Федерико Аксат – Последний шанс (страница 32)
– Нет. Тебе дал ее Роджер. И ты включил ее в свои фантазии, потому что она была слишком важна для тебя, ты не мог ею пренебречь. И это подействовало. Оставалось только понять, что за этим последует, каким образом ты выйдешь из второго цикла. И вот однажды, когда Роджер пришел за тобой, чтобы отвести тебя на ужин, ты сказал, что тебе все известно: мы хотим тебя обмануть и намерены запереть в «Лавендер Мемориэл».
Тед невольно улыбнулся.
– Это даже забавно, – признал он.
Лора тоже улыбнулась:
– Рождер немедленно сообщил мне об этом, и мы решили, что есть возможность соединить фантазию с реальностью. Пришлось использовать кое-какие связи. Главврач этого отделения – мой друг, и я смогла обойти обычную бюрократическую процедуру, не тратя время на подробные объяснения. Мы привезли тебя сюда, и два мира объединились.
Слишком уж похоже на бредовые рассуждения Майка Доусона.
– Подкова сыграла очень важную роль, Тед, и я прошу тебя постоянно носить ее с собой.
– А что будет теперь?
– Ты вырвался из порочного круга, но впереди долгий путь. Мы должны восстановить события последних дней перед больницей, понять, о каких вещах ты предпочел забыть.
Тед помолчал немного, потом сказал:
– Мне бы хотелось видеть то место, где я провел все это время. И твой кабинет.
Доктор Хилл удивилась:
– На видео?
– Нет, вживую.
– Не уверена, что это хорошая идея.
– Мне надо все увидеть собственными глазами.
13
Маркус порвал с Кармен. Наконец-то! Ему стыдно было самому себе признаваться в этом, но на решительный шаг его толкнули слова Лоры о том, что ее отношения с бывшим окончены раз и навсегда. Кармен не подходила Маркусу: никакой секс не мог компенсировать ее раздражающую глупость, ее обиженное молчание, ее упреки. Маркусу становилось все труднее скрывать от Кармен, что она его больше не интересует, но ее, похоже, это не задевало, отчего становилось только хуже. Он объявил ей о разрыве по телефону, и она ответила, что все понимает, просила его не переживать, заверила, что, если он захочет, может позвонить, и они встретятся, чтобы просто приятно провести время; она добавила, что не сердится на него; в конце концов, надо жить и наслаждаться жизнью. Словом, ей было плевать. Прощай, Кармен. То, что Маркусу стукнуло пятьдесят и он не выносил одиночества, еще не означало, что он готов потратить остаток жизни на всяких там Кармен. В шестьдесят – еще куда ни шло.
Первым делом он решил вернуться к забытому было ритуалу воскресного кинопросмотра. У него в гостевой комнате давно был устроен домашний кинотеатр, но Кармен согласилась разделить его увлечение всего один раз. Она уверяла, что в закрытом помещении ей становится нехорошо, и он не стал настаивать. Очередной пункт в списке несовместимых привычек.
Маркус заранее записал две серии своей любимой криминальной драмы «Во все тяжкие», приготовил в микроволновке попкорн, достал из холодильника бутылку пива и с улыбкой до ушей направился в гостевую комнату. В комнате стояло два ряда кресел, по три в каждом. Он сел в середине второго ряда и вытянул ноги. Попкорн и пиво поставил на соседнее кресло, взял с полки позади себя несколько пультов. Один позволял уменьшить освещение, второй – развернуть экран, третий – запустить проектор. Маркус притушил свет до минимума и включил механизм экрана. Белый прямоугольник с успокаивающим жужжанием поехал вниз, но тут у Маркуса зазвонил мобильник.
Его досада улетучилась, когда на определителе он увидел имя Лоры.
– Вот так сюрприз!
– Привет, Маркус.
Она чуть помолчала.
– В «Лавендере» проблемы? – встревоженно спросил Маркус.
– Нет. Я хотела… Ты сейчас сильно занят?
– Я абсолютно свободен.
– Не хочешь со мной пообедать?
Маркусу пришлось взять паузу, чтобы не выдать охватившего его восторга.
– С удовольствием.
– Я хотела обсудить с тобой некоторые аспекты истории болезни пациента Теда Маккея. И пригласить тебя в одну небольшую экспедицию.
– Всегда готов. И уже заинтригован.
– Вот и хорошо. Значит, не обманешь, и наше свидание состоится.
– Так я заеду за тобой через часок?
– Отлично.
Она положила трубку. Маркус еще минут десять сидел, уставившись в пустой экран.
14
Маркус вел машину, и в его голове теснилось множество мыслей. Может, он неправильно истолковал Лорин звонок? Не хотелось бы в очередной раз ошибиться. Лора, разумеется, знала о его чувствах, но не отвечала ему взаимностью – точнее говоря, до сих пор не отвечала взаимностью. Но в последние дни все изменилось. Теперь они оба были свободны.
– Она употребила его в ироническом смысле, – осадил он себя, поймав свой взгляд в зеркале заднего вида. – Ты, надеюсь, это понимаешь?
Точно. Так и есть.
Он подъехал к ее дому еще до полудня. В комнаты Лора его не пустила, сославшись на спешку: им надо быть на месте в два, а пообедать остановятся по дороге. Она чмокнула Маркуса в щеку и пошла к машине, оставив его в дверях. Хорошо еще, что он не явился с букетом и не совершил еще какой-нибудь глупости в том же духе. Но даже его наряд – брюки из белого кашемира, голубая льняная рубаха и вечно модный котелок – выглядел слишком официально на фоне ее потертых джинсов и клетчатой рубашки. Волосы Лора собрала в пучок, макияжа на лице было даже меньше, чем обычно.
Обедали они у Романелли, в ресторанчике с террасой, выходящей на реку Чарльз, по дороге в Ньютонвилл. Лора пока не объяснила, зачем они едут в Ньютонвилл, а он не стал спрашивать. Заказали салат с тунцом. На самом деле первой заказ сделала Лора, а Маркус к ней присоединился, тоскуя по оставшемуся в кинозале попкорну и в то же время напоминая себе, что ему не мешает сбросить с десяток килограммов, набранных за последние два года.
Иногда ему казалось, что рассчитывать на успех у Лоры – с его стороны верх идиотизма. И дело было не в десяти килограммах лишнего веса и не в двенадцати годах разницы в возрасте. От Лоры исходило особое сияние, ее присутствие никого не оставляло равнодушным, чему Маркус был свидетелем каждый день. Кто только не вздыхал в больнице по доктору Хилл! С какой стати она вдруг выберет его?
– Так ты наблюдаешь у Маккея положительную динамику? – спросил Маркус. По дороге к Романелли он пытался заговорить с ней то о том, то о другом, но Лора упорно, как одержимая, возвращалась к этому пациенту.
– Да! Мне столько всего надо тебе рассказать. Я почти уверена, что циклы остались позади. Он начнет вспоминать, дай только время, точно тебе говорю.
– Ты показала ему запись из конторы этого, как его?..
– Линча? Нет еще. Пока рано. Я показала ему записи из его палаты в «Лавендере» и некоторых наших сеансов. Это уже оказалось сильным ударом. Я даже испугалась, что мы снова вернемся к отправной точке. Но нет, он довольно неплохо все перенес.
– Это радует. Ешь, Лора, а то ты даже не притронулась к салату.
Она посмотрела на тарелку с недоумением. Подцепила кусочек тунца и медленно поднесла ко рту.
– Не сердись, Лора, но, по-моему, ты слишком волечена в историю этого пациента.
Она засмеялась и пожала плечами.
– Так и знала, что ты это скажешь, – беспечно заметила она. – Думаю, я могла бы написать об этом целую книгу.
Маркус недоверчиво хмыкнул:
– В самом деле?
Лицо Лоры вдруг сделалось серьезным. Она оглянулась по сторонам и слегка наклонилась вперед.
– Хочешь, признаюсь?
Маркус напрягся.
– Я не впустила тебя к себе не потому, что слишком торопилась. То есть я, конечно, торопилась, но не настолько же! После того как я тебе позвонила, я стала уговаривать себя привести в порядок гостиную, потому что у меня там повсюду разбросаны выписки из истории болезни Теда, фотографии, документы, вырезки из газет. – Лора расхохоталась, как озорная девчонка. – А ну приберись! – приказывала я себе то и дело, но так ничего и не убрала. А тут и ты позвонил в дверь. Я даже переодеться не успела.