Федор Метлицкий – Федор Метлицкий. Возраст дожития (страница 2)
Пошел без оглядки. Дома хлопотливые тетки, зарыдавший отец. Они об отце — разное, как почти не отходил от гроба матери, не давая себя сменить: "Нет, я ее язык изучил, лучше понимаю ее". И как хотел похоронить за счет столовой, где мать работала.
Брат Костя говорил об отце, лежавшем сутки, когда мать в морге разлагалась. У него, мол, температура, отстаньте… А когда она заболела: "Пусть лучше мать умрет, чем мне с ней — калекой. Как я ее потащу, если выживет? Я сам больной!" И о его жадности — тряпье копит по углам, все под целлофаном — для кого? А жалко его… А мать — героиня. Нас кормила, а сама голодная. И никогда не жаловалась на болезни. Соседки: "Да какая веселая была!" Не забуду, как в детстве, на Кавказе, у нее приступ был, с кровати упала, а отец ногами пинал: "Вставай, стерва!"
- Я не люблю дипломатии, хитростей, — говорил Костя. - Я честный, правду-матку сразу выкладываю. Что? Какой еще такт! Ну и пусть такая честность - грубость!
Не понимал, что он - вылитый отец.
В морге мать в гробу, как живая. Рядом моют разбившихся мотоциклистов.
Руки ее натруженные, темные, с надувшимися жилами. Руки, которые помню с детства, в голодные годы на Кавказе, куда отец отправился «за яблочками».
Похороны, отец, Костя… Когда поставили крест, а на нем фотография матери, молодой и веселой, голова набок, на меня что-то нахлынуло — ринулся в кусты с неудержимыми рыданиями. Меня пытались вытащить, но я не давался.
Что это было? О чем я рыдал? О потерянном детстве? О печалях, выпавших на нашу долю?
Потом у меня больше никогда не было такого, что-то ушло. Стал взрослым, нормальным человеком.
И остались воспоминания.
3
Казалось, я не был способен на любовь, которая потрясла бы все мое существо. Во мне стыла некая "замороженность" души, от генов предков. Как будто боялся открыться, так безопаснее. Видимо, не от жизни одиночки — я совсем не одинок. По-моему, во мне была некая крестьянская закрытость, от моих предков, крестьян-единоличников, которых разорили и загнали в колхозы или раскулачили и изгнали куда-то в Сибирь, и они привыкли быть суровыми к себе и другим, с жертвенностью на месте сердца. Могли так же сурово резать животных на мясо, вкалывать в качестве работяг, повинующихся понуканиям партии перевыполнять задания, и быть руководителями колхозов, выбивающих трудодни, и вертухаями в лагерях.
Да, во мне явно были гены предков, которые меня направляли. Отец был счетоводом, мнившим себя интеллигентом, мать домохозяйкой, всю жизнь вкалывающей, чтобы прокормить семью. Хотя дети померли — от голода после войны, остались я и брат. Никаких препятствий, чтобы жить, я не видел. Не думал, что власть виновата в драме народа, и не было желания изменить мир, смотрел на все по-телячьи. Виновата человеческая природа, рок, то есть наша история, которая вся шла в войнах, небрежении к человеку. А нынешняя власть — лишь частица этого продолжающегося небрежения к человеку.
Отсюда желание заострить отношения — посмотреть, каков я, люди, на самом деле.
И вдруг во мне прорвалась серая пелена - от замороженных генов предков...
Настоящая, первая любовь не забывается. Во мне до сих пор сохранилось ощущение благородства и правдивости высокой и тонкой девушки с бледной аристократической кожей лица, с длинными тонкими руками, которые она естественно элегантно заламывала в такт словам.
Я увидел ее на филфаке университета. И слегка обалдел — от ее гибкого тела, с голой полоской талии под заламывающейся кофточкой, исходило голубое сияние. Может быть, это сияла белая кофточка и голубая плиссированная юбка, не знаю. Она шла, с сумочкой через плечо, похожая на учительницу, в больших очках в тонкой оправе, которые ей очень шли. Я сразу узнал абстрактную грезу юности. Все мои наивные увлечения показались вторичными. Она затронула ту часть моей души, что, еще до "замороженных" генов предков, была чиста и невинна. Значит, в нас заложена природой такая дивная встреча? Как мог прожить без этого чуда раньше?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.