Евсения Медведева – О мой Босс! Монстр для разведенки (страница 9)

Пока пила кофе, изучила все документы, потом просмотрела страницу госпортала, на случай если этот гад ещё что-то накатал от моего имени, и попутно поставила самозапрет на выдачу кредитов. От греха подальше…

Я понимала, что эта гнилая семейка придумала какой-то гениальный план, но я никак не могла понять, какой именно. И сейчас, если честно, когда запал стал затухать, поняла, что проще мне не ввязываться в раздел имущества, а просто уехать и забыть обо всём. Но что-то мне подсказывало, что если я не разберусь в этом до отъезда, то потом об этом сильно пожалею.

Расплатилась за кофе и медленно пошла по аллее, щурясь от яркого осеннего солнца. Осень в этом году стала настоящим подарком, своего рода откупом за отвратительное лето. Сухо, тепло, солнечно… Что может быть лучше?

Я поддевала острым носком туфли жёлтую листву, упивалась тишиной, спокойствием, и даже не хотела отвечать на телефонный звонок. Но увидев номер моего банка, мгновенно приняла вызов.

— Милена Львовна, добрый день, это Лариса, ваш персональный менеджер, — затянул уже знакомый и наигранно веселый голос моего банковского менеджера. — Я звоню вам по просьбе кредитного отдела… Вы поставили запрет на выдачу кредитов, а запрет снимается в течение трёх рабочих дней…

— И что? — я даже улыбнулась, пытаясь понять, куда клонит неуёмная Лариса, что из месяца в месяц то пыталась втянуть меня в брокерскую гонку, то предлагала повышенный процент по вкладу, лишь бы я не ушла к их конкурентам.

— Но как же? Сегодня у вас сделка, поэтому…

— Какая сделка? — меня прошибло током от макушки до пяток… Я присела на ближайшую скамейку, ощущая, как по спине скатилась жгучая капля пота.

— Милена Львовна, — вдруг Лариса запнулась, не понимая, то ли я старуха амнезийная, то ли просто дурой прикидываюсь. — Ну как же? Ваш супруг сегодня заключает сделку по покупке дома в кредит, а вы являетесь поручителем…

Сука… Шестерёнки в моей голове заскрипели, логические цепочки выстроились. Это что ж… Кредит будет взят в браке, а я ещё и поручитель? И вдруг я вспомнила один день из жизни моего мужа. У него из машины украли все документы, и мы тогда в банке проторчали пару часов, пока он заполнял какие-то бумажки и ждал выдачи новых карт. Да что говорить… Я и сама подписывала что-то. Когда это было? Чёрт подери, когда это было?

Боже, Милка, да ты не красная бэха, за тупой запорожец!

— Лариса, мой супруг – шизофреник. У него есть справка… С каких пор ваш банк выдает кредиты больным людям? Никаким поручителем я не буду, а если вы оформите этот кредит, я уверяю, что ни копейки вам не заплачу. И передайте кредитному отделу, что мой супруг месяц назад подал на развод, и завтра у нас слушанье…

— Милена Львовна, вы не могли бы подъехать в банк? — Лариса явно офигела от моего заявления и уже не тараторила, а говорила медленно, явно с кем-то советуясь. — Мы с вами во всем разберемся…

— Я как раз рядом, — крутанулась, понимая, что до центрального офиса рукой подать, но тут же сникла… Мой паспорт остался в машине, а без него со мной точно говорить не будут. — Через час буду.

Я припустилась по аллее, совершенно растеряв желание любоваться природой, и, наплевав на гордость, снова набрала Женьке Семёнову.

— Да, — протянул он виновато, уже осознав, что был неправ.

— Стёпа решил кинуть меня… Он сделал меня поручителем в сделке по покупке того особняка, помнишь я тебе рассказывала? У меня встреча в банке через час, буду признательна, если ты подъедешь, — стоило признать, что кроме Женьки в этом городе оперативно и превентивно решить проблему никто не сможет.

— Милка, я правда не хотел тебя обидеть. Не думай, что я забыл, как ты меня выручала… Я всё сделаю. Мы твоего Стёпу, если захочешь, до уголовки по статье мошенничества доведём.

— Ты не говори, Семёнов, ты докажи… А то в этом городе будто вымерли мужчины, способные действовать, а не трепать языками…

Я отбила вызов, отправила Жене адрес банка и побежала к машине, но буквально в паре метров от парковки меня внезапно окрикнули… Я обернулась, утопая в полупрозрачной серости хитрых глаз своей свекрови.

— Динара Степановна, — протянула я…

Глава 9

— Милена, добрый день, — свекровь стояла посреди дороги, скрестив на груди руки.

Лицо серое, безэмоциональное, она даже не пыталась улыбнуться, чтобы хоть немного обмануть меня, нет… Она всем видом демонстрировала свои намеренья защитить сыночку от такой суки, как я.

Боже, Степашка он, а не Степан. Точно!

— Добрый, Динара Степановна, простите, но мне некогда с вами беседовать, — я попыталась обойти её, но свекровь схватила меня за локоть, удерживая рядом, как непослушную собачонку.

Вот ничем они не отличаются… Нарушить дистанцию, плевать на мои планы, мою свободу – все такая мелочь по сравнению с их идеей облапошить меня.

Сначала я злилась, но сейчас рациональная часть меня заглушила бабью истеричность и декларировала горькую, но неоспоримую правду. Я для них – единственный шанс купить этот злосчастный дом…

После скандального увольнения с должности ей даже в микрозаймах откажут, городская администрация такие гайки закрутила, что уверенная в себе свекровь не смогла и за год подыскать достойное своей королевской особы место работы. Сути конфликта я не знала, мама вообще сразу заявила, что нам в это дерьмо лезть не стоит, но слухи расползались стремительнее, чем бы Динаре Степановне того хотелось.

Ну а Степан… Да, у него была неплохая зарплата, на неё бы даже дали ипотеку под неплохую квартиру, но не для покупки шикарного особняка, которым грезила свекровь последние три года.

Она обрабатывала меня на каждой семейной посиделке, присылала фотографии, даже однажды ночью пробралась в пустующий дом и сняла видео! Но я не воспринимала её идею фикс всерьез, расценивала как забавный пунктик, не более.

Но вот имей они меня в созаёмщиках, банк непременно бы одобрил кабалу на старый особняк бог знает какого года постройки. Чёрт! Это фамилия так влияет? Или они правда дворян из себя решили состряпать?

Я даже понимаю, в какой момент она всё это придумала… Свекровь душила меня на очередном выходном, забалтывала, рассказывая, как же хорошо жить в своём доме, описывала мой гипотетический кабинет с видом на яблоневый сад. Она применила все свои таланты, чтобы уговорить ввязаться в эту аферу…

Но к тому моменту я уже так устала от этого жужжания, что категорически отказалась, сообщив, что лучше вложусь в столичную недвижимость, чем в дореволюционное строение в аварийном состоянии.

Было видно, как она затаила обиду, которая вылилась в тихую ненависть, когда я озвучила идею переезда. Динара Степановна поняла, что в шаге от разбитого корыта… Я могла и сама уехать, и Стёпку забрать. Вот тут-то она и решила действовать… Так сказать, с паршивой овцы хоть шерсти клок…

— Милена, что это было? — закричала свекровь, лишая надежды на спокойный диалог. — Ты почему своей чокнутой подруге разрешила устроить позорную театральную постановку? Она разбросала вещи Степана по всему двору! Бабки уже с утра шепчутся, а мужики и вовсе смеются над твоим мужем…

— А что здесь позорного? — я попыталась сделать шаг в сторону, но эта дамочка вцепилась в меня, как голодный бульдог.

Я чуть выгнулась, зрительно найдя в ряде припаркованных автомобилей мою ласточку, а после начала думать, как бы слинять, не изуродовав эту хитрую каргу.

— Милена, я думала, что ты из интеллигентной семьи, поэтому дала разрешение на ваш брак…

— Динара Степановна, ау! — я щелкнула пальцами, привлекая внимание чокнутой. — Степе не двадцать, ему сорок в этом году, он не маленький мальчик, за него не нужно заступаться, давать согласие на свадьбу или переезд в другой город, отцепите вы его от своей юбки, дайте мальчику жить нормально! Впрочем, это уже не мои проблемы… Ваш сын поступил подло, за что был наказан!

— То есть ты поощряешь выходку своей, прости Господи, подруги?

— Подруга защищала моё достоинство, а мой, прости Господи, муж, — передразнила я её, продолжая трясти рукой в попытке вырваться, — опозорил меня перед коллегами. Признайтесь, милая свекровь, это была ваша задумка — передать повестку в суд через курьера? Для чего спектакль? Ударить морально, чтобы я растерялась?

— Милена, тебе нужно к врачу… — Динара Степановна отвела взгляд, не выдержав напора. — Какие-то заговоры тебе всё мерещатся… Ты зачем позоришься? К адвокату побежала…

И тут мне всё стало понятно, свекровь уже всё знает. Пока я сидела в ресторане и пила кофе, она опередила меня!

Чёрт!

Я дернула руку, но она продолжала сжимать мой локоть, сдавливая кость так, словно хотела раздробить её.

— Хватит полоскать имя моего сына! —взвизгнула она, и вдруг толпа прохожих шарахнулась от нас, как от чумных.

— А вы прекратите из меня дуру делать. Боже, что за гнилая семейка? Слава Богу, что мы завра забудем о существовании друг друга. Жаль только пяти потраченных лет…

— Гнилая? Это не Стёпушка проснулся с прошмандовкой в кровати, это ты, Милена, развлекалась всю ночь с проститутом, чтобы унять пустоту от потери мужа… Конечно! Стёпа у меня идеальный! Тебе такого в жизни не найти больше!

Я на миг зависла… Рассматривала эту красивую статную дамочку, на лице которой сейчас выступили все морщины этого мира. Кожа стала серой, безжизненной, глаза пустые, злые, как у кровожадного пса, которого всю жизнь обижали люди, и теперь он ненавидит любого!