Эйлин Рей – Сердце Эрии (страница 77)
А потом она резко вскинула руку к моему горлу, и окровавленные пальцы сомкнулись на Сердце Эрии. Под ее натиском цепочка впилась в мою шею и, оцарапав кожу, лопнула. Я испуганно ахнула, уставившись на алый кристалл в черной руке: осколок оставался спокоен, будто не замечал чужого прикосновения.
– Так просто… – с придыханием прошептала шинда. Алый свет Сердца играл в отражении ее глаз, но вдруг ее взгляд неожиданно ожесточился и вонзился в меня раскаленными копьями. – И так долго! Все могло закончиться гораздо раньше, не вздумай ты побегать по Дархэльму. Он и без того ждет слишком давно!
Она резко взмахнула рукой. Тыльная сторона ладони врезалась в мою щеку. От удара я потеряла равновесие и упала, проехав раненой ладонью по шершавому полу – боль в очередной раз пронзила руку, и горячие слезы брызнули из глаз. Из прокушенной губы выступила кровь.
Эскаэль едко усмехнулась.
Она шагнула с края бассейна – уплотнившаяся Тьма выстроила под ее ногами ступеньки, – который оказался неглубоким: бортики едва достигали бедер шинда. К этому моменту дым уже перестал перебирать кости и спокойно парил над собранным скелетом; изредка его непроницаемая черная поверхность исходила рябью подобно озерной глади. Эскаэль прошла вперед, и Тьма отпрянула к углам, демонстрируя свое творение: скелет отдаленно походил на человеческий и в точности повторял существо с мозаики на стенах – четыре длинные руки и по-звериному заостренный череп с тремя глазницами.
«Алесса», – мягкий голос Эспера разбил стеклянные стены, которые сомкнулись вокруг моего разума от близости шинда.
Зверь уже был рядом. Я ощущала тугую ломоту в собственном теле, слышала, как ломаются кости тамиру и растягивается шкура. Еще немного – и он придет на помощь. Еще немного – и когти исполинского волка разорвут грудную клетку Эскаэль и вырвут ее прокл
В горле застрял комок.
Слишком поздно.
Эскаэль сорвала алый осколок с цепочки и опустила меж пустых ребер. Грудь существа неожиданно расширилась, будто в глубоком вдохе, и мне показалось, что в этот миг Гехейн содрогнулся. Тьма в бассейне забурлила, набухла подобно грозовой туче и выплеснулась за каменные бортики. Я взвизгнула и поползла назад, преодолевая боль в руке и спасаясь от потянувшихся к моим ногам щупальцев – камень под ними шипел, плавясь словно масло. Стены задрожали, и странный потусторонний звон наполнил зал, будто фигуры на мозаике ликующе взвыли. Эскаэль разразилась заливистым жутким смехом.
На противоположной стороне щупальца потянулись к спящим друзьям. С моих губ сорвался истошный призывный крик: я пытаясь разбудить их, но сон, непроницаемый и прочный, не пропускал моих тревожных слов. Мой полный ужаса взгляд метался между Тьмой и Эскаэль, которая благоговейно наблюдала за скелетом, неспешно поднимающимся со дна. Чудовище было в полтора раза выше самой шинда, черный дым лип к его гладким костям, уплотнялся вокруг них, превращаясь в тугие узлы мышц и мягкую плоть, из которой сочилась вязкая лиловая субстанция.
Эспер приближался, и мое сердце трепетало в ожидании. Я чувствовала, как под его лапами хрустят камни, осыпавшиеся с потолка подземного коридора, – еще несколько крутых поворотов, и исполинский волк ворвется в храм.
В очередной раз бросив взгляд на друзей – дымное щупальце уже обвило ногу Шеонны, но подруга спала, не чувствуя, как Тьма разъедает ее кожу, – я увидела Муирна. Дракончик прыгнул Эссе на живот, занес лапу над ее грудью и, схватив нечто невидимое, резко рванул.
Звук порвавшейся паучьей сети был похож на стон лопнувших струн, за которым тут же последовал испуганный, полный боли крик Шеонны.
Эскаэль резко повернула голову, и в то же мгновение еще не обросшая плотью лапа чудовища, которого шинда считала своим Богом, с влажным хрустом насквозь пронзила ее грудь. Кровь закапала с острых пальцев, неровной струйкой скатилась с удивленно раскрытых губ женщины и потекла по ее шее. Ее глаза остекленели, ноги подкосились, и тело медленно осело на землю, соскользнув с костлявой лапы, будто с копья. Существо с каким-то глупым недоумением уставилось на свои окровавленные пальцы. Оно будто не замечало ни Тьмы, что расползалась вокруг, ни испуганного крика моих друзей, разбежавшихся в разные стороны. Шеонна, припадая на раненую ногу, жалась к брату, который пытался отгородить ее от подступающих черных лап. Арий выкрикивал мое имя, призывал бежать, упорно пытаясь добраться до меня, но Тьма отрезала ему путь. Рядом с ним Эсса размахивала трухлявым факелом, что нашла в груде камней, и безжалостно разбивала дымные щупальца – они рассеивались от удара, но вскоре сгущались вновь.
И пока вокруг кипела Тьма и мои друзья сражались за жизнь, восставшее чудовище все так же удивленно разглядывало свои медленно обрастающие кожей лапы и грудь, в которой пульсировало сияющее Сердце.
– Алесса, беги! – в очередной раз крикнул Арий.
Я вскочила на ноги, но тут же оцепенела, ощутив на себе пристальный, изучающий взгляд существа. Оно любопытно склонило голову набок – три черных глаза моргнули по очереди, – а потом вдруг изогнулось, зашипело, оттолкнулось всеми руками от бортика бассейна и выпрыгнуло, приземлившись передо мной.
Я взвизгнула, отскочив назад.
Чудовище замахнулось, но не успело опустить лапу, как острые когти Эспера вонзились в его спину, яростно раздирая еще не сформировавшуюся до конца плоть. Существо зарычало, его руки неожиданно с хрустом вывернулись в суставах назад, крепко схватили исполинского волка и отбросили его в сторону, будто кошку. Эспер ударился о каменный пол, и Тьма, стремительно обступившая со всех сторон, накинулась на него, как стая изголодавшихся крыс. Ее укусы нещадно жалили, и я не сдержала крика, впившись ногтями в собственные плечи и пытаясь содрать раскаленную слизь, в которую обратился черный дым. Но все было тщетно – она липла не к моей коже. Эспер вскочил на лапы и отряхнул покрывшуюся розовыми проплешинами шкуру – черные кляксы разлетелись в стороны, ударились о стены и сползли на пол, где вновь стали частью бурлящей Тьмы.
Я метнулась к тамиру, но неожиданно щупальце крепко обвило мою ногу, и я рухнула ничком. Где-то впереди Эспер снова сошелся в схватке с чудовищем.
– Алесса! – Арий почти добрался до меня, но Тьма выросла перед ним высокой стеной, разделив нас.
Я впилась пальцами в щупальце, сдавливающее ногу, но это было сродни тому, чтобы отрывать от кожи раскаленную цепь: она жгла пальцы, и они немели от нестерпимой боли. Еще одно щупальце попыталось поймать меня за запястье, но я успела отдернуть руку.
– Муирн! – вскрикнула я, заметив в шаге от себя дракончика. Он смотрел на меня широко распахнутыми глазами, наблюдал, как я борюсь с Тьмой, но не спешил помогать. Вместо этого он отвернулся и продолжил царапать что-то на полу, и я отчаянно взмолилась: – Муирн! Помоги, прошу!
Он прянул ушами, лишь быстрее заскрежетав когтями. А потом вдруг ударил передними лапами по спешно начерченной руне, и мир с оглушительным грохотом вспыхнул. По всему залу зажглись сияющие золотые столбы, слепящий свет разорвал полумрак в клочья и пронзил черную тушу Тьмы. Казалось, он лился даже со стен – Муирн успел выцарапать не один десяток рун.
Дыхание перехватило, и я завороженно огляделась. Время остановилось. Точнее, оно умерило свой бег. Когти Эспера будто в замедленной съемке плыли по воздуху, а следом за ними тянулся шлейф лиловой крови. Арий застыл на полу, окутанный коконом Тьмы, – Эсса уже замахнулась факелом, намереваясь его разбить. Шеонна пыталась вырвать брата из тугих черных пут, что оплели его плечи.
Лишь я и Муирн не подчинялись времени. Дракончик рванул когтями щупальце, обвившее мою ногу, – оно рассыпалось черными хлопьями, оставив на коже красную, прокрытую волдырями, полосу.
– Это не продлится слишком долго, человек. Мои руны здесь слишком слабы, поэтому… – начал спешно дракончик, но я прервала его дрожащим голосом.
– Что
– Я не знаю, – сокрушенно выдохнув, признался он. – Мы ничего не знаем о тех, кто был до нас. Когда мы пришли, в этом мире царили лишь Тьма и ночные кошмары. Мы загнали их под землю и думали, что надежно спрятали память о них, возведя вокруг руин горы и вырастив Чащу. И никто из нас не предвидел, что однажды эта Тьма воззовет к проклятым душам.
Я жалобно шмыгнула носом. Теперь, когда время замерло и я смогла сделать глубокий вдох, наполнив сдавленную страхом грудь, и позволила слезам затуманить мои глаза – всего на мгновение спрятать за ними кишащий вокруг ужас.
– Алесса, послушай меня. – Муирн положил лапу на мою здоровую руку и крепко сжал большой палец, привлекая внимание. – Когда он по-настоящему вдохнет жизнь, Тьма сожрет этот мир. Мы вшестером еще можем попытаться сбежать, хоть рано или поздно она нас нагонит. Но ты не сбежишь: умрешь без Сердца или еще раньше от руки его нового хозяина. Этот монстр не оставит тебя в покое, пока вы делите одну жизнь, – она нужна ему целиком. Поэтому ты должна остановить эту тварь.
– Остановить
Уши Муирна печально поникли, а маленькая лапка крепче сжала мой палец.
– Ты знаешь как, – тихо ответил он.
– Это убьет меня, – сдавленно пробормотала я.