Эйвери Килан – Офсайд (страница 9)

– Ладно.

Она семенила следом, пока мы не достигли угла улицы, где я нажал на кнопку светофора. Пока мы ждали сигнала, вдали слышалась какофония автомобильных гудков и сирен. Загорелся зеленый человечек, и я первым ступил на проезжую часть.

– Подожди, – подняла руку Бейли. Она прикрыла глаза и громко сглотнула. Все еще застыв на месте, она сделала глубокий вдох и медленно, сквозь сжатые губы выдохнула.

Прошу, скажите, что ее не тошнило.

Я вернулся на тротуар.

– Так сколько, говоришь, ты выпила?

Бейли открыла свои большие ореховые глаза. Ее невероятно длинные ресницы затрепетали, когда она моргнула и попыталась сфокусировать взгляд на мне.

– Не знаю, – пожала она плечами, а потом нахмурилась. – Два коктейля с водкой и газировкой и два шота текилы. Хотя нет, три шота. Но третий был другим. Малибу, вроде…

– Судя по всему, ты нечасто пьешь? – спросил я.

– С чего ты взял?

– Просто догадался.

– Не очень часто, – признала она. – Мне исполнился двадцать один только вчера.

Что означало, что Моррисон бросил ее в ее же день рождения. Неудивительно, что она так напилась. Классный ход, придурок. Не то чтобы меня это удивляло.

Мы продолжили медленно идти, а Бейли прилагала максимум усилий, чтобы оставаться в вертикальном положении. Замечательно. С такой скоростью мы сумели бы пройти один квартал за час. Внезапно начал накрапывать легкий дождик. Не слишком сильный, чтобы мы промокли, но достаточный, чтобы одежда начала липнуть к телу.

– Нужно доставить тебя домой, – я достал телефон, чтобы заказать такси. – Какой у тебя адрес?

– Краснокирпичное здание на… – Бейли резко остановилась, прикрыв рот рукой. Она отвернулась, и ее вырвало под высокую зеленую изгородь. Я засунул телефон обратно в карман, не зная, стоит ли помочь ей или наоборот – не мешать. Прежде чем я успел что‐либо сделать, Бейли выпрямилась и вытерла рот тыльной стороной ладони.

– Парк‐лейн триста три, – закончила она, слегка пошатываясь. – Возле южного кампуса.

Судя по тому, как она качалась, будто плыла на лодке, я готов был поспорить, что этот приступ тошноты был не последним.

– Давай‐ка присядем на секундочку, – я подвел Бейли к низкой деревянной скамейке, что стояла под деревьями и была частично укрыта от дождя. Как только Бейли села, тут же перегнулась через край, чтобы снова опустошить желудок. Меня охватило сочувствие: я пару раз напивался до подобного состояния, и это было ужасно.

– Вот, – я пододвинулся и приподнял ее длинные светлые волосы.

Она прохныкала что‐то, похожее на «спасибо», но из‐за рвотных позывов разобрать было трудно.

На углу показалась громкая компания пьяных людей. Когда они подошли ближе, я наклонился, чтобы загородить от их взгляда Бейли, создать для нее хоть какое‐то подобие уединения. Хотя навряд ли она могла почувствовать себя в безопасности.

– Ты… – я замолчал, позволяя ей перевести дух. – Ты как?

Обычно этот вопрос задавали мне. Оказывается, наблюдать за подобным со стороны было не менее ужасно.

– Думаю, в порядке, – пробормотала Бейли, и я помог ей подняться на ноги.

Убедившись, что она обрела равновесие, я отпустил ее, но Бейли тут же споткнулась. Поэтому мне пришлось приобнять ее за талию.

– Хочешь, чтобы я позвонил твоему брату?

Бейли выпучила глаза.

– Нет, он выйдет из себя, если увидит меня в таком состоянии. Еще и с тобой.

Вполне резонно.

Бейли порылась в своей крошечной черной сумочке и достала упаковку салфеток и жевательную резинку. Протерев лицо, она разжевала одну подушечку, даже не предложив мне вторую, что было, скорее всего, к лучшему, потому что при новом приступе рвоты жвачка пригодилась бы ей самой.

Пока мы медленно спускались по второй улице, дождь разошелся не на шутку. Ее дом находился в двадцати минутах езды. Она не продержалась бы в машине так долго, не опорожнив остатки выпитого. Но я не сомневался: если мы не ускорим шаг, то промокнем насквозь.

– Пойдем, – сказал я, утягивая ее в совсем другом направлении. Мой дом был в пяти минутах отсюда. Другого выбора у нас не оставалось. По крайней мере, пока ее не перестанет тошнить.

А потом? Я не мог просто посадить ее в машину в таком состоянии. Провожать Бейли до кампуса тоже было не очень разумно. Учитывая, что этим вечером мы разгромили Каллингвуд, там точно нашлись бы пьяные разъяренные фанаты «Бульдогов», а мне нужно было оставаться в рабочей форме.

– Куда пойдем?

– Ты же попросила увезти тебя из клуба. Вот я и увожу. К себе.

– Ох, – нахмурилась Бейли. – Верно. – Она немного помолчала. – Тогда у нас будет секс?

– Я предпочитаю более трезвых партнерш, способных на утро вспомнить о нашем знакомстве, – сухо ответил я.

– Все со мной в порядке, я просто… – Бейли остановилась и схватила меня за руку. Ее снова стошнило, но на этот раз она отвернулась недостаточно быстро: промахнулась мимо кустов и слегка забрызгала мои ботинки. Должно быть, один из выпитых ею шотов был голубым. Как мило.

– Ага, – сказал я. – Теперь точно не в порядке.

– Я все еще могу прийти в себя.

– Слушай, – повернул я Бейли к себе лицом. Она, слегка надув губки, невинно посмотрела на меня. Каким‐то немыслимым образом эта девушка все еще была невероятно горяча. – Этой ночью секса не случится ни при каких обстоятельствах.

В любую другую ночь все могло сложиться иначе. Не знаю, почему, но даже после того, как я видел Бейли блюющей на обочине, я подкатил бы к ней снова. И заполучил бы. Сверху, сзади, как хотите.

– Но ты же спишь с любой, у кого есть титьки.

– Ну, это не совсем…

Бейли надула губы еще сильнее.

– Я что, недостаточно красивая для тебя? Кажется, раньше ты был другого мнения.

– Ты очень красивая, – ответил я, еле сдерживая улыбку. – К тому же, я не говорил «никогда». Я сказал «не сегодня». Не в таком состоянии. Когда мы переспим – если мы переспим – ты это запомнишь.

– Хм, а ты горяч, – Бейли мечтательно вздохнула и провела руками по моему торсу, исследуя скрывающиеся под футболкой мышцы.

Мой член дернулся в ответ, но, к сожалению, сегодня ночью в его услугах не нуждались.

– Как жаль, что ты такой придурок, – она потеряла равновесие и начала заваливаться на бок.

Я схватил Бейли за талию, чтобы не позволить упасть с бордюра. Мимо со свистом пронеслась машина.

– Как жаль, что ты такая грубиянка.

– Скорее, честная.

– Ты всегда говоришь то, что думаешь, или дело в выпивке?

Она рассмеялась, закинув голову назад.

– Понятия не имею. – В следующее мгновение выражение ее лица стало серьезным, пытливым. Не сводя с меня ярких глаз, она спросила: – Ты и правда так хорош, как все говорят?

– Ты же видела, как я играю, – пожал я плечами.

– Я не о том, – понизила она голос до театрального шепота. – Я имею в виду – в постели.

Она точно знала, как задеть мужское самолюбие. Жаль, что именно эта часть сегодня пошла не по плану.

– Ах, полагаю, тебе придется выяснить это самостоятельно в любой другой день.

Наша поздняя прогулка, приправленная совершенно бесстыдным флиртом, заняла еще долгих двадцать минут. Когда впереди показался дом, который я делил с Далласом и Тайлером, мы остановились перевести дух.

– Ого, шикарное местечко, – оценила Бейли, осматривая алебастровую громаду современного особняка. – Каким образом ты за него платишь? Состоятельная семья?

Что‐то вроде того, но за дом платил не я. Семья Далласа была чертовски богата. Отсюда и такое шикарное жилище. Я осторожно провел Бейли по трем ступенькам, ведущим к входной двери.

– Можно и так сказать.