Fallenfromgrace – Прибытие. Первый контакт (страница 33)

— А если не соглашусь я? — Диорн скрестил руки на груди.

— Тогда получишь вместо добавки к сознанию труп текущего носителя, — прищурилась я.

— Ты не можешь указывать мне, что делать, — спокойно встретил мои слова Диорн. — По нашим законам полукровки бесправны и, даже не получив их разрешения, мы можем делать с ними все, что потребуется. Захотим — пустим тебя на опыты, чтобы узнать, что же в тебе такого, что Май именно на тебя клюнул, захотим — расщепим на молекулы, не выходя из кабинета.

— Так же, как и ту глыбу с пояса астеридов? — ухмыльнулась я. — Май сказал, вы научились управлять черными дырами.

— Антигравитация покажется тебе сказкой на ночь после того, как испытаешь на себе прелесть сращивания тела с неорганическим веществом, поверь мне, — говоря это, Диорн совершенно не шутил. Я никогда не была паникершей, но его проникновенная речь заставила меня поежиться и ощутить, как ноги в туфлях начинают усиленно потеть.

— Невероятно, — не удержался от комментария Артурчик, поглядывая на нас с Диорном с изумлением. — До чего высокая сопротивляемость!

— Ты уверен, что в ней только половина лейнианской крови? — задумчиво поинтересовался Диорн у Преображенского. Тот невозмутимо пожал плечами.

— Проверка всегда была вотчиной целителей. Я руководствуюсь лишь личными наблюдениями. Целителей, насколько я знаю, вы оставили на орбитальной станции.

— А ничего, что вы меня обсуждаете так, словно я сама нахожусь в другом месте? — не выдержал объект наблюдений постороннего диалога.

— Что ж, Лей, — внезапно Диорн сменил гнев на милость, — ты имела честь наблюдать тестирование своего сознания на невосприимчивость к влиянию лейнианцев. И, надо сказать, прошла его блестяще.

— Что, камерой стращать перестанете? — недоверчиво спросила я.

— Нет, — Диорн покачал головой. — Все, что я сказал тебе в отношении полукровок, является правдой. Но ты ведь уже и так подготовилась к процедуре, да? — он с пониманием и победной улыбкой посмотрел на меня. — Зная Мая, я больше, чем уверен, что он ненавязчиво направлял тебя к этой мысли. Передай ему — потом, когда останешься одна — что мы постараемся обеспечить тебе все условия по комфортности пребывания на шаттле до того момента, пока не окажемся на орбитальной станции. Рекреационная камера находится именно там. Время, которое ты проведешь перед путешествием, будет посвящено анализам. Здесь все уже предупреждены. Александр отвезет тебя домой, чтобы собрать необходимые вещи. Мы, конечно, можем обеспечить тебя полностью, но стоит все же захватить то, без чего ты сможешь почувствовать себя неуютно в незнакомой обстановке. Таковое имеется?

Почему — то вспомнился махровый халат из квартиры Преображенского, но я сдержалась, чтобы не рассказать о нем вслух.

— Я правильно понимаю, что сейчас поступаю в ваше полное распоряжение?

— Именно, — подтвердил мои слова Диорн. — Генерал Панкратов, если что, дал согласие на эксплуатацию твоего тела в наших интересах.

Стало тошно. Из — за того, что этот человек распинался в кабинете директора о долге и патриотизме, не следовало ничего иного, кроме как попытки обелить свою совесть. Все они с легкостью отказались от одного — единственного человека, только чтобы не стать жертвами безумия более развитой расы. Я знала, что и сама не поступлю по — другому, но вот так, за спиной, давать слово насчет моей дальнейшей судьбы, а мне в глаза петь песенки о нашем несчастливом будущем…

— Мне нужно будет собрать вещи в отделе.

— Александр подождет тебя у машины, — коротко ответил мне Диорн. — Вопросы?

— Майдиорн — что означает это имя? — на автомате спросила я.

— «Теплое сердце во время бури», — ответил Диорн.

— Значит, ты — буря? — напряженно посмотрела на него я. — Буду иметь это в виду.

— Надеюсь, тебе недолго придется держать в памяти этот факт, — снисходительно отозвался пришелец. — Не смею больше задерживать.

Преображенский отделился от окна, на ходу кивая мне и как бы подтверждая встречу на улице, и вышел из кабинета. Я тоже со стула поднялась, последовав за ним. В приемной кадров царило убийственное молчание. На четырех нимф Преображенского я внимания не обратила, слишком уж была поглощена полученной от Диорна информацией. Зато несказанно обрадовалась дежурившему на подоконнике Олежке.

— Панкратов начал лить воду в уши, — объяснил начальник свое отсутствие у директора. — Я в туалет вышел.

Открытая улыбка шефа послужила спусковым крючком для освобождения моей напряженности. Я просто подошла и уткнулась лбом в его плечо.

— Простите, Олег Евгеньевич, — тут же покаялась я, — накатило внезапно. Сейчас успокоюсь.

— Оставь субординацию для отдела, — осадил меня Олежка. — Что там сказали — то? Преображенский какой — то загруженный вышел.

— Он у них вроде проститутки на выгуле, — со вздохом призналась я. — Все ведутся на его обаяние, и таким образом он проверяет наличие нечеловеческой крови. Я выдала себя тем, что не поддалась на провокацию. Теперь они настаивают на расщеплении наших с Маем сознаний. Принудительном. Ваш генерал уже дал свое согласие, несмотря на то, что говорил до этого.

Начальник смачно выругался.

— За ним всегда тянулся плохой душок…

— С точки зрения безопасности государства он прав — даже я понимаю это. Меня сегодня забирают, Олег Евгеньевич.

— Куда? — шеф отстранил меня. Вид у него сделался донельзя тревожным.

— Сначала на модуль, потом доставят на орбитальную станцию. Прибор, который должен вынуть Мая из меня, находится именно там.

— Ох, Лейка… — нахмурился Олег Евгеньевич.

— Я и сама давно уже мечтаю расстаться с соседом, — вымученно улыбнулась я. — Боюсь только, как бабушка отреагирует, если все плачевно закончится.

— О баб Зое не беспокойся. Я с ней поговорю, если что. Но пока лучше не заставляй ее волноваться. Кто знает, чем обернется твое путешествие. Надо верить в лучшее.

— Вы правы, — кисло улыбнулась я. — Мне вещи забрать надо, Преображенский отвезет меня к кораблю.

— Пошли, провожу — мало ли, приставать начнут с расспросами.

Гробовая тишина информационного отдела показалась мне зловещей. Не слышно было даже привычного клацанья Виталика по клавиатуре. Все сотрудники гипнотизировали входную дверь в ожидании нашего с Олежкой возвращения.

— Работать! — авторитетно заявил шеф, появляясь на пороге и заводя меня внутрь, и все будто очнулись от долгого сна. — Удачи тебе, — похлопав меня по спине, Олежка направился в свой кабинет. Мне показалось, что он сразу как — то сгорбился и уменьшился в размерах. Легче от этого не стало.

— Лейка! — зашептала Наташка, стоило мне подойти к вешалке и снять оттуда плащ. — Что случилось?!

— Лей уходит на больничный, — с нажимом произнес начальник, давая понять, что дальнейшие разговоры на эту тему нежелательны. Я благодарно взглянула на него, сменив обувь на уличную, подхватила сумку и, одевшись, помахала всем на прощание. Кто знает, возможно, сейчас я видела своих в последний раз…

Преображенский ждал у белого внедорожника, всем видом излучая терпение и спокойствие. Меня охватили противоречивые чувства: с одной стороны, искреннее восхищение от его способности вести себя, как ни в чем не бывало, в любой ситуации, с другой — ощущение приближающегося конца. Ведь так, наверное, в какие — нибудь древние времена палачи ожидали своих жертв перед тем, как затянуть на их шее веревку…

— Что из необходимого тебе нужно взять с собой, чтобы чувствовать себя на корабле комфортно?

— А у вас там есть мягкие кровати или все по — спартански аскетично? — невесело пошутила я.

— Если хочешь, можно захватить даже кровать, — невозмутимо отозвался мужчина — робот, так что мне сразу же захотелось ударить его чем — нибудь тяжелым.

— Ты издеваешься или на полном серьезе предлагаешь?

— Ты о кровати или о чем — то другом? — невинно улыбнулся кадровик, и я против воли почувствовала смущение и злость оттого, что он все еще в состоянии напоминать об особых отношениях между нами. Хотя, может, это мне просто показалось?..

— Я не могу жить без моего большого плюшевого мишки, — съязвила я. — А вдруг гроза случится? Я очень плохо сплю в грозу! Просто непередаваемо плохо!

— Значит, едем к тебе домой, — на этот раз уголки его губ поднимались мягко и медленно, мне даже показалось, он рад такому стечению обстоятельств.

То, что адреса он не спрашивал, меня не удивило. В конце концов, во вторник меня уже отвозили по этому маршруту. Закралась еще мысль о том, что заблаговременно за мной могла быть установлена слежка, но я отмела ее: не было повода, да и жертва, то есть я, от преследователей не укрывалась. В общем, мотор завелся, когда я селя рядом с водителем, машина тронулась, и Преображенский плавно направился в сторону проспекта.

Однако, к моему удивлению, поехали мы не к центру города, через который пролегала дорога к дому, а в совершенно противоположном направлении — туда, где находился сначала парк, а потом нетронутый лесной массив с выездом к реке.

— Ты не туда повернул, амиго, — я подозрительно покосилась на кадровика.

— Небольшая остановка на природе не повредит, — уверенно заявил мой спутник. — Ты выпустишь пар и поедешь домой уже спокойной.

— Я спокойна, — с нажимом заявила я.

— Я заметил. Могла бы испепелять взглядом — от Диорна бы ничего не оставила.