Эйлин Фарли – Не говори ни слова (страница 3)
Бла-бла-бла-бла.
А вот я бы смог украсть что-то? Например, назло бате. Да уж, сложно представить, что могло бы довести меня до такой ручки. Лучше дождаться совершеннолетия и просто свалить в свою жизнь. Но до того, надо держаться молодцом и сохранять бдительность. Я не из тех, кто возьмет палку, чтобы из собачьего интереса, чтобы ею разворошить осиное гнездо.
Но, всё же, зачем же той девчонке понадобилось рисковать?
Хм, странно всё это, короче…
Ло
Мама подлила вина в бокал и с задумчивым видом смотрела в экран телефона. Наверное, она думала как же со мной поступить: устроить скандал? Отчитать меня? Или же сесть вести доверительные разговоры касательно того, что твориться у меня на душе и выяснять, почему я так себя веду?
Все эти три варианта никак вообще не екнули. Теперь всё сводилось лишь к тому, сколько времени мама готова на меня потратить.
– Скажи спасибо, что Расмус – такой добрый человек, – ровным тоном произнесла она. – А теперь иди в комнату и подумай. Хорошо подумай, боже, какой же стыд!
Да, мама решила уделить мне меньше минуты. Вину она посвящает куда больше времени…
Я сглотнула подступивший ком горечи, но тут же заставила легкие выдохнуть. Никаких нотаций и вопросов? Да это же просто подарок судьбы. Потому что будь моя воля, я бы приняла обет молчания – да, настолько не хотелось никого слышать или видеть. А особенно…
Зару!
Она даже сообщение мне не прислала. Дрянь! Она просто решила отсидеться по-тихому. Просто блеск! Потрясающая форма трусости и малодушия.
– Мам, у меня эти дни страшно раскалывается голова, можно побыть дома, ну пожалуйста? – я практически не пыталась более убедительно врать, сил на это не было. Я надеялась лишь на то, что мама не станет ломаться и пойдет на уступки, лишь бы не погружаться.
– Да, пожалуй твой поступок требует несколько дней на осмысление. И никаких больше карманных денег.
А ты когда мне их крайний раз давала? Не припомнишь ли?
– Взяться за ум. Надеюсь, именно этим ты и займешься, Пенелопа. – мама отпила из бокала и сдвинула брови для демонстрации осуждения.
Вот о чем, а об этом я точно не хочу думать.
Рик
Я почти забыл про ту девчонку. Перестал гадать: как она выглядит, о ее мотивации красть.
Но во вторник, который ваще не должен сбыл стать каким-то особенным, началось нечто!
Вся школа бурлила и кипела, словно кастрюля, с которой от напора горячего пара вот-вот слетит крышка. Из полицейского управления, где работает отец поступило письмо о том, что две ученицы: Пенелопа Стоун и Зара Мишель – несколько недель подряд воровали в местном торговом центре. Откуда все об этом узнали?
Понятия не имею.
Возможно секретарша директора кому-то проболталась. Ну а там – пошло поехало…
Сколько я себя помню, не припомню таких мощно разгорающихся скандалов. Драки, да, были. Конфликты и буллинг – тоже. Если честно, я не очень понял, зачем раздувать из мухи слона, но когда людям скучно и ничего такого особенного не происходит, то любой инфоповод можно сделать топ-новостью.
Но самое главное – теперь я узнал два имени. Да, оказывается девчонок было двое. Они сколотили банду, но попалась только одна из них. И мне осталось выяснить: которая из этих двоих попала в дотошные руки моего отца?
Именно эта девчонка занимала меня куда больше, чем вторая. Не знаю почему я так их разграничил… Почему жалел ту, которая попалась и как-то заочно невзлюбил ту, что оказалась более удачливой, а может, и более проворной. Та, которая отхватила больше – сказочная, а вторая – просто человек.
И обеих этих девчонок я конечно же встречал в школьных коридорах. Зара – очень интересная внешне, она – новенькая, перешла в нашу школу совсем недавно. Смуглая, с густыми волнистыми волосами и большими глазами. А вот Пенелопа с первого класса здесь. Она немного странноватая. Вроде бы симпатичная, но и какая-то замкнутая, не улыбчивая. За такими как она парни толпами не бегают. Потому что в ней нет искры какой-то, что ли. По крайней мере я так думал, пока не узнал о ее кражах. Ведь для этого тоже нужна смелость, а Пенелопа совершенно не похожа на дерзкую и отчаянную. И вот это очень удивительно!
В таких случаях говорят: «Кто бы мог подумать?!»
Ну а по возвращении домой я ждал отца со службы. Первый раз прям очень-очень ждал. И вовсе не потому что соскучился, а для того, чтоб узнать имя и фамилию той, которой НЕ повезло. Хотя, теперь и Заре, и Пенелопе придется не сахарно. На обоих будут косо смотреть. Про обеих станут шептаться. И если честно, это не вызвало у меня ничего, кроме сочувствия к ним.
Ло
Три дня я провалялась в постели под бесконечный просмотр сериала «Полдарк*»…
Мда, в больших эпопеях и сагах можно вдоволь налюбоваться благородными мужчинами. Да и в принципе на людей, у которых есть принципы и достоинство более высокого уровня. Я жадно смотрела сезон за сезоном и завидовала актрисам, которым посчастливилось целоваться и обниматься с Эйданом Тернером. Что и говорить, такому джентльмену я бы отдалась без единого звука и со всеми потрохами…
И я не хотела думать о том, что в реальности у меня полный провал по всем сферам, хотя в семнадцать человек, по идее, должен гореть глазами и кайфовать от мысли о том, что у него вся жизнь впереди. В свои дурацкие семнадцать я могла похвастать только тем, что целовалась взасос всего один раз…
С помидором.
Боже, стыдно признаться, но да, я тренировалась на овоще, который своей тонкой шкуркой должен напоминать губы. Я так и не поняла, качественно ли я облобызала помидор или не очень. Слегка помятый овощ не ответил на эти вопросы… Но мне показалось, он фыркнул: «Фу, осуждаю! Это какое-то извращение!»
В общем, осознание того, что я не встречалась с парнями, не целовалась, и, что мне точно не светит Эйдан Тернер – не добавляет оптимизма как-то. С оптимизмом у меня как-то вообще туго.
Наверное в этом всё дело.
Я зажатая, не умею флиртовать и отвечать на знаки внимания. Я вообще часто теряюсь и не понимаю как устроен мир. Особенно теперь, когда побывала в полицейском участке и не знала как к этому вообще относиться. Корить ли себя всю оставшуюся жизнь или наоборот – гордиться запретной выходкой?
В любом случае, моя жизнь приобретала всё новые мрачные тона Средневековья, где бледнолицая и тонкая девушка идет по каменному городу. Где по ливневкам текут нечистоты, пахнет гнилью, тухлой рыбой, а люди знают свое место в иерархии. У знати всё хорошо, у площадных торговцев дела идут ни шатко ни валко, ну а подобные мне – семнадцатилетние, увлечены мыслями друг о друге и о будущем.
А кто я там, в условном городе?
Посредственная серость? Воровка? Сирота?
Я – никто. Да, именно так. И нет у меня желания двигаться вперед, что-то предпринимать и мечтать о парнях и мужчинах разных…
Ну, за исключением Эйдана Тернера, разумеется.
***
А вот мама немного зашевелилась. Она начала готовить сложносочиненные блюда, которыми раньше радовала папу и меня. Вот это хорошо. Хоть что-то позитивное. всё-таки есть польза от того, что я пошла на преступление. Мама пытается вернуть часть прежнего мира. Какие-то его фрагменты заново собрать.
Ну что ж, пусть попробует…
Рик
– Эй, в чем дело? – Я бросился в сторону школьных шкафов.
Пенелопа Стоун. Да, я выяснил у отца имя попавшей в его кабинет.
Я разыскивал ее глазами несколько дней…
Но она куда-то пропала. Она словно испарилась навсегда, и от этого почему-то было грустно.
Но нет!
Она появилась! Пенелопу прижимала к прямоугольной железной дверце та самая Зара. А уже вокруг собралась толпа зевак, которые улюлюкали и наслаждались разборкой.
– Ты – тварь! – шипела Зара, вцепившись в блузку Пенелопы. – Ты, сука, поплатишься!
– Эй, – я взял Зару за плечо. – Угомонись!
– Да пошел ты! – Она тряхнула плечом, желая избавиться от меня – единственного, которому не нравилось шоу с угрозами и расправой.
Еще до того как вмешаться, я смекнул что и к чему. Зара решила, что Пенелопа заложила ее… моему отцу. Она не в курсе, что именно мой отец докопался до истины. Вычислил второго вора, просматривая записи с камеры видео-наблюдения. И теперь несчастная Пенелопа отхватывала не только за то, что воровала, но еще и стала объектом ненависти своей бывшей подельницы.
Я вмешался бы в любом случае. Наверное, это генетика такая. Полицейская, черт. Но я испытывал странные муки совести от того, что именно мой дотошный батя стал причиной новых страданий Пенелопы Стоун. Это несправедливо, этого можно было бы избежать, если б ни желание отца доковыряться до преступницы, которая была в той категории, которую он терпеть не может.
– Отойди от нее на шаг! – мой голос прозвучал таким густым и строгим, будто бы не я, а мой отец это произнес.
– Ты, сука, еще ответишь! – долбанула кулаком Зара о железо совсем рядом с лицом Пенелопы.
И меня ужасно испугало то, что я увидел на лице Пенелопы! Такие глаза и бледность, наверное бывают у людей, которые…
Не хотят жить!
Я испугался, правда испугался так, что не сразу смог выдох сделать. Я стоял и смотрел на нее под недовольное бурчание толпы, которая начала редеть.
– Стукачам бывает несладко, – вдруг сказала одна из девушек и спешно проследовала за Зарой, которая удалялась, и на ее спине было написано:
«Ненавижу!»