Федор Акимцев – Инквизитор (страница 11)

— …Что у карабина изменен калибр, — закончил я за Сергея. Потом посмотрел на карабин, лежащий на столе. И какой же теперь калибр на этом карабине?

— 5.45, в него идут патроны от «семьдесятчетвертого» Калашникова.

— Удобно. Вместо патронов 7,62х54, которые использует обычный KO-91/30, использовать патроны, которые проще найти, — сказал я, не отрывая взгляда от карабина. Потом поднял взгляд на Сергея, и увидев его удивленное лицо, я спросил. — Что такое?

— Да ничего, просто не каждый день можно встретить человека, разбирающегося в раритетном оружии, — ответил тот.

— Да какое оно раритетное, его до сих пор охотники используют. Правда, патроны им искать тяжело, а так хорошая вещь. Ну ладно, это уже лирика. Сколько хочешь ха карабин?

— Ну… я вообще-то его для себя берег, — задумчиво произнес Сергей, и почесал затылок. Некоторое время он думал, но потом махнул рукой, решив. — Отдам за десять штук.

— Один карабин? Или вместе с прицелом? — уточнил я.

— С прицелом. И еще пару пачек патронов отсыплю.

— Чего это ты такой щедрый? — я посмотрел на оружейника.

— Я не щедрый, я предприимчивый. Продам я тебе вот так карабин, укомплектовав его всем, что нужно, а ты потом ко мне еще разок придешь. А может еще кого приведешь. Простая математика, — объяснил Сергей.

— Эх ты, торгаш. А я уж думал, ты мне за красивые глаза скидку сделал, — усмехнулся я, доставая из внутреннего кармана кошель.

— Ну, могу и за глаза, но боюсь, скидка будет поменьше.

— Почему?

— Так глаза же бэушные. Да еще вон, уставшие, — пошутил Cepera.

И засмеялся. Я тоже засмеялся, не смог удержаться от смеха. И уже отсмеявшись, вспомнил, что давно уже вот так, по-простому, не общался с людьми. И сразу же помрачнел, вспомнив, зачем я приехал в село.

— Эй, Паш, ты чего? — вырвал меня из грустных мыслей голос Сереги.

— А?… Да нет, ничего. Так, вспомнил кое-что, не бери в голову, — произнес я, доставая из кошелька мятые купюры. Насчитав восемь тысяч, я положил их на прилавок.

Вот и хорошо, сейчас, за патронами схожу, — сказал резко повеселевший Cepera, считая купюры. Потом он ушел в заднее помещение.

Вернулся он минут через десять, держа в руках по пачке патронов. Судя по маркировке, патроны в пачках были разными.

— Так, тут бронебойные и обычные. По пачке, больше не дам.

— Расщедрился ты.

— Ничего, думаю, окупится моя щедрость.

Я взял пачки с патронами, и положил их в карманы брюк. Потом поднял с прилавка карабин, и повесил его на плечо. После этого посмотрел на Сергея.

— Слушай, есть еще одна просьба.

Где вечером могут собираться люди в Зоне. Есть три варианта — у костров, в арендованных квартирах, и в барах. Конечно же, последний вариант всегда популярнее остальных. Ведь в баре можно не только выпить и пообщаться, но и найти напарника на ходку, завести нужные знакомства. И не важно, что в барах всегда много народу, так даже лучше. Когда человек находится в обществе других людей, ему всегда спокойнее.

Я же сейчас сидел в баре с простым названием «Наливай-ка» не для того, чтобы расслабиться. У меня была совершенно другая цель. И эта цель сейчас сидела через два столика от меня, и пила дешевое пиво в компании нескольких своих друзей.

Андрей Кореев сидел, обнимая за талию девушку, периодически наклоняясь к ней, чтобы что-то ей сказать. Обычно после его фраз девушка начинала смеяться. О чем именно они говорили, с моего места было не слышно, да и мне было неинтересно. Я ждал момента, чтобы застать Кореева одного.

Самым лучшим вариантом было бы, если бы Андрей решил бы сходить в туалет. Тогда я смог бы спокойно с ним поговорить.

Ждать момента пришлось довольно долго. Так что я даже заказал себе бутылку пива. Напиваться не планировал, но если бы я просто сидел, то это могло бы показаться другим посетителям подозрительным.

— Скучаете? — раздался над моей головой женский голос.

Я поднял голову, и увидел девушку. Она стояла передо мной, и смотрела на меня сверху вниз. И я сразу понял, что она одна из местных «ночных бабочек». Это было понятно сразу же, стоило только взглянуть на одежду девушки. Как мне казалось, нормальная девушка не будет надевать платье с таким декольте и такую короткую юбку. Мне не хотелось общаться с этой девушкой, но и прогонять ее не стоило. Надо было сделать так, чтобы она сама ушла.

— А с чего вы взяли, что я скучаю? — вежливо поинтересовался я, смотря на девушку.

— Ну, вы сидите один, пьете пиво. И это сразу говорит о том, что в данный момент вы одиноки, — улыбнулась девушка, и села за столик напротив меня. — И я могу скрасить ваше одиночество.

— А вы уверены, что мне это нужно? — я посмотрел на девушку усталым взглядом. — Мне сильно досталось за последние дни, и я хочу выпить бутылку пива, а затем лечь спать.

— Я могу сделать вам расслабляющий массаж, — предложила девушка.

При этом она сложила руки так, чтобы ее грудь, призывно выглядывающая из декольте, была видна еще лучше.

Я мысленно усмехнулся, видя это. Оказывается, в тактике девушек с подобной психикой ничего не изменилось за то время, что меня не было в цивильном мире. А не было меня в нем довольно долго. Три года тюрьмы, потом почти пять лет службы. В общем, долго.

Общаясь с девушкой, я не забывал искоса наблюдать за Андреем. Тот все также сидел за своим столиком, но за прошедшее время он успел довольно сильно окосеть. Так что момент, когда он пойдет в туалет, все приближался.

— Видимо, вы действительно очень устали, — неожиданно заговорила девушка.

Видя мой непонимающий взгляд, она добавила.

— Вы уже голову еле на весу держите. Идите лучше спать.

Сказав это, девушка ушла от столика, пытаясь при этом держаться как можно более независимо. Хотя по ее тону было понятно, что ей обидно. Я даже не успел ей ничего вслед. Да и не собирался ничего говорить, потому что заметил, как Андрей пошел в уборную.

Его путь лежал мимо меня, так что я опустил голову, сделав вид, что я задремал. Когда он ушел, я поднял голову, и сделал вид, что только проснулся. Посмотрел на часы, засек пять минут, и когда они прошли, шатающейся походкой побрел в ту же сторону, куда и Андрей.

Продвигаясь между столиков, я старательно делал вид, что окосел, периодически оступаясь, и наступая на ноги другим посетителям. Меня покрывали матом, толкали, в общем, обходились, как с обычным алкашом.

Наконец, я добрался до туалета, и зашел внутрь. Оказавшись в туалете, я сразу же «протрезвел».

Первым делом я убедился, что в туалете больше никого нет.

Потом аккуратно открыл шпингалет на окне, чтобы после разговора с Андреем вылезти через него. Это все заняло у меня не больше пяти минут. Когда Андрей вышел из кабинки, я уже сидел на подоконнике, и ждал его.

Андрей не обратил на меня внимания, так, смерил нетрезвым взглядом, и пошел в сторону умывальников. Шел, довольно сильно шатаясь на ходу. Подойдя к умывальникам, он сначала попробовал умыться, но вместо этого его вырвало прямо в умывальник. Зрелище омерзительное, если честно.

— М-да, пить ты так и не научился, — произнес я.

— Ч-чего? Ты вообще кто… — заплетающимся языком спросил Андрей, поворачиваясь ко мне.

— Не важно, — перебил его я, в два шага оказавшись около бывшего сослуживца.

Прижать бывшего военного к стене было легко. Тот вообще не мог сопротивляться, так сильно он набрался. Это могло стать проблемой, так как в таком состоянии он вряд ли сможет внятно мне что-то рассказать.

— Ну что, Геннадьич, трезветь будем? — спросил я у Андрея.

Тот ничего не успел ответить, а я уже опустил его голову в раковину, и открыл кран холодной воды. Когда наголову Андрея родилась ледяная вода, он попытался заорать, но я закрыл ему рот ладонью, и ему это не удалось. Минуты через две я вытащил голову Андрея из-под крана, и закрыл воду. Потом я посмотрел в лицо парню, и увидел уже более осмысленный взгляд.

— Вот, дело пошло, — удовлетворенно произнес я, и снова прижал Андрея к стене.

Только на этот раз я прижимал его к стене локтем, при этом приставив к горлу бывшего сослуживца гвоздь стопятидесятку. Это возымело эффект, почувствовав острую грань гвоздя у горла, Андрея сразу же напрягся. Но делать какие-нибудь глупости он не спешил, понимал, что одно его движение, и гвоздь окажется в его горле.

— Что тебе нужно? — тихо спросил Андрей, обливаясь холодным потом.

— Чтобы ты ответил на мои вопросы.

— Ты думаешь, что я боюсь тебя, Панфиловский? — неожиданно спросил Андрей. Видя в моих глазах удивление, он усмехнулся. Усмешка вышла немного жуткой, но напугать меня он не смог. — Я сразу же догадался, что это ты. Мне просто было интересно, что тебе нужно.

Неизвестно, чего добивался Андрей, но он этого не добился. И, видимо, он это понял, раз лицо его быстро сменило выражение лица с торжествующего на недоумевающее. Увидев это, я криво усмехнулся.

Значит, узнал. Это хорошо, получается, мне не придётся тебе напоминать, кто я по профессии, — сказал я, и улыбнулся, увидев, какой сильный страх появился в глазах Андрея.

Два дня спустя, на границе Пушкинского р-она.

Мамай проснулся от удара о железную стенку кунга. От боли он выругался, потом открыл глаза. И зачем, спрашивается, все равно в грузовике темно, как у негра в известном месте. Он закрыл глаза, и попытался опять уснуть, но ему не дали.

— Михаил, а вы не знаете, куда нас везут? — спросила одна из женщин, сидящая рядом с ним.