Фаусто Грин – Книжные черви. Том 2 (страница 29)

Первым удар по хребту почувствовал Чацкий, который от боли просто откатился в сторону. После чего Печорин увидел, как какая-то тень с длинной чёрной палкой подскочила к Базарову ударила того под колени так, что тот упал на землю. Тень тут же метнулась к самому Печорину. Сейчас Григорий видел, как что-то движется к нему зигзагами. Гриша резко выхватил пистолет и выпустил три пули по тени. Бесполезно. Искуситель отпрыгнул на несколько шагов назад, увидел, как палка летит прямо в его голову, поставил защиту, отскочил, разменялся ударами с существом… Тень явно была проворнее. Печорину только и оставалось что отступать и защищаться. Но он не зря был искусным фехтовальщиком, в скорости противники были почти равны. Тень орудовала металлическим посохом, нанося удары с разных сторон, отпрыгивая и вновь появляясь.

Печорин видел, что чёрная аура скрывает под собой человека, но лица его разглядеть он не мог. Нужно было сокращать дистанцию.

Григорий принял очередную защиту, скрипя зубами от тяжести ударов, подставил вторую руку, пересилив тень, наконец-то смог контратаковать. Звон металла разнёсся по всей округе, теперь Григорий пытался выловить руку противника, чтобы ударить в неё, а не в посох.

Чацкий поднабрался немного сил и вновь отдал приказ:

– Стоять!

На тень это не подействовало.

Теперь у Базарова в глазах всё троилось. Мысли со скрежетом появлялись в голове. Обрывочно. Ангелы все истекали кровью. Эта тварь появилась, потому что они истекали кровью.

– Прыгайте в канал, быстро, в канал! – пытаясь подняться, крикнул Базаров.

Чацкий хотел было усомниться, что плавать в начале февраля в питерских каналах – хорошая идея, но Базаров что-то знал.

Печорин успел увидеть, как двое его друзей прыгают в воду. Вновь отбил удары нападающего и побежал. Тень кинулась за Печориным, примериваясь своим посохом, точно копьём, чтобы кинуть тому в спину, но между ними прыгнула Элен.

– Не стоит. У них и так будет много проблем, – сказала она.

Кровь с троицы смылась, и больше не было новой крови на земле.

Тень стукнула посохом по земле, и тот мгновенно превратился в небольшую элегантную трость.

– Сам доберёшься? – заботливо поинтересовалась Элен.

– Я живу здесь недалеко. Уж как-нибудь, – ответствовала Тень.

– Камеры выключил?

– Естественно.

Троица выплыла из реки Монастырки и лежала теперь, трясясь от холода, на земле.

– Ребят, вы что, моржи? – спросил какой-то неравнодушный петербуржец.

– Не, дядь, идиоты просто: реку решили по льду перейти! – отозвался Печорин.

– Действительно, придурки, – кивнул им заботливый горожанин.

Базаров вышел на улицу в поисках ближайшего каршеринга. Нужно было добраться до дома, а после… Как на зло, программа не давала ему взять машину в аренду, пока он не завершит аренду разбитого автомобиля…

Когда Чичиков увидел на пороге своего дома всех троих, мокрых и трясущихся от холода, он буквально побежал ставить чайник, разжигать камин и наполнять горячую ванну.

Вещи друзья сбрасывали на ходу. Чичиков не спрашивал ничего, просто выкидывал из шкафа на диван махровые полотенца, свитера и тёплые штаны. Григория первым отправили в ванную, потому что из всех троих он ещё точно не восстановился. Чацкий рухнул в кровать Павла и накрылся всеми возможными одеялами. Базаров пошёл на кухню, обнял чайник и просидел так с минуту.

– Мне звонить в скорую или ещё куда? – довольно-таки меланхолично поинтересовался Чичиков.

– Не надо, – мотнул головой Базаров. – Я сам – скорая. Обморожение мы получить, вроде, не успели, а остальное не страшно.

Григорий сидел в ванне и всё пытался вспомнить того незнакомца. Он никогда не видел его у Барыни. Вероятно, Непримиримые действительно не доверяли ему и использовали в качестве пешки. Или же это была часть спектакля. Очень хорошего спектакля.

Глава 22

В один из вечеров Онегин добрался до квартиры Остапа. Судя по бардаку, коробкам от пиццы и китайской лапши и пустым бутылкам от пепси, Остап несколько дней был занят чем-то важным.

– Внезапный гость, хорошо, что навестил, – проговорил Бендер, пропуская Онегина в квартиру.

– Ну и помойка… – невольно прошептал Евгений вместо приветствия.

– Я всё слышу, – сказал Бендер. – Не до уборок было.

Когда Онегин вошёл в комнату, он увидел на полу большой аквариум, внутри которого лежала маленькая веточка. К аквариуму Бендер прицепил несколько камер GoPro. Изображение от них передавалось на монитор компьютера Остапа.

– Что это? – изумлённо поинтересовался Онегин.

– Это мои опасения, Женя, – мрачно сказал Бендер. – Могу поклясться чем угодно, что я видел, как эта веточка шевелилась!

– Ты уже сказал остальным?

– Пока нет. Я позвал тебя, чтобы мы вместе понаблюдали. Может быть, я головой поехал, господа присяжные заседатели…

– Это же кусок от Вия? – уточнил Евгений.

– Да, зацепился за мою куртку. Я решил сохранить на всякий случай. А потом обнаружил, что эта штука сама взяла и свалилась со стола.

– Подожди, но, может быть, ты сам случайно задел стол, – неуверенно предположил Онегин. Уж очень ему не хотелось верить в то, что с таким трудом убитый Вий может возродиться из одной крошечной веточки.

– Может быть! Да всё может быть, Женя! Но может быть так, что мы его не убили. Или убили не до конца…

Онегин кинулся к аквариуму и принялся рассматривать ветку со всех сторон.

– Но как? Мы извлекли из него камни. Он не должен больше существовать… – растерянно бормотал Евгений.

– А ты думаешь, что это наличие камня внутри делает тебя живым? – совсем отстранённо спросил Остап. И задумался.

– Что? – не понял Онегин. – Я говорю о том, что камни подпитывали его.

– А в нас такие камни тоже есть? – побледнел Бендер, будто разговаривая сам с собой. А затем бросился к телефону.

Остап не на шутку перепугался. Он решил, что, возможно, они не могут найти остатки ожерелья, потому что внутри них самих есть жемчужины, которые связывают их с телами. Как на зло, Бендер очень давно не был у врачей. И никто не мог сказать ему об этой аномалии. Первым делом он принялся звонить Базарову, но тот не отвечал.

– Подожди панику нагонять! – сказал Онегин. – Что, если камни внутри просто усиливают нас? Вы вообще проводили какое-нибудь исследование, касающееся действий жемчужин?

– Проводили. Муму рассказывала, что Барыня использовала жемчужины, чтобы вернуть себе молодость. Усилены ли мы, никто не знает. Ну, МРТ жемчуг не выявлял. Вроде как.

– Послушай, но какое это имеет отношение к этой ветке?

– А такое. Что, если мы грохнули только часть Вия? Ту часть, которая существовала, потому что в ней были камни. А сам Вий всё ещё здесь. Мы слишком легко с ним справились.

– Он не успел открыть глаза. Возможно, дело в этом, – пожал плечами Онегин. – Я не почувствовал большой разницы в сражении с ним в ангаре и в канализации.

– Но ты особо и не дрался с ним. – Остап нервничал. – В любом случае, если эта ветка опять пошевелится, всё будет очевидно.

Онегин сел в кресло и стал грустно уплетать холодную пиццу.

– Сколько ты не спал? – неожиданно спросил Евгений.

– Пару дней. Я боюсь, что эта хрень что-нибудь вытворит, – пожаловался Бендер.

– Почему никого не позвал?

– Я иногда устаю от компаний и веселья, – сказал Остап. У него на языке вертелась просьба, но Онегин опередил его.

– Раз я такой бездельник, хочешь, чтобы я покараулил, пока ты спишь?

Великий комбинатор кивнул.

– У меня, знаешь ли, имеется ПТСР. Я боюсь засыпать, когда рядом есть что-то, от чего ожидаешь западла.

– Укладывайся. Я покараулю, – сказал Онегин.

Остап рухнул на диван, подмял под себя подушку и накрылся пледом.

– А он здесь? – вдруг спросил Онегин, вспомнив, про то, что в «12 стульях» Бендера пытались убить, пока тот спал.

– На тот момент, когда Марго работала на Непримиримых, она не видела Ипполита. Я очень надеюсь, что его и не призывали. Хотя логично, что, мне в пику, должны были кого-то призвать, – пробормотал Остап и отключился.