Эйдзи Микагэ – Пустая шкатулка и нулевая Мария. Том 6 (страница 34)
Да, он настроен серьезно. Иначе он в принципе не прибег бы к такому безумному способу. «Символ» его ненормальности, который он сам нанес себе на правую руку, доказывает, что его слова правдивы на 100%.
Харуаки, тоже осознав это, больше ничего не произносит. Но его плечи трясутся, а глаза распахнуты.
С моих губ сам собой слетает вопрос:
– Кадзу, и тебя устраивает, что ты оставляешь ее умирать?
– Странный вопрос, – отвечает он. – Конечно, это меня не устраивает.
Мне это напоминает ответ некоей девушки, которая потратила целую жизнь в попытках заменить кое-кого.
– Я буду сожалеть об этом до конца моих дней. Возможно, я не вынесу этого груза!
Но в одном отношении они различаются.
– Однако я сделал то, что сделал, держа это в уме.
В отличие от Аи, Кадзу не сделал выбор.
Скорее всего – о н п р о с т о н е м о ж е т в ы б р а т ь д р у г о й п у т ь.
Возможно, он сам не понимает, почему действует именно так, но по-другому действовать он просто не в состоянии. Такова его форма безумия.
– Кадзуки Хосино… ты сошел с ума! – Ая закусывает губу. – То, что ты делаешь, даже методом нельзя назвать. Ни одному нормальному человеку такая идея даже в голову бы не пришла. Тем, что ты так делаешь… гнусно пользуешься иррациональной слабостью Кирино в том, что касается Омине… ты сам полностью уничтожаешь повседневную жизнь, которую ты так рвался защищать. Ты ведь и сам это понимаешь, верно? Это и доказывает, что ты сошел с ума.
Конечно же.
– Ты не тот Кадзуки Хосино, которого я знала. Во что ты превратился? Ты что, одержим демоном?
Кадзу отвечает отчетливо и печально:
– Я твой рыцарь.
– Мой что?
– Я всегда приду к тебе на помощь, даже если весь мир будет против. Я одолею и убью всех, кто встанет на моем пути.
– Мне это никогда не нужно было! И уж во всяком случае – не от такого демона, как ты!
– Твои слова значения не имеют, – отрезает он, и Ая теряет дар речи.
Кадзу смотрит на меня.
– Кстати, а чего ты ждешь?
Ему легко говорить!
– Не можешь решить, да? – произносит он, а потом добавляет нечто абсолютно неожиданное: – Ч т о ж, т а к т о ж е г о д и т с я.
– Что? – я не могу скрыть изумления. – Так тоже годится, говоришь? Ты так спокоен, хотя она умирает из-за моей нерешительности? Твой план ведь удастся, только если я спасу ее, так?
– Дайя. Ты ведь знаешь, ради кого я все это делаю, правда? – задает он встречный вопрос, игнорируя мой.
Еще бы не знать. Все это ради Аи.
– Мария сейчас обладает «Тенью греха и возмездием» и собирается сделать мир немного лучше, так?
Кадзу поднимает правую руку на уровень лица и сжимает в кулак, словно убедившись в чем-то.
– Я ее раздавлю. Марии не нужна такая тупая «шкатулка».
Наконец-то до меня доходит.
– Неужели…
Он приподнимает уголок рта.
– Похоже, ты наконец понял. Я уже сказал, что сомневаюсь насчет твоей решимости, но решимость Марии я понимаю. Я провел с ней целую жизнь. Я не могу ошибаться.
Ая Отонаси посвятила себя счастью других, поэтому она не приемлет жертвы.
А прямо сейчас человек умирает у нее на глазах.
Значит –
– А я с п а с е т К и р и, б у д у я ч т о - т о д е л а т ь и л и н е т.
Понятно. Я-то думал, он поставил эту ловушку на меня.
Я ошибался.
Он поставил эту ловушку на меня и одновременно на Аю.
Ая с горечью в голосе соглашается:
– Да, я собираюсь спасти Кирино. Мне придется сдаться силе Хосино.
– Ая!.. Но ведь это та самая «шкатулка», которую ты столько искала!
– Да. На поиски этой «шкатулки» я потратила больше времени, чем любой другой. Возможно, она бы выполнила самое заветное мое желание. Возможно, у меня никогда больше не будет такого шанса. Я знаю… я знаю… но… – она сжимает кулак. – Но!
Да.
Таков жизненный принцип
И Кадзу бессовестно этим пользуется.
Ая собирается спасти Кири, и Кадзу раздавит ее экземпляр «Тени греха и возмездия». Благодаря помощи Аи Кири выживет. «Пирсинг в 15 лет» закончится, после чего включится последний эффект «Кинотеатра», и моя «шкатулка» будет уничтожена.
Наши «желания» превратятся в ничто.
У меня есть встречная мера.
Ая Отонаси – мой [раб]; я могу [приказать] ей оставаться на месте.
Но,
но…
– Дайя, – произносит Кадзу. – Надеюсь, ты не думаешь отдать [приказ], который убьет Коконе?
Точно. Все так и есть, как он говорит.
Но разве я не пришел к выводу, что его необходимо остановить любой ценой?
Разве я не решил это с полной убежденностью?
Значит – я отдам Ае [приказ] позволить Кири умереть? Я убью Кири?
Какого?..
Какого?..
Какого ХРЕНА?!
– Аа, гх…
Кири кашляет кровью.