Эйми Картер – Божественные истории (страница 4)

Я коснулась сломанного крыла, собираясь исцелить его. Кости легко встали на место, и птенец выпрямился. Казалось, он не мог поверить, что крыло снова в порядке, ‒ он продолжал прижимать его к себе, пока расправлял второе, будто бы готовясь взлететь. Но вместо полёта остался сидеть на моей ладони и наклонил голову вбок, чирикнув мне ещё раз.

Несмотря на разбитое сердце, я улыбнулась.

‒ Ты снова можешь летать. Тебе не обязательно оставаться со мной.

Он перепрыгнул с моей ладони на кончики пальцев и, наконец, распростёр оба крыла. Когда он взлетел, я ощутила уже знакомую боль в груди, и это только вызвало новую волну слёз. Рано или поздно меня покидают все.

Но пока я думала об этом, нечто лёгкое, как пёрышко, коснулось моего плеча, и птенец защебетал у меня под ухом. Я вытерла щёки.

‒ Ты вернулся, ‒ заплаканным голосом произнесла я.

Новое щебетание, и потом он зацепил клювиком прядку моих волос. Я выдавила слабую улыбку.

‒ На твоём месте я бы не стала кушать волосы. Давай найдём тебе какие-нибудь зёрнышки.

Мы с птенцом провели вместе остаток дня, гуляя по лесу вокруг озера, пока я пыталась выбрать ему новый дом. Но как бы я ни вглядывалась, среди многочисленных веток так и не увидела ни одного гнезда. Он же совсем ещё малыш и не мог жить сам по себе, но не было слышно ни его мамы, ни других птенцов. Видимо, его всё-таки бросили.

‒ Мы с тобой не такие уж разные, ‒ сказала я, держа его на указательном пальце. Мы сидели на камне, греясь в лучах послеполуденного солнца. ‒ Я тоже сама по себе.

Он вопросительно чирикнул, будто понимал слова. Хотя может и понимал.

‒ Мой брат… мой друг… он тоже меня бросил, ‒ глупо разговаривать с птицей, изливать ей душу, но у меня больше никого не было. ‒ Он обещал прийти ко мне, но уже прошёл год. Не так много для бессмертных, хотя ты наверняка считаешь иначе, но всё равно больно.

Рядом зашелестели листья, птенец перепрыгнул с одного моего пальца на другой. Он прекрасно знал, что может летать, но оставался. И осознание этого исцеляло моё сердце. Ну хоть кто-то выбрал остаться со мной.

‒ Мой брат ‒ другой брат ‒ хочет жениться на мне, ‒ рассказала я. Птенец снова наклонил голову, и я улыбнулась. ‒ Он повелитель неба ‒ твой король, даже если ты об этом не знаешь. Знаешь, поначалу я не верила, что он справится. Никто не верил, но он доказал всем, что мы ошибались, и от этого мне только хуже. Ты когда-нибудь хотел быть нужным кому-то настолько сильно, что тебе казалось, будто твоё сердце вот-вот разорвётся?

Он посеменил по моей руке и взобрался на плечо. Я предложила ему палец, но он остался на месте.

‒ Конечно, нет. Но моему брату Зевсу я нужна всего лишь как украшение. Чтобы выглядеть сильнее. Он не видит настоящую меня… Он не любит меня. Его интересует только моя сила. И даже если я согласилась бы выйти за него, он никогда не был бы мне верен. Он не считал бы меня равной и требовал бы, чтобы я преклоняла колени перед ним. Это не та жизнь, о которой я мечтала.

Новое щебетание, и птенец трётся своим маленьким телом об изгиб моей шеи.

‒ Я хочу жить в равенстве и взаимном уважении. Как партнёры. Я хочу, чтобы меня любили такой, какая я есть, а не за ту пользу, которую могу принести. Мне нужен тот, кто будет держать свои обещания. Кто не будет видеть во мне приз, который нужно завоевать, ‒ я вздохнула, рассматривая узор на камне. ‒ Я хочу стать счастливой.

Внезапно он улетел, исчезнув среди деревьев. Моё сердце подскочило. Я встала, готовая последовать за ним. Он не мог просто бросить меня. Я собиралась взять его с собой на Олимп, подарить бессмертие, чтобы он всегда был рядом…

Но он не вернулся. Лес ни на секунду не затихал: шорох листьев, плеск воды и множество других звуков сливались в природную гармонию. Я напряжённо прислушивалась, пытаясь различить щебет. Но безуспешно.

Всхлипнув, я села обратно на нагретый солнцем камень. Так вот какой будет моя жизнь. Постоянное одиночество, тоска по тому, чего у меня никогда не будет, и все, кого я полюблю, будут бросать меня. Сначала была моя мать, затем Аид и вот теперь этот птенец, которого я едва знала, но чьё исчезновение ранило столь же сильно, как напоминание уже пережитой боли.

Я спрятала лицо в ладонях и, позабыв о всякой гордости, разрыдалась. Из-за жизни, которой у меня никогда не будет. Из-за тысячелетий, которым не будет конца. Из-за надежды, которую у меня забирали снова и снова, пока не осталось ничего.

‒ Гера?

Я подавила всхлип, резко замолчав. Голос прозвучал слишком приглушённо, чтобы сразу его узнать, но он определённо был мужским. Один из моих братьев. Аид?

Ветка хрустнула, я мигом подскочила. Нет времени смыть слёзы в озере. Из леса ко мне приближалась фигура, поначалу скрытая в тени. Но как только он вышел на свет, я не могла не узнать его.

Зевс. Ну разумеется. Ничто никогда не бывает так, как хочу я.

‒ Что тебе надо? ‒ я села обратно на камень и притянула колени к груди.

Я ожидала услышать остроумный ответ ‒ какую-нибудь шутку типа: «Не плачь, я пришёл озарить твой день». Вместо этого он опустился на колени в нескольких шагах от меня, и краем глаза я увидела на его лице беспокойство. Искренняя или нет, мне его жалость не нужна.

‒ Прости меня, ‒ его слова прозвучали тяжело, будто он тщательно обдумывал каждое, перед тем как произнести. ‒ Не только за то, как я поступил с тобой, но и за то, что думал о тебе. Отец… ‒ Зевс поколебался. ‒ Отец был плохим образцом, но, боюсь, я перенял от него отношение к нашей матери. Ты заслуживаешь лучшего, и она заслуживала тоже, и за это я прошу прощения.

Я закрываю глаза. Он может извиняться сколько захочет. Это ничего не изменит.

‒ Ты лучшая из нас, Гера, ‒ тихо произнёс он. ‒ Самая сильная, самая умная и, конечно же, самая достойная. А ещё… ты самая прекрасная девушка, которую я знаю. Не только внешне, но и внутри.

Наглая ложь, и мы оба это знаем. Гестия ‒ самая добрая и ласковая из нас, а Деметра самая спокойная. У меня же есть сила. И гордость. Я не готова довольствоваться малым.

Признаю, его слова всё равно не оставили меня равнодушной ‒ маленький оазис посреди пустыни моей жизни. И всё же я не спешила их принимать.

‒ Я люблю тебя, ‒ Зевс положил ладонь мне на плечо, как это сделал Аид в тот вечер, когда мы победили в войне. ‒ Не как украшение. Не как приз. Я вижу тебя настоящую и люблю такой, какая ты есть.

Я отпрянула от него.

‒ Ты следил за мной?

‒ Просто хотел убедиться, что ты в порядке. После сегодняшнего собрания я беспокоился, что ты…

‒ Ты не имел права, ‒ разозлившись, я попыталась уйти. ‒ Это был личный разговор.

‒ Гера, ‒ повелительный тон в его голосе так напомнил нашего отца, что я не смогла не остановиться и не развернуться к нему. На месте Зевса оказался мой птенец, подлетел ко мне и за секунду вновь сменил облик. Зевс стоял в шаге от меня. ‒ Я готов стать для тебя кем захочешь. Ради тебя.

Масштабы его обмана поразили меня, я дала ему пощёчину.

‒ Мне плевать, кем ты готов стать. Для меня ты навсегда останешься вором, укравшим моё законное место и обманом выведавшим мои тайны.

‒ Это и мои тайны тоже, ‒ Зевс взял меня за руку с такой нежностью, какой я от него не ожидала. Я выдернула ладонь, и его лицо дрогнуло. ‒ Прошу, Гера… Мне одиноко. Мне тяжело. Я всего лишь хочу разделить с кем-то свою жизнь. Не подчинить, как титаны. А обрести супругу, равную мне во всех отношениях.

Я замотала головой. Он просто повторяет слова, которые я так необдуманно озвучила ему. Я не позволю ему найти лазейку к моему сердцу.

‒ Ты лжёшь. Ты никогда не будешь мне верен, а я не согласна на меньшее.

‒ Значит, ты это получишь. Другие женщины… даже близко не сравнятся с тобой, а мне нужна только ты. Только ты одна. Я твой, Гера, и всегда буду твоим, сколько бы ни сменялись времена года. Я готов на всё, чтобы доказать тебе серьёзность своих намерений.

‒ Тогда отдай мне своё царство, ‒ выпалила я, не подумав. Но это была самая верная проверка: если Зевс любит меня так сильно, как заявляет на словах, тогда почему бы не поставить на чашу весов то, что ему дороже всего?

Я ожидала сомнений. Думала, он начнёт торговаться. Вместо этого он просто кивнул и, солнце нам свидетель, опустился на колено.

‒ Моё царство ‒ твоё царство. Ты будешь моей королевой, а я твоим королём. Мы будем править вместе, как партнёры, как равные, независимо от того, выйдешь ты за меня или нет. Каким бы ни был твой выбор, отныне будет так.

Я молча уставилась на него. Он же это не серьёзно? Не знаю, что за игру он ведёт, но я для него всего лишь пешка, способ развлечься, забив на важные дела.

Но, справедливости ради должна заметить, что он был хорошим правителем всё это время. Он уже отнюдь не тот мальчишка, что вёл нас на войну. За год с того момента, как мы одержали победу, он возмужал, и теперь я горжусь тем, что он мой брат, пускай мне и неприятно в этом признаваться даже самой себе.

‒ Я никогда не склонюсь перед тобой, ‒ предупредила я.

‒ Поэтому на коленях стою я.

‒ Я не потерплю любовниц.

‒ Мне нужна только ты.

‒ Я требую постоянного уважения и честности.

‒ Отныне и навсегда.

Его голос был нежен и полон надежды, тёплый взгляд растопил лёд вокруг моего сердца, и я всё-таки позволила себе расслабиться. Не полностью, но достаточно, чтобы дышать.