Федор Лопатин – Рейс в одну сторону 2 (страница 19)

– Значит, этот вариант отпадает.

– Да – отпадает, – кивнула Маргарита. – Как тогда быть?

– Без понятия! – ответил он. – Если только, – тут Малыш замолчал на полуслове, – если только не воспользоваться моими ребятами.

– Какими еще ребятами?

– Да есть у меня тут парочка друзей – вот они точно могут кое-что для нас сделать.

– Поди, головорезы какие-нибудь? – спросила Маргарита с грустью в голосе.

– Нет, ну что ты – вполне себе интеллигентные люди, умеющие найти общий язык абсолютно с любым человеком.

– Я же говорю – головорезы, – снова вздохнула Кондрашкина.

– Думай, как хочешь, а ребята они хорошие, – сказал Малыш и ухмыльнулся.

– Даже не сомневаюсь, – ответила она. – Ну ладно, вон, похоже, сменщица моя идет, – она кивнула в сторону входа, где мелькали белые полы не застегнутого медицинского халата, развевающиеся при быстрой ходьбе.

– Доброе утро! – сказала, подошедшая к ним, пожилая, но резвая женщина лет пятидесяти пяти. В руках у нее был точно такой же термос в виде никелированного бочонка, какой принесла Кондрашкина. Маргарита поняла, что уход за Еленой идет серьезный, раз сюда еду носят, и мысленно отругала себя за то, что была недовольна дежурными медсестрами.

– Здравствуйте, – ответила Маргарита, пожимая протянутую ей руку.

– Меня зовут Алевтина Петровна, – сказала та. – Я вторая дежурная медсестра вот этой девушки.

– Я так и поняла, – кивнула Маргарита. – Я ее покормила уже: каша овсяная и чай.

Алевтина улыбнулась и сказала:

– У меня с собой бульон куриный и котлета с картошкой: думаю, на вечер пусть останется.

– Да, наверное, это будет в самый раз, – ответила Маргарита. – Тогда я пойду, а то у меня рабочий день в самом разгаре.

– Конечно, конечно, идите, – ответила Алевтина Петровна.

Маргарита встала с кровати. Постояв с минуту, она спросила:

– Скажите, а где можно найти вашего доктора… Как же его там? – она вопросительно посмотрела на Малыша. Тот пожал плечами, мол, я и не спрашивал его имени.

– Геннадий Винверович?

– Как вы говорите?

– Винверович, – медленно повторила медсестра, улыбнувшись, – папа у него был Винвер.

– Это что значит? – спросила Маргарита.

– Да он и сам не знает, – смеясь ответила медсестра. – А найти вы его можете очень легко: он давний приятель Могильного.

– Кого?

– Могильного, – спокойно ответила медсестра. – Пантелея Эдуардовича.

– Ах, этого? – кивнула Маргарита, с явным неудовольствием отмечая, что это была фамилия «много улыбчивого» человека. – Чего только не узнаешь с утра, – сказала она, как можно спокойнее и постаралась улыбнуться.

– Да, я когда прочитала его фамилию в платежной ведомости, мне аж не по себе стало: он, ведь, не так давно здесь работает.

– Да? – вскинула брови Маргарита, – а, по-моему, лет пять уже как… врачует, – она не смогла сдержаться, произнося это слово, тут же вспомнив, что в ведении этого Могильного был морг.

– Нет, нет, тогда работал его предшественник – Рыльский…

– Как вы сказали?

– Рыльский, – ответила Алевтина. – Вы и его не знаете?

– Нет, отчего же: как раз этого я очень хорошо знаю. Вот только он девять лет работает совершенно в другом отделении.

Алевтина понимающе кивнула.

– Раньше здесь была такая неразбериха, что сам черт ногу сломит. Это только в последнее время понемножку всё разгребли. Рыльский работал тогда на двух должностях: первая та, которую занимает сейчас Могильный. Тогда под Рыльским был и морг, и «двойка», то есть лаборатория №2, и еще некоторые участки. А параллельно с этим, он ходил на смены, где сейчас сидит практикующий психолог – он же врач широкого профиля.

Маргарита не могла поверить своим ушам: как Рыльский мог успевать работать на всех этих участках, когда…

Тут ее мысли прервал Малыш:

– Может, пойдем уже? – тихо произнес он.

– Да, да, конечно, – закивала Маргарита. – Я тогда пошла? – спросила она Алевтину, всё еще не веря, как Рыльский мог всё успеть? Чего тогда удивляться, что он всякий раз приходит в истерику, когда Маргарита опаздывает хоть на минуту: видно, у него снова несколько должностей, о чем она и не догадывалась до настоящего момента.

– Идите, идите – все будет в порядке, – улыбнулась ей Алевтина.

Когда, наконец, Маргарита и Малыш-Александр покинули пределы госпиталя, она вновь чертыхнулась.

– Вот же зараза! Ты посмотри, как они все связаны! – сказала она.

– Кто – они? – спросил Малыш.

– Все те, кто может нас вложить в любую секунду, – ответила Маргарита.

– Так, давай решать проблемы по мере их поступления, – сказал Александр, замедляя шаг.

– Какая еще мера? – вырвалось у нее. – Здесь со всех сторон нас обложили! Не знаю, как и быть теперь! – в отчаянии произнесла она.

– Разберемся, – ответил Малыш. – Ты, главное, сама глупостей не наделай и будь на связи. Мой номер три-четыре-пять.

– Зачем он мне?

– Я же говорю, на всякий случай, – ответил он. – Ладно, пошел я, а то забросил своих работяг.

Маргарита кивнула. Малыш быстрым шагом ушел по коридору, а она, как стояла, ошарашенная новостями, так и оставалась стоять еще несколько минут, пока кто-то случайно не задел ее плечом: наступило время обеда, и коридор наполнился голодными сотрудниками, спешащими в столовую.

Глава 9

Смену Маргарита провела довольно плодотворно: к ней приходил и Трясогузов, с которым она провела очередной сеанс; и Полозов заскочил с идиотским вопросом: не передумала, мол, она, уговорить Ленку сделать аборт; кто-то звонил по телефону, но она не помнила кто…

Под конец смены зашел Королев.

– Добрый вечер, – сказал он.

– Добрый, – кивнула Маргарита. – Присаживайтесь. Я вот что хотела спросить: как хорошо вы знаете Сергея, не помню, к сожалению, его фамилии, – он в вашей же слесарной мастерской работает?

– Хорошо его знаю, – ответил Королев.

– Как у него дела?

– Так же, как и у меня – паршиво, – спокойно ответил он.

– Можете поподробнее об этом рассказать?

– А чего тут рассказывать. Он, так же, как и я ходит на допросы, потому, как находится под подозрением в том же самом убийстве, в каком обвиняют и меня.

– И вы об этом так спокойно говорите?! – вскрикнула Кондрашкина, не выдержав такого наплевательского отношения к собственной судьбе, находящейся под ударом.

– А что я могу поделать? – пожал плечами Королев, – сила на их стороне, а мне, да и Сереге тоже, остается только подчиниться и продолжать ходить к дознавателю. Хорошо, что нас в камеру не сажают, а дают по-прежнему работать.

– И зарплату платят? – с недоверием в голосе спросила Маргарита.

– Ну, да – всё как положено. Меня это, поначалу, удивляло, а потом перестало: думаю, и здесь у них какой-нибудь тонкий расчет, только мне уже всё равно.