Фалько – Доспех духа. Том 11 (страница 3)

Я сначала не понял, зачем Мгуапе решил заехать в бедный квартал города. Думал, что хотел нам его показать, но на одном из перекрёстков его ждал всё тот же человек, что и встречал нас вчера у музея. Бывший генерал почти двадцать минут о чём-то с ним говорил и выглядел при этом темнее тучи. Затем забрал потрёпанную кожаную папку и вернулся к машине, попросив Алана пересесть за руль.

Алан и без навигатора легко провёл нас по улицам обратно на главную автомагистраль, и мы помчались на юго-восток.

– Что пишут? – нетерпеливо спросил я.

– Здесь численность войск, переброшенных через границу Демократического Конго в Анголу, – сказал Мгуапе, изучая бумаги. – Много… Loups Gris…

Произнёс он это с акцентом и прозвучало почти как «Лю Гри»

– Частная армия? – уточнил я, вспомнив ЧВК из Франции. Мы с ними прежде не пересекались, но название было на слуху.

– Пару тысяч человек с оружием и техникой, – подтвердил Алан. – Сборная солянка со всей Европы. Пушечное мясо, которое можно быстро нанять за относительно небольшие деньги. Хуже них только португальские Мясники.

Я слышал, что это бывшие наёмники, сменившие вывеску из-за того, что фирма слишком разрослась и содержать её стало накладно. Кто-то говорил, что в их составе очень мало чернокожих выходцев из Африки, зато много бойцов из Прибалтики и Польши, перебравшихся на запад в поисках лучшей жизни.

– А что само Конго? – спросил Алан.

– Их интересует только нефть, – сказал Мгуапе, убрав бумаги и принявшись изучать карту.

– Кабинда? Понятно.

– А мне не очень, – вставил я.

– Кабинда – это часть Анголы, окружённая территорией Демократического Конго, – пояснил он. – И там добывают нефть. Бо́льшая часть дохода всей страны идёт от её продажи.

– Эксклав, – сказала Сабина, на что Алан кивнул.

– Там идёт своя борьба за независимость, поддерживаемая Демократическим Конго. Если вспыхнет война, мало никому не покажется. Вся центральная часть Африки будет полыхать. Поэтому никто не хочет её начинать, опасаясь последствий. И кто-то планирует втянуть в это дело Национальный союз освобождения Анголы.

– Видимо, так, – кивнул Мгуапе.

– Жахнет на побережье, а мы едем вглубь континента, так что на наши планы это не повлияет, разве что на восток поедем через Замбию. Лишние четыре сотни километров.

Я посмотрел на одного, затем на другого. Учитывая новости, выглядели они на удивление спокойными. Мгуапе даже хмуриться перестал, глядя вперёд решительно. Он же раньше возглавлял упомянутый союз и бежал, когда внутри начался раскол. Может, не хотел во всём этом участвовать, а может, его и не звали, решив просто убрать. Если они были так спокойны, то я тоже не видел смысла волноваться. Подсел ближе к Сабине, улыбнулся, поймав её взгляд, взял за руку. Жалко, что через всю страну мы поедем в тесном минивэне, а не на нашем автобусе. Чёрт с ним, с лишним вниманием, привык я в последнее время к комфортным поездкам.

Почти шесть часов мы ехали по хорошей дороге, любуясь прекрасными видами с обилием зелени. По пути нам попадалось много маленьких деревушек, с домами, вылепленными из глины и палок, но была и пара городков, где люди жили немного богаче. В разгар дня дорога почти не загружена, время от времени навстречу проносились грузовики с товарами. А ещё было много людей, кто шёл вдоль дорог, неся что-то в руках. Несколько раз мы останавливались, чтобы заправиться или размять ноги. Везде нас встречали с любопытством и доброжелательностью. За первую часть пути мы не увидели ни одного вооружённого человека. Я уже подумал, что всё обойдётся, но ближе к вечеру, когда миновали второй крупный город, не став в нём задерживаться, на пути нам попалось несколько военных грузовиков. У одного что-то случилось с колесом, и небольшая колонна остановилась на обочине. В каждом грузовике около двадцати чернокожих солдат в зелёном камуфляже и с оружием. Нас они провожали заинтересованными взглядами, которые мне не понравились.

Ещё через полчаса пути нам навстречу выехала длинная вереница военных грузовиков и бронемашин, растянувшаяся едва ли не на километр. Пришлось встать на обочине, дожидаясь, пока они проедут мимо. Мгуапе логично предположил, что это правительственные войска перебрасывают с востока страны на запад, чтобы не прозевать вторжение со стороны Демократического Конго. Нам это было только на руку, так как чем меньше войск было на востоке, тем спокойнее. Надо сказать, что не одни мы застряли. Перед нами стояло ещё несколько легковых автомобилей и две фуры с выцветшими логотипами на ткани полуприцепа. В одной из легковушек я заметил несколько европейцев, скорее всего, туристов, пытающихся тайком снять всё на сотовый телефон.

Если ориентироваться по карте, то мы проехали почти шестьсот километров и оставалось около четырёх сотен. Небольшой рывок, тем более по хорошей дороге, но темнеть в Анголе начинало уже в шесть часов, и к половине восьмого вечера наступала ночь. Поэтому мы остановились в ближайшем городке на сотню домов, где нашлась придорожная гостиница. В соседние номера с нами заселились туристы из СГА, двое мужчин и женщина, путешествующие по странам Африки в поисках приключений. В Анголе они уже посетили знаменитый водопад, оставшись в полном восторге от увиденного. Следующим по плану у них шло посещение национального парка и заповедника, а затем дорога на юг. Мы их предупредили, что сейчас в Анголе неспокойно, на что они только посмеялись. Говорили, что у них исключительно положительные впечатления от поездки и гостеприимства местных. Непуганые туристы. Я едва сдержался, чтобы не посоветовать им посетить праздник смерти в столице Нигерии. Впечатлений им бы хватило на всю оставшуюся жизнь, конечно, если они этот праздник смогли бы пережить.

Ночь прошла спокойно, нам удалось прекрасно выспаться, а утром неспешно и вкусно позавтракать, пока Мгуапе проводил разведку и узнавал, что происходит в округе. Затем мы долго ехали на восток, мимо бедных деревушек. Местные дети, играющие на улице, бежали за нами следом, что-то весело кричали и махали руками. Неплохая поездка получилась через всю страну. К полудню тучки на небе разбежались, появилось солнышко и стало совсем хорошо. В мелькающем за окном пейзаже добавилось много ярких красок, особенно зелёных и жёлтых, тесно соседствующих друг с другом.

Конечной точкой нашего пробега в тысячу километров был Сауримо, большой город с населением под двести тысяч человек. Рядом с ним проходила железная дорога, имелся свой аэропорт, принимающий среднего размера самолёты. Большая часть жизни города была связана с добычей алмазов и крупнейшим в стране рудником. Сауримо даже называли алмазной столицей Анголы. Помимо прочего, он использовался и как перевалочный пункт для продовольствия и товаров, идущих в отдалённые и труднодоступные города региона. Поэтому главную трассу, проходящую с запада на восток, старались поддерживать в хорошем состоянии. И часть тех самых фур, которые мы обгоняли по пути, шли сюда.

Когда до города оставалось совсем немного, мы стали свидетелями неприятной картины. Посреди двухполосной дороги стояла фура с прицепом, а рядом два лёгких бронеавтомобиля в камуфляжной раскраске. Встали так, что не объедешь. Пара вооружённых мужчин в пятнистой зелёной форме выкидывали из прицепа коробки, скорее всего, с продуктами, а ещё один грузил их в бронемашины. Вторая группа, с автоматами наперевес крутилась у кабины. Стоило подъехать ближе, чтобы увидеть легковые машины, стоявшие за грузовиком. Пара военных как раз стаскивала тела убитых в неглубокую яму у дороги. Я сначала принял вооружённых людей за наёмников, так как это были исключительно европейцы с хорошей экипировкой и бельгийскими винтовками FN SCAR. Вот только наёмники в этой части Африки не работают и подобные бронемашины не используют. Скорее всего, это были бойцы упомянутой ЧВК.

Нас давно заметили, разворачивая крупнокалиберный пулемёт на первой из бронемашин. Старший из группы лениво поднял руку, приказывая остановиться. Он был мастером, о чём говорили нашивки на плече, рядом с шевроном, изображающем серую волчью голову и три стилизованные буквы «LLG».

– Я не стану сдерживаться, – сказал Мгуапе, ехавший за рулём, обернулся, посмотрев на нас.

– Как считаешь нужным, – я поднял руки, показывая, что вмешиваться не собираюсь. Подсел ближе к Сабине.

– Зачем они это делают? – шепнула она мне, имею в виду ЧВК.

– Да кто их знает, – я слегка поморщился. – Может, внимание местных властей хотят привлечь. Стянут сюда армию, пока остальные будут воевать на побережье. Чем больше хаоса по всей стране, тем легче им будет своих целей добиться. За это и не люблю ЧВК.

Мгуапе остановил минивэн напротив бронемашины, как раз под дулом крупнокалиберного пулемёта. Но вряд ли в нас сейчас видели угрозу, скорее просто пугали. Алан осторожно достал несколько больших гвоздей, опуская ниже стекло двери. Я и не заметил, когда он успел обзавестись подобным оружием. Может, в строительный магазин заглянул, пока мы с Сабиной гуляли по набережной?

Увидев туристов, бойцы ЧВК расслабились, кто-то даже заулыбался, теряя бдительность и позволяя Мгуапе свободно выйти из машины. Я силу не использовал, поставив только кинетическое поле вокруг нашей машины, отголоски которого и почувствовал слабенький мастер. Он заволновался, но сделать ничего не успел, так как от Мгуапе полыхнуло тяжёлой энергией, сковывая всех, кто был слабее мастера второй ступени. Чёрный Лев ведь не кинетик, но при этом лёгкий бронированный вездеход качнулся, а та часть, где сидел стрелок, с громким скрипом смялась, разбивая окна. Для того чтобы разобраться с группой бойцов ЧВК его одного хватило с запасом. Если бы в своё время Мгуапе усердно тренировался, чем чёрт не шутит, может, смог бы подняться на ступеньку великого мастера.