Fallenfromgrace – Прибытие. Первый контакт (страница 16)
— Обижаешь, дорогая! — я готова была биться об заклад, что Наташка притворно надула губы. — Они, конечно, совсем как люди, у одного я даже животик приличный рассмотрела, но ты для меня как семья! А уж с такими знакомыми и подавно!
— А вы не против, если я спрошу у Лей ваш номер, Натали? — Денис заулыбался еще шире, и подруга, кажется, впала в очередной ступор.
— Ну я…я даже не знаю…. — сделала вид, что смутилась, наконец — то пришедшая в себя дамочка из Ильинска. — Я вроде как не совсем свободна…
— А я по голосу слышу, что вы, скорее всего, только меня и ждали, — хитро переглянувшись со мной, продолжил умасливать мою блондинку друг.
— Ну, если только в далекой перспективе… — как бы нехотя согласилась она, но я — то понимала: Наташка теперь вытянет из меня любую информацию о Денисе! Так что поставила себе галочку насчет того, чтобы забрать с собой в Ильинск самые отвязные детские фото. Так сказать, чтоб во всей красе некоторых увидеть.
— Считайте меня поручителем перспективы, — закатив глаза к небу, я решила исполнить роль связующего звена.
— Заметано! — слишком бодро для человека, сомневающегося в своих решениях, отозвалась Наташка.
Мы еще немного поговорили, она рассказала последние сплетни, не забыв упомянуть двух аполлонокрасавчиков Суперменыча и Артура, но на этом я уже спикерфон отключила, продолжив в режиме приватной беседы. Краем глаза наблюдая за пришельцами, только вздыхала. В самом деле, что могла одна простая я?
Две недели пролетели незаметно. Мы встречались с Денисом, когда он был свободен от командировочной работы, проводили вечера с баб Зоей, чем несказанно радовали ее, ну и, конечно, отслеживали деятельность лейнианцев относительно нашего государства. Они и правда были совершенно неотличимы от людей. Порой я даже ловила себя на мысли, что отождествляю их с землянами. И только вечно вежливое выражение лица и заготовленные улыбки селили холод в душе. Холод, которого я начинала бояться. Вспоминались слова Мая о чистом разуме. Я тревожилась, что смогу попасться одному из таких существ, которые не ведают мук совести.
А потом в субботу Денис отвез меня домой. Телефон Наташки я, конечно, оставила, а он загадочно улыбнулся и сказал, что, когда позвонит, она уже будет свободна. Тепло попрощавшись с ним и пожелав удачной последней недели в Будоражинске, я не спеша пошла к родному подъезду.
Квартира встретила меня тишиной и покоем. Пусть отпуск и прошел под аналогичным знаменем, оказаться именно дома было приятно по — особенному. Бросив рюкзак в прихожей, первым делом решила смыть с себя дневную пыль. Освежающий душ занял около сорока минут. Выключив воду, не стала спешить с одеванием, позволив себе слегка отжать волосы и убрать лишнюю влагу с тела. В голову пришла одна интересная мысль…
— Май?
Сосед откликнулся с неохотой.
«Что?»
— Ты все время говорил, что меня вычислят в любом случае. То есть, получается, Диорну ты необходим настолько, что без тебя он практически не сможет существовать. Еще ты говорил, что являешься биотехнологом — я имею в виду совокупность ваших сознаний, Майдиорна. А еще…я видела Диорна во время того недолгого видео с планеты Лей, которое показывали, я думаю, по всему миру и на всех доступных языках. Ты ничего не хочешь мне сказать?
«В данный момент — нет», — но сквозь железное спокойствие я все — таки страх оказаться обнаруженным почуяла. Так что перешла к тяжелой артиллерии.
— А если вот так? — с этими словами я отправилась из ванной в комнату, оборудованную под спальню. Ничего особенного: кровать, тумбочка с небольшим ночником, шкаф — купе во всю стену. И зеркало от потолка до пола на одной из его дверей. Мой небольшой каприз во время переезда от бабули…
Кто — то на заднем плане тяжело сглотнул.
«Это запрещенный прием, Лей…»
— Да ну? — делано удивилась я, искушающе улыбаясь, и запрокинула руки назад, скручивая волосы в тугой узел. Капли воды с длинных вьющихся локонов, освобождающих плечи, устремились к ключицам, а затем перешли на грудь.
«Прекрати меня провоцировать! Я начинаю плохо соображать…»
— Постой — ка, — словно не замечая протестов изнутри, прищурилась я, все также разглядывая собственное обнаженное отражение. — Ты ведь, считай, бестелесный дух — какое тебе дело до моих прелестей? Да и потом, посмотри, — я почти натурально расстроилась, — второй размер — это далеко не предел мужских мечтаний, — я пальцем указала на два высших образования. Волосы снова упали на плечи. — Тут и вовсе торчат ребра, — в то время как руки медленно опускались от груди к пупку, а я якобы задумчиво оценивала виды, злорадно слушала, как скулил внутри самоуверенный сосед, думающий, что ему в этом мире все нипочем. — Ну а тут…открою тебе страшную тайну, Май: ты очень вовремя вселился в мое тело, когда еще можно разглядеть интимную стрижку. Я иногда грешу и забываю о ней…
«Хватит!» — взмолился, кажется, совершенно взмокший, несмотря на отсутствие физических реакций, сосед.
— Что — хватит? — торжествующе улыбнулась я. — Ты ведь еще не все увидел, Майчик. У меня еще столько всего интересного…
«Я расскажу тебе все, что хочешь, только, пожалуйста, накинь что — нибудь, Лей!»
Коротко усмехнувшись, я повернулась к зеркалу спиной и направилась к приготовленному заранее банному халату, лежащему на постели. Когда наклонялась, чтобы достать его, намеренно бросила взгляд в зеркало, чтобы позволить некоторым оценить другие мои ракурсы, и ожидаемо услышала сдавленное проклятие. Развеселившись окончательно, завернулась в махровое одеяние и уселась по — турецки на кровати:
— Так лучше?
«Гораздо!» — облегченно вздохнули где — то внутри.
— Итак, я жду объяснений, — напомнила я о цели своего небольшого демарша.
«Ну что ж, Лей, так и быть. Так вот, я — один из Двенадцати…»
— Двенадцати? — переспросила я. — Ты что, у них там вроде божества?
«Двенадцать — это число, ставшее символом нашего выживания. Двенадцать направлений науки, техники, политики и общественной жизни стали, в итоге, гарантом процветания нашей страдающей от солнечной активности планеты. Двенадцать ученых мужей занимают высшие посты нашей власти — они и приветствовали землян на том видео, что показывали в кинотеатре».
— Погоди — погоди! — сообразила я. — Получается, ты, биотехнолог, один из правящей верхушки?
«Да, — со вздохом признался Май. — Наше объединенное сознание — Майдиорн Ардрейн — является главой биотехнологического крыла. Наряду с этим существует еще одиннадцать ведущих направлений в развитии планеты: медицина, экономика, управление, космология, строительство, образование, энергетика, природопользование, юриспруденция, машиностроение и оборона. Тот мужчина, который говорил о нашем родстве, — представитель целительского крыла, его глава Август Лей. И, возможно, твой ближайший родственник».
— Возможно? — я уловила сомнение в голосе Мая.
«Я не обладаю всей полнотой сведений, но его дочерью ты никак не можешь быть».
— Никак?
«Это…сложно объяснить, но нет, Лей», — и чувствовалось ну очень большое нежелание общаться на эту тему.
— Ну, хорошо, — позволила я уйти от ответа сидящему внутри пройдохе. — Ты поэтому так долго мялся с ответами на вопросы? Не ожидал, что царственная часть сознания угодит в обыкновенную землянку? Думал, я шантажировать тебя начну?
«Да нет же, Лей… — мне показалось, Май даже обиделся немного. — Просто носить в себе сознание одного из Двенадцати — это…ответственность и обязанности, которых в итоге может оказаться намного больше, чем прав. И я очень боялся, что ты меня возненавидишь за это».
— Такое ощущение, что ты меня уже со счетов списал.
«Я…боюсь Диорна».
— Понятно, — вздохнула я тяжко. — Но влияние — то на него ты хоть небольшое способен оказать?
«Безусловно», — вот сейчас соседский голос звучал убедительно. Хоть что — то…
— Тогда договоримся так, дорогой: ты оказываешь это свое влияние на вторую половину, когда я окажусь в лапах ваших мясников. Нет, сейчас молчи, — я прервала поток готовых сорваться с языка Мая слов, — в таких вопросах меня еще не подводила интуиция. Я не буду чинить никаких препятствий нашему расставанию — естественно, когда попаду в поле их зрения, но никак не раньше (сама не пойду, и не проси) — но взамен мне нужна твоя защита. Обещай, что мне, по крайней мере, попытаются сохранить жизнь. И не сделают ничего такого, что бы шло вразрез с нашей конвенцией по правам человека. Ты знаешь, я не зверь и не настолько жестока, чтобы нарушать природу вашего сознания, так что всегда соглашусь на сотрудничество — но мне нужны гарантии, Май.
«Твои требования вполне обоснованны, Лей. Я сделаю все от меня зависящее».
— Все зависящее — это слишком мало, Май. Сделай все. Абсолютно все.
В воскресенье зашла Наташка. Главной причиной, конечно, было мое возвращение: она притащила бутылку шампанского и целый мешок закуски, половину из которой мы в процессе оприходовали. Второй причиной был доверительный разговор о начинающихся отношениях с «Артурчиком». Оказывается, Наташку теперь утром и вечером отвозили домой на «мечте каждой женщины», как она называла какой — то большой черный внедорожник, названия которого я, как ни пыталась, так и не смогла запомнить. Несмотря на обходительность кавалера, Наталью как девушку образованную и воспитанную смущало то обстоятельство, что безопасник, не извинившись и не сообщив причины, мог внезапно сорваться с места и покинуть ее. Если дело происходило в ресторане, оплату, конечно, он успевал оставить, и на следующее утро даже рассыпался в извинениях и просьбах о прощении, но… Некоторая безалаберность, которой, на мой взгляд, Наташка пыталась завуалировано объяснить откровенное пренебрежение потенциальной дамой сердца, останавливало ее, не давая каким — нибудь вечером пригласить мужчину на чашечку, например, утреннего чая. Так что две недели активных встреч оборачивались для Артурчика полным динамо в постели. Нет, судя по тому, что говорила об этом «маче» Натка, у меня возникла одна мысль, где, как и с кем тот может спустить накопившееся напряжение, но подругу расстраивать не хотелось, тем более что я должна была, подобно ей, верить в лучшие человеческие качества. Но тут я, к своему прискорбию, отличалась удивительным снобизмом: безопасник — он и в Африке безопасник, что с него возьмешь? А Натка пусть пока полетает на крыльях любви. Ей очень идет счастье.