Федор Вениславский – Шахматная доска роботов (страница 62)

Слова Аменда не были лишены логики, и священник присел, что-то сказав находящимся в креслах возле него. А когда Аменд начал говорить, а потом спросил: уйти ему или продолжить, никто не сказал, чтобы он ушёл.

Практически все аудитории были приблизительно одинаковыми. Потому что эти аудитории были целевыми – избиратели. Некоторые изначально были более расположены слушать, некоторые настроены агрессивно, и настроение собравшихся всегда безошибочно можно было уловить по напряжению, витавшему в воздухе, или по интересу, сверкающему в глазах людей. Но итог у всех встреч в первый день был один – подавляющее большинство людей благодарили за встречу с ними, давая понять, что Аменду удалось заручиться их поддержкой. Фрэнк словно видел сенатора Корша – вот он без всякой сложности выдерживает нападки и провокационные вопросы, а в следующий момент уже пожимает руки тех, кто пытался выбить его из колеи, причём руки для рукопожатия они протягивали сами, с некоторой виной в глазах, что агрессивно начинали знакомство.

– Фрэнк, наверное, ты совсем голоден, да и Рик тоже, – сказал Аменд в конце дня, -времени перекусить у нас не было.

– Не переживай насчёт этого, я привычен к такому графику кампаний. Ранее я, бывало, ни позавтракать, ни обедать, ни ужинать не успевал, так что это не проблема.

– Не проблема, Фрэнк, но сейчас мы заедем, и вы с Риком поужинайте, а заодно подведём итоги нашего первого дня.

Они остановились в забегаловке у заправки на трассе. Кафешка практически пустовала, лишь несколько проезжавших мимо и решивших заправить не только свои автомобили, но и желудки посетителей сидели в длинном прямоугольном зале. Пол был выложен крупными синими и белыми плитками кафеля. Потёртые красные диваны с высокими спинками по два придвинуты к каждому дешёвому деревянному столу. Фрэнк заказал себе говяжий стейк, картофель фри и салат из огурцов и помидоров. Приняв заказ, потрёпанного вида худая официантка удалилась, оставив прибывших предоставленными самим себе.

Капитан Дигнан, так и не проронив после утра ни слова, что Фрэнка вполне устраивало, сидел в одной позе, словно перешёл в спящий режим. Черные солнцезащитные очки выглядели на нём неуместно после заката солнца, насколько уместно они вообще могли выглядеть на роботе. Аменд повернул голову и осмотрел всё помещение. Его взгляд встретился с парой смотрящих на него посетителей с разных углов зала, и те спешно отвернулись. Нечасто они, наверное, наблюдали роботов, заехавших поужинать в кафе на заправке. За столик присел Рик, который до этого заправлял микроавтобус.

– Ну что, Фрэнк, ты заказал мне тоже?

– Конечно, не волнуйся.

– Да и вправду, на пустой желудок я начинаю очень волноваться, – хохотнул он.

– Главное, чтобы ты на дороге не проявлял этого во время вождения, – повернулся к нему Аменд.

– Да нет-нет, вы что, это я так… Шучу, – испуганно принялся объяснять водитель.

– Я тоже поддерживаю шутливый разговор, – Аменд улыбнулся, Рик тоже ответил осторожной улыбкой, но дальше желание шутить у водителя отпало.

Успех первого дня вселил во Фрэнка уверенность, что вся кампания сложится легко и удачно, но это оказалось преждевременным. Во второй день люди изначально были настроены более агрессивно и скептично, кивая на речи Аменда, словно говоря: «Ну-ну».

– Как робот может знать, что нужно людям?

– Вставить в голову роботу законодательную базу данных это одно, это естественная машинизация, как когда-то на предприятиях и фабриках автоматы заменили рабочих. Но избирать в парламент персонажа из виртуальной игры – это уже совсем другое.

– Политики, какими бы они продажными и циничными не были – они всё же люди, и мы по крайней мере знаем, чего от них можно ожидать, а чего ожидать от робота?

– Тебя же кто-то запрограммировал, а это означает, что он и дальше будет руководить тобой, прописывая тебе команды что именно делать у власти!

Некоторых Аменд переубеждал, объяснял, приводил примеры и абсолютно адекватно показывал, почему люди не правы в своих суждениях. Но с некоторыми он даже не пытался спорить, толерантно уходя от ответа, или показывая, что не намерен отвечать вовсе. Когда после встречи Фрэнк спросил его об этом, робот ответил:

– А разве сенатор Корш спорил абсолютно со всеми?

Фрэнк задумался. Да, он спорил, но… Не всегда.

– Понимаешь, – продолжал Аменд, – иногда вступление в дискуссию означает её проигрыш. Оставляя вопрос без ответа, мы не поддаёмся на провокацию. Я мгновенно просчитываю всевозможные варианты поведения собеседников после различных ответов, и как бы разумна ни была моя логика, какими бы сильными не были аргументы, некоторых людей просто не переубедить, а время, затраченное на спор с ними будет невозвратимо упущено, хотя его можно использовать, чтобы привлечь на свою сторону других.

– Но ты же разговариваешь не только с одним спорщиком, вас слушают и другие собравшиеся, и аргументы против тебя, которые ты не отбиваешь – они запоминают.

– Это игра в шахматы Фрэнк, я игнорирую один-два вопроса, а затем делаю свои хода и выигрываю больше фигур, чем проиграл. Да, я не ответил на провокационные вопросы на которые по сути и ответа быть не может, потому что это спор ни о чём, но затем, отвечая на совершенно другие вопросы, говоря о других вещах, я оставляю у большинства людей позитивное впечатление. Если кто-то говорит, что робот – кретин, я же не стану спорить, доказывая «нет, нет, я не кретин! Вы ошибаетесь!». Я проигнорирую это, а затем покажу свою компетентность во многих вопросах, на основании чего люди сами выведут суждение «а этот робот ведь и вправду не кретин». Люди не глупы, Фрэнк, они способны самостоятельно думать и делать выводы. А иногда людей просто бесполезно в чём-то убеждать, и не потому что убедить нельзя, а потому что люди не предрасположены слушать. В любом случае, мы будем говорить со всеми, кто открыт к диалогу.

Когда они провели все встречи в очередном городе, их путь пролегал в следующую точку на карте – Миддл Киррадж – относительно недавно созданный населённый пункт. Justice-Tech строил экологически безопасные предприятия по производству роботов, но более того, самые крупные открывал вдали от городов, а затем выстраивал новые города вокруг производств, чтобы там жили семьи сотрудников. Миддл Киррадж был первым таким городом, уже успевшим разрастись со времени своего открытия.

Водитель Рик был настоящим асом в плане дорог и направлений. Ему не требовались навигаторы и карты, это всё содержалось у него в голове, он словно робот, моментально прокладывал для себя наиболее эффективный маршрут. Ранее Рик много лет работал водителем скорой помощи. Его постоянно переводили из одного отделения в другое, потому он успел поработать в большей части штата. А водители скорой помощи всегда считались лучшими в своём деле – кто как не они знали цену каждой минуты и всегда понимали где и через какие улицы можно срезать и какие шоссе лучше объехать, чтобы максимально сократить путь. Потому сейчас микроавтобус съехал с главной трассы и поехал по узкой, слегка разбитой дороге, но, как уверял Рик, благодаря этому им удастся сэкономить минут двадцать пять времени.

– Честно говоря, Рик, я восхищаюсь тобой, – похвалил водителя Аменд, – я ради интереса так же просчитываю всевозможные варианты пути. Но у меня преимущество – это всё у меня в голове. И признаюсь, всё время мои варианты совпадают с твоими, ни разу я не нашёл лучшего пути.

Водитель заулыбался. Возможно, робот просто льстил ему, повышая его боевой дух и чувство собственной значимости и незаменимости, но в любом случае, Рику было приятно это слышать.

– Там женщина на дороге, у машины стоит, просит остановиться, – уже без улыбки сообщил Рик.

– Остановись, – не раздумывая (а требовалось ли роботу время для раздумий?) ответил Аменд.

Mercedes Van замедлил ход, и, поравнявшись с женщиной, притормозил до полной остановки. Фрэнк нажал на дверь, и та отъехала в сторону.

– Ой, – женщина хотела было сделать шаг навстречу, но дернулась и замерла на месте. За тонированными стёклами она не могла разглядеть сидевших в машине людей, а когда те открыли дверь она столкнулась с тем, чего никак не ожидала – робот, которого она видела по телевизору, робот-полицейский в солнцезащитных очках и внушительного вида верзила в чёрном костюме, – ой, извините.

Аменд встал с кресла и вышел на улицу, Фрэнк последовал за ним, а Капитан Дигнан, оглядевшись, остался в машине.

– Что вы, не волнуйтесь. Вам нужна помощь? – доброжелательно спросил робот.

– Извините, не хотела вас отвлекать от дел, просто на этой дороге редко ездят автомобили, вы первые за пятнадцать минут, и занесло же меня сюда.

– У вас машина сломана? – спросил Фрэнк, окинув взглядом десятилетний Кадиллак. Машина не дымилась, колеса были на месте, но как-то чувствовалось, что без помощи на ней дальше не уедешь.

– Да, приключилось со мной. Помпа протекала, всё думала заменить на днях, а тут в дороге её заклинило, и она ремень порвала.

– Давайте возьмем вас на буксир, мы едем в Миддл-Кирадж, вам подойдёт? – предложил Аменд.

– Идеально! Мне хоть-куда бы, а то в эту глушь ни один эвакуатор ехать не хочет, а те, кто согласились, заломили такую цену, что даже страховка не покроет. Я только не хочу отнимать у вас время.