Федерико Аксат – Последний шанс (страница 24)

– Оправляться в семь? Но я ссать хочу! В палате нет даже завалящей параши.

Майк засмеялся.

– Чего смешного?

– Ты называешь это палатой, как они. Настоящие палаты по другую сторону зала. А сюда нас сажают, когда мы плохо себя ведем.

Наступила тишина. Из одной из стеклянных камер на Теда робко поглядывал маленький плешивый старикашка. Как только он почувствовал, что его заметили, отступил вглубь.

– Я Тед.

– Добро пожаловать в «Лавендер», Тед. И не волнуйся: я не сделал ничего плохого, просто у меня бывают беспокойные ночи.

– Так тебя здесь не было, когда меня привезли?

– Нет, когда я пришел, ты уже лег спать.

– Ты знаешь доктора Хилл?

Доусон помолчал, обдумывая ответ.

– Да, но она не так часто сюда приходит. Больше бывает в главном здании.

– Сегодня должна прийти.

– Ну, если ты так говоришь…

Тед посмотрел на подкову и, поколебавшись, бросил ее обратно на кровать.

– Что это?

– Ничего. Так, памятная вещица.

– Они здесь бывают очень полезны. Но дам тебе совет: не особо выставляй ее напоказ. Стоит народу с той стороны понять, что она тебе дорога, как они ею заинтересуются. Так здесь все устроено. Потеряешь ее – больше не найдешь, поверь мне. Если они в чем и преуспели, так это в том, чтобы открывать чужие тайники. – Майк Доусон приставил палец к виску и покрутил им.

– Учту. Хотя это не важно: вряд ли мне придется познакомиться с народом с той стороны. Я сегодня же выйду отсюда.

Майк встал. Потянулся, стоя рядом с кроватью, расставил руки и ноги, прогнулся назад, зевнул и подошел к стеклу. Лампочка ярче осветила его лицо, и теперь он и вправду стал похож на того, кого Тед видел ночью сквозь дремоту.

– Никто не решает сам, когда выйти отсюда, Тед, – сказал он серьезно.

5

Ровно в семь пришли двое санитаров. Двери открылись, и под ошарашенным взглядом Теда группа пациентов в молчании направилась куда-то по коридору. Тед колотил в стекло и требовал объяснений, которых так и не получил. Соседи по отделению разглядывали его с интересом, в том числе лысый старичок, который единственный из всех шел скованный по рукам и ногам цепями. Доусон едва заметно кивнул Теду на прощание.

Тед остался один. Возможно, им только и надо, чтобы он колотил в стекло и орал как одержимый. Он сел на кровать и нашарил среди сбитых простыней подкову. Ожидание с переполненным мочевым пузырем казалось вечным, но он сдержался и кричать больше не стал.

К тому времени, когда наконец явился санитар, Тед потерял терпение и снова завалился на кровать.

– Доброе утро.

Тед привстал.

– Ты кто такой?

– Меня зовут Алекс Макманус. Я за тебя отвечаю, пока ты в отделении С. Мне надо задать тебе один вопрос, Тед: нам вот это понадобится?

Санитар поднял и показал Теду кандалы с цепями.

– Где доктор Хилл?

– Просила передать, что придет поговорить с тобой позднее.

– Позднее – это когда?

– Не знаю.

Тед подошел к самому стеклу и зашептал:

– Творится что-то неладное, Алекс. Тебя ведь Алекс зовут, ты сказал? Не пойму, что происходит. За мной пришли и притащили сюда без моего согласия. Жена с дочерьми сегодня возвращаются из поездки. Мне надо выйти отсюда.

Макманус наклонился и положил цепи на пол. Он набрал на панели рядом с дверью какие-то цифры, а потом воспользовался ключом, висевшим у него на поясе. В конце коридора послышался голос, и санитар мотнул в ту сторону головой. Дверь открылась.

– Доктор Хилл поговорит с тобой сегодня, скорее всего, после обеда.

– Надо раньше… – начал было Тед.

– Погоди, – перебил его Макманус. – Не препирайся, когда тебе что-то говорят. Это без толку. Будет только хуже. Сейчас пойдем приводить тебя в порядок, а потом отправишься к остальным. Через несколько часов доктор Хилл придет к тебе, и ты сможешь спросить ее обо всем, о чем пожелаешь. Не трать время на споры со мной.

Тед кивнул.

Они вместе проследовали до конца коридора и оказались перед закрытой дверью, которую Макманус отпер ключом, повернувшись к Теду спиной. Вошли в общий зал. Из мебели здесь имелось: выключенный телевизор, несколько столов и стеллажи, заставленные книгами и надписанными коробками. Из четырех окон в помещение лился дневной свет. Стоящие на подоконниках комнатные растения придавали ему уют.

– А где все?

Макманус глянул на Теда с любопытством.

– Завтракают.

Тед пристально смотрел на одну из книжных полок.

– Я кое-что забыл в палате, – сказал он вдруг с явным беспокойством.

– Не волнуйся, до твоего прихода оно никуда не денется.

Тед вспомнил слова Майка Доусона о том, как легко пропадают в «Лавендере» вещи.

Тед и Макманус зашли в душ. Их встретил санитар в зеленой форменной робе, выдавший Теду полотенце и смену белья. Макманус сел на деревянную лавку, с которой мог видеть Теда поверх перегородок.

– Тебе обязательно следовать за мной по пятам?

Макманус пожал плечами.

Тед не торопясь разделся, аккуратно сложил одежду, оставил ее на деревянной скамье рядом с чистой, вошел в душевую кабину и открыл кран. Температура была в самый раз.

– Роджер работает с тобой? – спросил Тед, подставляя под горячую струю лицо.

– Да, думаю, он придет позже.

– Он несколько дней шпионил за мной.

Макманус промолчал. Тед намыливал себе грудь и говорил, не глядя на санитара:

– Ты ведь не знал об этом?

– О чем конкретно?

– О том, что он ходил за мной. Я его дважды засек. Думаю, он и дома у меня побывал.

Ответа опять не последовало.

– Просто это повод для иска, – продолжал Тед. – Мои адвокаты будут в восторге. Я свои права знаю, и мне известно, что притащить меня сюда, накачав наркотиками, против моей воли – серьезное нарушение закона. Если я согласился дождаться доктора Хилл, то только затем, чтобы она прямо сказала мне, по какой причине она сделала то, что сделала. Ты мне ничего не скажешь?

– Да что же я тебе скажу? Мне просто велели, чтобы я присмотрел за тобой в первые часы. Ничего личного. Мы со всеми пациентами так делаем.

– Я не пациент.

– Ну хорошо. Мы так делаем со всеми, кто поступает в отделение. Некоторым нелегко адаптироваться. Новые лица, непривычная обстановка… Они как будто в незнакомую вселенную попадают. Сейчас пойдем завтракать, и ты сможешь познакомиться со своими товарищами.