Федор Абрамов – Судьба пианистки (страница 9)

– Так, Евгений, проехали этот вопрос! – сказала Анна, употребив понравившееся ей из современного лексикона словечко, после чего продолжила пытать меня дальше:

– Излагайте, пожалуйста, следующий взгляд на любовь!

– А Вам еще не надоело слушать глупые теоретические рассуждения об этом душевном состоянии человека?

– Почему глупые? Все это очень интересно! Просто к этому надо относиться критически.

– Тогда будем обсуждать еще один современный, причем очень интересный, взгляд на любовь. Он популярен в американских и европейских странах. У нас о нем знают мало, хотя, надо признать, что в нем есть много интересного. Авторами его являются аргентинские психологи – Хорхе Букай и Сильвия Салинас. Они написали книгу с броским названием «Любить с открытыми глазами». Книга достаточно объемная, написана профессиональным, но вполне понятным простому читателю языком.

– Я так понимаю, что Вы ее прочитали?

– Да, прочитал, даже два раза. Но я ее не буду сейчас подробно рассматривать, так как для этого потребуется много времени, а остановлюсь только на некоторых, наиболее интересных, на мой взгляд, моментах.

– А Вы с нею согласны? – задала Анна упреждающий вопрос.

– Нет, не согласен, хотя признаю, что в ней есть ряд очень интересных рекомендаций, касающихся взаимоотношений мужчин и женщин. Во всяком случае, в отличие от Фромма, авторы этой книги дают подробные рекомендации по достижению их любви.

– Вы, Евгений, не будучи профессиональным психологом, собираетесь критиковать взгляды этих авторитетных специалистов в данной сфере?

– Я только хочу высказать свою точку зрения на предлагаемую ими либеральную любовь, поскольку являюсь сторонником чувства, данного нам Богом. К тому же я собираюсь высказать свою точку зрения только Вам, Анна.

– Спасибо за доверие. Продолжайте, пожалуйста!

– Эти психологи признают возникновение чувства с первого взгляда, но тоже считают его не любовью, а влюбленностью, которая якобы является психическим расстройством человека, подобным безумию, часто сопровождаемому бредом. Иначе говоря, они полагают, что это болезнь человека. По их мнению, влюбленный человек ведет себя неадекватно, часто вопреки здравому смыслу. В таком состоянии он видит объект своей влюбленности в идеализированном виде не потому, что заблуждается, а потому, что у него якобы ум за разум заходит.

– То есть человек находится в состоянии князя Мышкина? – спросила Анна.

– Да, именно так. Но я, Анна, не вижу четкой грани между любовью и влюбленностью и поэтому считаю последнее состояние человека тоже любовью, только эмоционально очень сильной. Она действительно бывает страстной, чрезвычайно возвышенной, но только не болезнью. Просто у человека в таком состоянии мысли в голове в большей степени сосредоточены на объекте своего чувства, чем на других делах, что вполне объяснимо. Но он не мнит себя Богом или Ангелом, обитающим в небесах. Все гораздо проще и прозаичнее – ему очень хочется постоянно быть рядом с любимым человеком, общаться с ним, ощущать его физически…

Указанные психологи считают, что влюбленность человека очень быстро проходит – буквально через несколько месяцев. По мере знакомства с объектом своей страсти человек начинает замечать, что тот совсем не идеален и имеет, на его взгляд, ряд серьезных недостатков или не устраивающих его черт характера. В результате влюбленность быстро ослабевает и в конце концов как ветром сдувается!

– То есть человек становится абсолютно нормальным, способным трезво оценивать объект своего внимания? – спросила Анна.

– Совершенно верно, Анна.

– И что же делает этот человек потом?

– Потом он либо расстается с объектом своей бывшей влюбленности из-за непреодолимых противоречий, либо начинает «выращивать» в себе любовь, которая считается настоящей.

– А как выглядит эта ситуация в действительности? – спросила Анна.

– В действительности, Анна, все выглядит совсем не так. Да, в процессе встреч пылкая любовь постепенно переходит в спокойную стадию, и человек начинает замечать, что у объекта его чувства есть черты характера, взгляды на жизнь, интересы, привычки и прочее, не соответствующие его взглядам и интересам. Но любовь никуда не исчезает, а только заставляет задуматься над тем, что же надо делать дальше: расстаться или искать пути постепенного сближения за счет сглаживания возможных противоречий. При этом разрыв, как правило, бывает очень болезненным. Я это, Анна, испытал на себе и поэтому говорю со знанием дела. Так что в этом вопросе у меня с этими психологами полное расхождение во взглядах.

– И как же эти психологи рекомендуют «выращивать» такую любовь?

– Они утверждают, что для достижения такой любви требуется приложить титанический труд и много времени. Иногда, утверждают они, для достижения успеха может уйти целая жизнь. В это время пара должна в чем-то идти на компромиссы, уступать друг другу, проявлять терпение, корректировать свои черты характера и даже менять свои убеждения и взгляды на жизнь.

– Так то же самое, наверное, происходит и при нашей, божественной любви? – спросила Анна.

– Совершенно верно. Но, по их мнению, такая притирка может сильно изменить пару. Эти изменения они сравнивают с химической реакцией двух веществ, соединение которых приводит к образованию нового вещества.

– Получается так, что человек, достигший такой любви, может перестать быть похожим на себя прежнего?

– Получается, Анна, именно так!

– А что станет с человеком, если он испытает такую любовь несколько раз в жизни? Так, чего доброго, человек изменится настолько, что его мать родная не узнает, – сказала Анна, улыбаясь.

– Ну, значит, появится новый тип людей, которые будут требовать равных прав с обычными людьми! – сказал я в шутку.

Анна рассмеялась, но потом задала вполне серьезный вопрос:

– Но для «выращивания» такой любви, вероятно, надо, чтобы оба человека хотели ее иметь. А что должен делать человек, если его партнер не желает тратить на это много времени, идти на большие уступки и прочее?

– В этом случае указанные психологи предлагают такой путь решения проблемы: принять человека таким, какой он есть, не пытаться переделать его под себя и делать для него только то, что будет доставлять ему радость.

– Но ведь это значит, что человек, желающий иметь такую любовь, должен отказаться от собственного «я» и стать, можно сказать, рабом, тенью другого человека? Это же ужасно, Евгений! – воскликнула Анна. – Я бы не смогла пойти на такие жертвы!

– И правильно бы сделали, Анна. Человек ни при каких условиях не должен жертвовать собственным достоинством и духовно-нравственными ценностями. Хотя, признаюсь, я близко знал одну семью, где царил матриархат. Муж был мямлей, тюфяком, не способным что-либо делать самостоятельно, вот жена и взяла бразды правления в семейной жизни в свои руки. Если он что-то делал не так, как ей хотелось, то она начинала его воспитывать так, как воспитывают родители нашкодившего ребенка. А он улыбался и тихим голосом говорил: «Ну что ты так разволновалась? Я сейчас все сделаю так, как тебе хочется!» После чего он делал все заново, у них наступал мир и согласие до следующего его прокола.

– В этом случае, вероятно, речь идет о простых бытовых отношениях супругов?

– Совершенно верно! Между прочим, этого супруга совершенно не тяготила участь подкаблучника. Так что в обычной жизни могут быть самые разные пути достижения лада в семье.

Выслушав все эти рассуждения, Анна вдруг сказала:

– Что-то я, Евгений, не могу понять, о какой любви в этой книге идет речь? Разве то, что они выдают за любовь, не является обычной человеческой дружбой между мужчинами и женщинами?

– Браво, Анна! Я пришел точно к такому же выводу, внимательно читая их книгу. То, что они выдают за свою «настоящую любовь», по моему мнению, есть не что иное, как осознанная привязанность мужчин и женщин друг к другу, основанная на каких-то положительных качествах человека: доброте, уме, чуткости, таланте и тому подобное. В жизни встречаются люди, утверждающие, что полюбили человека за… (и перечисляют его положительные качества).

– Тогда возникает вопрос: зачем они обычную дружбу или обожание решили выдать за какую-то новую любовь?

– Ну это, пожалуй, знают только они, а я могу об этом лишь догадываться. Возможно, они, отвергая божественную любовь, решили придумать свою любовь, пригодную для людей, не верящих в Бога, – сказал я в шутку. – Ведь без любви никакие люди жить не могут.

– Получается, Евгений, что они подменяют понятия, то есть выдают дружбу за любовь?

– Совершенно верно, Анна! Они перепутали божий дар с яичницей, – сказал я, улыбаясь. – Но если выбросить из их рассуждений все, что связано с проповедуемой ими «любовью», то можно считать большинство изложенных в книге рекомендаций разумными и полезными для людей. Я бы еще выбросил из их книги два утверждения: что при их «любви» может принципиально меняться внутренний мир человека, и что ради достижения такой «любви» человек может жертвовать человеческим достоинством, собственным «я».

Анна мило посмотрела на меня и сказала:

– Я так поняла, что Вы начисто отвергаете либеральную любовь.

– Да, именно так, Анна! Считаю, что любовь может быть только как дар Божий! А вот дружба, основанная на доброте, уважении друг к другу, честности, преданности, искренности и прочих положительных человеческих качествах, является очень важным фактором, делающим взаимоотношения между супругами комфортными и прочными, что в первую очередь и требуется в семейной жизни. На этот счет есть интересные слова в песне «Дружба»[5]: