Эйвери Килан – Офсайд (страница 7)

– О, ничего. Обычная грязная болтовня «Соколов», – отмахнулась я.

– Так он играет? – спросила Ноэль, вытягивая шею, чтобы увидеть, как Чейз исчезает в толпе. Она знала о хоккейном мире только самое основное и только благодаря дружбе со мной.

– Ага. – Я наконец осушила свой стакан. – Он – враг.

– Какой горячий враг.

– Я бы на нем покаталась, – кивнула Зара.

– Нет, – отозвалась я. – Он – придурок.

В этот момент на мой телефон пришло оповещение от «Боковой линии» – сайта сплетен о спортсменах нашего колледжа. Если вокруг ходили какие‐то слухи, этот паблик их обязательно освещал. Начиная с того, кто якобы употреблял допинг, и заканчивая тем, кто только что заполучил выгодный контракт.

Я подписалась на их рассылку из‐за страха, что в один прекрасный день появится сплетня, в которой будет замешано мое имя. Учитывая наш с Люком разрыв, это вполне могло оказаться правдой. Дрожащими руками я открыла уведомление и прикусила губу, ожидая, пока загрузится страница.

Боковая линия

Уже пережил расставание? Кто же из новоиспеченных холостяков-«Бульдогов» был замечен сегодня вечером на афтепати в объятиях новой пассии? Интересно, что думает его бывшая о том, что 86‐й нашел ей замену всего‐то за один уик‐энд?

Сердцебиение грохотало у меня в ушах, я крепче вцепилась в телефон. Люк играл под восемьдесят шестым номером. Не то чтобы мне нужны были подсказки: из «Бульдогов» только он совсем недавно расстался с девушкой.

И уже нашел себе другую.

Даже не постеснявшись.

Но с кем же он мог провести этот вечер? И тут до меня дошло… Софи. Софи Криер. С самого начала семестра я с подозрением относилась к тому, что они засиживались допоздна, якобы «работая над проектом своей маркетинговой группы». Когда же я рассказала о своем беспокойстве Люку, он выставил меня ревнивой дурочкой. Но это все объясняло – даже его неожиданное решение расстаться.

– Бейли? – позвала Зара. – Земля вызывает Бейли.

Я так пристально смотрела на экран, что изображение начало расплываться перед глазами.

– Подождите.

Желание все отрицать было пленительным, как зов сирены. Возможно, это неправда. Возможно, «Боковая линия» выдумала эту историю, ведь раньше подобное уже случалось. Это всего лишь фейковая новость… верно? Люк бы никогда так со мной не поступил. По крайней мере, снова.

Я сделала снимок экрана и тут же отправила его Люку.

На экране отобразились три серые точки. Потом они пропали. Потом появились снова. И в очередной раз исчезли. Пятью минутами позже, когда я уже была на танцполе с девчонками, мой телефон завибрировал.

Значит, что все было именно так, как мне и казалось.

В эту игру могли играть двое. Но сначала – мне нужно было еще выпить.

Глава 5

Ага, давай назовем это так

Ничего не поменялось – я все еще ненавидел клубы. До сих пор я был не в восторге от этого «ИксЭс». Вокруг было тесно и душно, а диджей – полный отстой. Пиво тоже оказалось слишком дорогим. Пятнадцать баксов за бутылку местного? А не пойти бы им в задницу?

Конечно, я был здесь, потому что мы разгромили «Бульдогов» всухую. Воспоминания о матче слегка поднимали настроение. Выражения на лицах Каллингвудцев, когда они покидали лед, были бесценны. Неудачники.

Но единственной интересной вещью, что случилась с тех пор, как мы сюда приехали, была встреча с той разъяренной блондинкой из их колледжа. С ней ничего не вышло, но я без труда нашел другие варианты. И наступил момент ими воспользоваться, поскольку я был слишком трезв для этого места.

– Ты так прекрасно играл этим вечером, – хлопая ресницами, сказала сидящая рядом со мной низкая брюнетка. Звали ее Морган. Или Меган. Я не расслышал из‐за громкой музыки, да и не особо старался.

– Так ты хоккейная фанатка? – спросил я.

Я был уверен, что она не имела с хоккеем ничего общего. Скорее всего, она и на арене не была. Но я действительно был сегодня на коне, так что она не ошиблась.

– Обожаю хоккей, – кивнула брюнетка.

– Сегодняшний матч был напряженным, да? Но мы вели по числу дополнительных подач, – сказал я. – Нам светило поражение, пока мы не сделали тот последний тачдаун.

– Точно, – состроила она грустное личико. – Я так рада, что вы победили.

Вот видите. Она ничего не знала о хоккее.

А потом люди называют меня поверхностным.

Она расправила плечи и выпятила грудь, чтобы привлечь внимание к пышному декольте, стиснутому кружевным лифом платья.

– Не хочешь пойти в более тихое место?

На ней было слишком много косметики, которая позже, скорее всего, размажется по моим простыням. Но она была достаточно привлекательной, и, похоже, умела проявить энтузиазм в постели. Так почему нет?

– Да, только подожди минутку.

Я оглянулся через ее плечо в поисках Далласа и Тайлера, но так и не смог найти их в толпе. Неважно, я собирался уехать либо с ними, либо один.

Морган или Меган пробежалась по моей руке длинными, заостренными ногтями, покрытыми красным лаком.

– Конечно.

Руки у нее были чересчур холодными. Оставалось только надеяться, что они согреются до того, как доберутся до моих причиндалов.

Прежде, чем я успел открыть рот и что‐то сказать, на мою вторую руку опустилась чья‐то теплая и мягкая ладонь.

– Вот ты где, – раздался голос сладкий, словно мед.

Я посмотрел налево и обнаружил ту, что мне не удалось соблазнить ранее. Длинные волосы с янтарными отблесками, россыпь веснушек на носу и глаза такого сумасшедшего то ли зеленого, то ли карего цвета, что я даже не смог бы описать.

Каллингвуд.

Когда мы встретились взглядом, девушка наклонила голову.

– Я везде тебя ищу. – Она заправила за ухо прядь карамельных волос и одарила меня такой улыбкой, словно мы были давними знакомыми, а не встретились только что.

Морган отступила в сторону и, нахмурившись, опустила руку.

– Это твоя девушка?

– Ага, давай назовем это так, – улыбнулась Каллингвуд, прогоняя Морган прочь, словно та была надоедливым животным. Она возвышалась над брюнеткой на добрых шесть дюймов, отчего последняя выглядела еще более оскорбленной.

– Серьезно? – злобно посмотрела на меня Морган. – Ну ты и придурок. Удачи тебе с ним, дорогуша.

Брюнетка фыркнула и, развернувшись на шпильках, исчезла в толпе.

Вот тебе и другие варианты.

– Э, привет? – нахмурившись, я повернулся к Каллингвуду.

Что за чертовщина? Она что, вернулась, чтобы не позволить мне найти себе компанию на ночь?

Я не был уверен, передумала ли она или просто отчаянно желала убедиться, что сегодня вечером я поеду домой один.

Ничуть не смущенная моим «теплым» приемом, девушка жестом подозвала своих друзей.

– Зара, Ноэль, вы помните Картера? То есть Чейза. Чейз, знакомься, это Зара и Ноэль. Уверена, у тебя найдутся симпатичные друзья, которым ты сможешь их представить.

Найдутся. Мои друзья с удовольствием познакомятся с тремя красавицами. Зара была фигуристой, с длинными рыжевато‐каштановыми волосами, что почти доходили до талии. А Ноэль – слегка худощавой, но с приятным золотистым загаром и аккуратно уложенным темным каре. Объективно, обе девушки были очень привлекательными, но Каллингвуд выглядела куда горячее.

– Конечно, – ответил я, не сводя с нее взгляда. – Спасибо, что представила остальных, но я все еще не знаю твоего имени.

Я был отчасти раздражен, отчасти заинтригован и всецело надеялся заполучить ее. Мне нравился брошенный вызов. Так что я просто не мог успокоиться.

Зара рассмеялась, взъерошив свои длинные каштановые волосы.

– Не знаю, почему сегодня она сама таинственность. Ее зовут Бейли.

Бейли. Я не помнил никого с таким именем. И мучился догадками: почему она казалась мне такой знакомой?