они припрятать не смогут. А более вероятно, что госпитали прибыли для местного ополчения, у которого ни черта нет. Ну, что же, значит, операция будет проще, чем он думал.

В подземном ангаре царила суета. Вокруг стоящего на площадке «Сайгака» туда-сюда катались погрузчики и суетились люди. У стен стояли несколько закрытых чехлами машин, громоздились множество ящиков и контейнеров, штабеля бочек. В воздухе носились разнообразные команды, вопли и указания на нескольких языках разной степени цензурности.

Лев Маркович в сопровождении небольшой свиты шел среди этого бедлама в сторону шаттла и попутно присматривался к прибывшим. От местных они отличались камуфляжем немного другой расцветки и… да, пожалуй, и все. По крайней мере, никакого непонимания между гарнизоном местной базы и прилетевшими военными и специалистами он не заметил. Все команды были понятны, реагировали на них вполне адекватно. Неплохо.

Нужных людей Мазур определил сразу и остановился, решив понаблюдать за ними. Два офицера в одинаковом камуфляже стояли чуть в стороне от суеты и что-то обсуждали, не обращая внимания на шум. Иногда к ним подбегали за консультацией по поводу размещения очередной партии контейнеров, причем подбегали и свои, и чужие.

Долго стоять и наблюдать не получилось, эта парочка быстро засекла появление новых лиц на грузовой площадке и тут же двинулась в их сторону.

– Лев Маркович Мазур?

– Да.

– Здравия желаю! Я командир отряда «501-й легион», полковник Соколов, а это мой заместитель, майор Донахью. В настоящее время отряд производит выгрузку оборудования и боеприпасов.

– Вольно. Можете обращаться ко мне – «товарищ председатель». Пойдемте в другое место, где не так шумно, там и поговорим.

– Есть.

Когда они шли между контейнерами, Лев Маркович слегка наклонился к Соколову и спросил:

– Вы действительно полковник?

– Вообще-то я генерал-лейтенант, а Донахью – бригадный генерал, это на ступеньку ниже. Просто для такого малочисленного отряда целого генерала будет слишком много, а уж двух – тем более. Поэтому – только полковник.

– Понятно.

В комнате коменданта базы было тихо, длинный коридор и герметичная дверь отсекли все звуки. Рассевшись вокруг стола, пять человек молча стали рассматривать друг друга. Первым прервал тишину Мазур:

– Познакомьтесь, это комендант базы, капитан Ворон, все организационные вопросы к нему. Это – майор Штайн, командир подразделения «Борогоз», нашего отряда быстрого реагирования. Мы хотели бы задать вам несколько вопросов.

Соколов, не говоря ни слова, поднял брови домиком и вопросительно посмотрел на Мазура. Но Лев Маркович отклонил призыв к пантомиме и сказал прямо:

– Этим людям я доверяю полностью, можете говорить при них свободно.

– Хорошо, мы поняли. Только один вопрос – что с первым челноком?

– Это ваш шаттл класса «Единство»? Все в порядке, сел нормально, выгрузка прошла по плану. Через несколько часов он стартует. Посторонних на борту не зафиксировано, несколько наблюдателей на поле точно были. Посадку остальных шаттлов не засекли. Я ответил на ваш вопрос?

– Да, вполне. Теперь ваша очередь спрашивать.

– Итак, приступим. Какие условия пребывания вашего отряда? Каков его состав? Что в каждом челноке?

– Условия пребывания – до того момента, когда вы сами не попросите уйти. Вот документы – там состав отряда, вариант договора, наши предложения и пожелания. Более подробные данные – личные дела, паспорта на технику и прочее – в капитанском сейфе шаттла, под охраной.

По поводу отряда: пока в его составе шесть роботов, батарея ПВО, четыре вертолета, взвод самоходных минометов, батарея реактивных залповых систем, техническое подразделение и еще самоходная артиллерийская установка. Вторая часть отряда прибудет следующим рейсом.

По поводу шаттлов. Всего на Заимку прибыли пять шаттлов. Один из них – класса «Гнев» – остался на орбите, на противоположной стороне планеты. Там сейчас находятся около двухсот тонн груза, два взвода охраны, двадцать человек гражданских: юристов, техников, инженеров. Груз: чистые металлы, произведения искусства, ювелирные изделия. Мы планировали отправить этот челнок на Мир Наемников. Там – продать груз, зарегистрировать наш экспедиционный отряд как наемное подразделение и оформить договор с вашей планетой. Прикупить кое-какое промышленное оборудование, оружие, документацию, навести кое-какие связи, прощупать обстановку. В перспективе – отправить несколько человек на обучение по технической и юридической части.

Далее. Шаттл «Пионер» класса «Единство». На борту роботы: «Беркем», «Баллиста», «Росомаха», «Гриф», «Сапсан» и «Овод». Пять из них прошли модернизацию на Земле и отличаются по характеристикам от базовых моделей, иногда – довольно сильно. Также на борту два атмосферно-космических истребителя, точнее, их остатки – «Акула» и «Пират». Тут нужна ваша консультация. Если их можно быстро восстановить – восстановим, если нет – вернем обратно или оставим здесь до лучших времен.

Еще на «Пионере» прибыли батарея РСЗО и минометов, часть технического подразделения и самоходное орудие.

Второй «Гнев» уже разгрузили, он сейчас должен находиться уже на орбите. На его борту находились четыре транспортно-боевых вертолета, две боевые ремонтно-эвакуационных машины и оборудование к ним.

В «Сайгаках» прибыли четыре ракетные и две пушечные зенитные установки. Обозначения – «Бук» и «Енисей», соответственно. С четырьмя транспортно-заряжающими комплексами для «Бука» они составляют полную батарею противовоздушной обороны.

По технике все. Подробности вы можете найти в спецификациях, которые будут переданы вашим специалистам. Остальное – это взрывчатка, детонаторы, взрыватели, мины, одноразовые и перезаряжаемые гранатометы и огнеметы, горюче-смазочные материалы и запчасти для наших машин, кое-какая электроника. На каждую единицу техники есть по два экипажа. Также прибыли ремонтники для техники и роботов, саперы, группа штабистов и два взвода спецназа для охраны. Все – и техники, и экипажи машин, и спецназ, и даже штабные работники – имеют боевой опыт. Более подробные данные по личному составу приведены в сопроводительных документах.

– Расскажите подробнее о роботах. – Майор Штайн оказался обладателем густого, практически певческого, баса, не вязавшегося с его невысоким ростом и худощавым телосложением. – О какой модернизации вы говорили?

– Дело в том, что при отражении атаки «Эскадрона смерти» на земные объекты почти все роботы получили повреждения. Запчастей, обнаруженных на единственном шаттле, захваченном неповрежденным, нашлось очень мало, поэтому для восстановления наименее поврежденных машин пришлось разбирать самые разбитые. Однако некоторое оборудование восстановить оказалось не в наших силах. Например, все три «Беркема» в ходе боя сильно повредили свои орудия. Восстановить их не представлялось возможным. Поэтому мы приняли меры по замене автопушек на наиболее близкие земные аналоги.

– А почему именно пушки? Можно было поставить и лазер, и ракетные установки.

– Это и предложил нынешний пилот «Беркема», Вэнс Стиллман. Поставить лазер и дополнительные радиаторы. Однако тут сыграло роль влияние некоторых наших конструкторских бюро и военных. Наших, в смысле – советских. Они давно хотели получить более мощное танковое орудие, чем существующее, сначала – для полного превосходства над танками США и НАТО, затем – чтобы иметь оружие, способное поражать шагающие машины. Поэтому они использовали ситуацию по максимуму, и в итоге началось проектирование орудия для робота, а по факту – для новых перспективных танков. Орудие вышло неплохое, но тут им не повезло. Во-первых, оно получилось очень дорогое и с малым ресурсом, всего около трех сотен выстрелов. Во-вторых, конструкция «Беркема» такова, что на нем невозможно установить пушку с сильной отдачей. Конструкторам пришлось много мучиться с дульным тормозом и системой реактивной компенсации. Поэтому получилось не танковое, а скорее – безоткатное орудие. И, в-третьих, установка пушки над корпусом ставит сильные ограничения на уровень бронезащиты и создает проблемы с перезарядкой, слишком большая высота подъема снаряда. Но в целом получилось хорошо, где-то на уровне ваших средних образцов. По крайней мере, Стиллман остался доволен. Потом идеей поставить такое же орудие загорелся Савенков, пилот «Росомахи». Так как у него данная система устанавливалась в корпус, то результаты оказались исключительно положительными. Малое расстояние для транспортировки снаряда, отдача приходится на силовой набор корпуса, никакой реактивной струи за мехом. В итоге получилось действительно мощное, дальнобойное и точное орудие, по характеристикам приближающееся к наиболее мощным аналогам вашего мира. К тому же после реконструкции появился запас по весу, который использовали для установки дополнительных лазеров, радиаторов и брони по максимуму. Сейчас «Росомаха» – это робот, предназначенный для боя на ближней и средней дистанции. Перед высадкой для него сделали фальшивые ракетные короба, так что он похож на обычную «Баллисту».