Евсения Медведева – О мой Босс! Монстр для разведенки (страница 11)

Засранец! И матушка его нарочно тянула время, задерживала меня, лишь бы я не успела! Что за гнилое семейство, что за придурки?

— И чего же ты, принцесса, хочешь сейчас? — вдруг Мостраков, пользуясь полупустым проспектом, утопил педаль газа в пол.

— Йоху! — визжала я, вбирая этот короткий момент скорости.

Дмитрий нагнулся, от густого облака его аромата защекотало в носу, кровь вскипела, уже унявшийся адреналин снова начал пульсировать в крови, накидывая варианты расправы над мужем.

Мостраков опустил все окна, и в салон ворвался резкий порыв ветра. Я охнула, задыхаясь от потока прохладного воздуха. Слезы обиды, которые я сдерживала, теперь сорвались, имея железобетонное алиби… Это просто ветер!

Казалось, что сейчас мне это и было нужно! Вибрирующий гул, полное обнуление и стук сердца в ушах.

Мостраков затормозил так же резко, как и ускорился, чем застал меня в очередной раз врасплох. Правда, он выставил руку, чтобы я лбом не приложилась о панель. Но это было не всё… Он вдруг притянул меня к себе и зашептал:

— Нет ничего слаще, чем вкус крови своего врага. Покажи им, девочка, кто тут папа… Вернее, мама!

— Боже, какая вдохновляющая речь. Для тимбилдинга тренировался? Так это уже прошлый век, Мостраков, — я еле дышала, мне на миг вообще показалось, что я попала на психологический тренинг, где меня то натравливают на врага, то пытаются убить! А с другой стороны, это Монстр… Он даже стены крушит, чего ещё от него можно ожидать?

— А ты откуда знаешь? — Дмитрий каким-то образом умудрялся ещё и писать сообщения, поддерживая руль лишь коленкой.

— Ты что, правда думаешь, что только мужчины достойны занимать руководящие должности? Мы что, во времена крепостного права живём, где подсчет душ касался только мужчин, а баб вообще за людей не держали? — я не знаю, зачем я лезла на рожон, но это странное опьянение его зеленых глаз заставляло меня нести чушь…

Видела, что он меня провоцирует, а я ведусь, как идиотка полная.

— И чем занимаешь?

Дмитрий вдруг прищурился и так странно на меня посмотрел, что пальчики ног поджались, а следом покатилось тепло. Такой лёгкий огонёк, раздражающий все нервы. Я задёргалась, аж зубы застучали от напряжения. Вообще его компания губительна, она выбивает почву из-под ног!

— А что ты меня допрашиваешь, Мостраков? Лучше помоги сорвать сделку!

— Так ты вроде как топишь за самостоятельность. Определись! — вдруг Дмитрий свернул направо, да так резко, что я ещё сильнее к нему прижалась, уткнувшись носом в его колючую шею.

— Монстр!

— Прибыли, принцесса! — прорычал Дмитрий, тормозя у центрального входа в банк. — Удачи…

— Значит, помогать не будешь? — я оттолкнулась от этого засранца и начала натягивать туфли. — Хотя не надо, я сама раскатаю его, как тузик грелку… Только бы успеть…

Я вбежала в банк и начала носиться по фойе, но тут было такое количество народу, что голова шла кругом! Чёрт, куда же мне бежать? В следующее мгновение вбежал и Семёнов, он подхватил меня за локоть и потащил по коридору. Тут была уйма стеклянных перегородок, за которыми сидели менеджеры.

Бежала на автомате и вдруг заметила, что синий кабриолет никуда не уехал… Мостраков стоял, прислонившись к капоту и смотрел прямо на меня. И опять эти зеленые глаза, опять это странное тепло, бегущее по позвоночнику, и предчувствие какой-то беды…

Стоп… Что-то знакомый кабриолет, а не он ли это был на ночной дороге под моим балконом?

— Вот они! — заорал Семёнов и ткнул на дальнюю кабинку, где на клиентском кресле сидел Степан.

И когда между нами осталось всего несколько метров, по залу банка прокатилось мощное:

— Всем оставаться на своих местах, работает ОМОН!!!

Я машинально обернулась к Мостракову, но заметила лишь синюю бочину спорткара…

Глава 11

— Да ты чокнутая! — захрипел Семёнов, когда «маски-шоу» закончили досмотр правого крыла банка.

Мимо нас в сопровождении собак прошёл отряд спецназа, но команды вольно ещё никто не давал. Непонятно, что они искали, и нашли ли уже, но сотрудники ОМОНа были сильно злы, поэтому не торопились отпускать ни клиентов банка, ни его сотрудников.

— А я тут при чем? — ответила я и начала рыться в сумке, нарочно не замечая своего мужа, что перепуганным попугаем сидел в кресле и не шевелился, дабы не разозлить сотрудников правоохранительных органов.

Мы с Семёновым стояли у большого окна, довольно удобно устроившись на подоконнике. Отсюда и вид был шикарный, и кабинка нужного мне менеджера просматривалась идеально. А ещё меня грела мысль, что через полчаса банк закроется, а значит, ещё один день я выиграла.

— Милка, ты из меня дурака не делай, — Женька сложил на груди руки и хрипло рассмеялся, пуляя взгляды в Степу. — Гениальный способ сорвать сделку. Чёрт, я даже не подозревал, что ты способна на нечто подобное! Правда, есть один нюанс… А что если все поймут, чьих это рук дело?

— Семёнов, ты что, на осеннем солнце перегрелся? Или от страха перед старухой Онегиной поплыл? Я тут ни при чём…

Но как бы я ни бравадилась, совпадение было и правда пугающим. А ещё перед глазами то и дело вспыхивала картинка хитрого прищура Мостракова. Дмитрий так смотрел на меня, словно без единого слова обещал мне персональную бурю. И если это она, то мне даже нравится… Но неужели это сделал он?

— Милена, ты что тут делаешь? — Степан заметил, что сотрудников в нашем крыле не осталось, и быстро метнулся ко мне.

— А вы, Степан Онегин, с этого момента будете говорить только со мной, — Семёнов, то ли благодаря за незабываемое шоу, то ли в порыве стыда за разговор в кабинете, вдруг вышагнул вперед и встал между мной и мужем. — Меня зовут Евгений Семёнов, и я представитель Милены Онегиной, вашей будущей бывшей жены. Прошу ознакомиться, — Семёнов медленно расстегнул молнию своего портфеля и вручил Степе какой-то документ. — Это судебный иск в гражданский суд, тут требование раздела всего нажитого в бараке имущества. Мы будем просить ревизию денежных средств, переведенных на имя ваших родственников, а также изучение необоснованных трат…

Степан читал полученные документы с открытым ртом. От его смелости и решительности не осталось и следа… Лоб покрылся мелкой испариной, руки задрожали, а губы начали синеть, а вот это уже признак настоящего стресса… Уж я-то его знала отлично.

— Далее мы обратимся в полицию с заявлением на незаконное управление персональными данными. Нами установлено, что тридцать первого июля вы без разрешения моей клиентки заверили заявление электронной подписью и списали сумму с её банковского счета, — Семёнов не унимался, все подсовывая и подсовывая Степе документы. — Вы, товарищ Онегин, лгун и мошенник… Скажите, а вот машину ваш брат эвакуировал с какой целью? Неужели вы забыли, что транспортное средство записано не на вашу жену, а на её брата?

Боже, сейчас мне так хотелось смеяться… Смотрела в тупое лицо моего мужа, что решил поиграть в крутого мальчика. Он доверился своей мамашке, которая училась правилам бизнеса в девяностых, а в нулевых её выперли, как никому не нужный раритет. Идиот… Боже, какой он идиот!

Женька вдруг оттолкнулся и направился к бледному менеджеру, что растерянно слушал его пламенную речь.

— Уважаемый… Кирилл, — Женька наклонился, прочитал имя с бейджика и мило улыбнулся, чтобы попытаться сгладить шок первого знакомства. — Если вы оформите сделку, то боюсь, вас тоже будут ждать большие проблемы. Идём, Милена…

— Это ты? Это всё сделал ты? — захрипел Онегин и вдруг посмотрел куда-то мне за спину.

Я тоже обернулась и чуть не расхохоталась в голос, когда заметила, как по газону носится Динара Степановна. Она размахивала руками, пыталась оттолкнуть полицейских из оцепления, чтобы прорваться к своему сыночку.

— Онегин, а уже неважно, кто это сделал… Важно то, что натворил ты, трусливый подонок, — я сделала шаг и почти уткнулась носом в щеку своего мужа.

Вдох… Короткий, немного брезгливый. Мне вдруг захотелось понять, что именно меня в нем привлекало? Красивый, высокий, умный… Он был беспроблемным мужем. С ним было о чем поговорить, он с легкостью мог приготовить ужин, если я не успевала, с пониманием относился к моей занятости. Степа не гулял, с друзьями не зависал, пьяным не приходил… Тогда мне казалось, что это идеальный выбор!

Но вот сейчас, удерживая в носу запах его кожи, я кроме отвращения ничего не ощущала. Меня мутило, хотелось схватить его за волосы и бить головой о подоконник, чтобы показать, как это больно, когда родной и близкий человек предает тебя!

— Я заберу у тебя всё, — шепнула я и отправилась за Семёновым, что уже говорил с директором этого филиала. Женька махнул рукой, показывая, что здесь он разберется сам, а мне можно идти, к тому же из банка уже стали отпускать, предусмотрительно фиксируя паспортные данные.

Я уходила с гордо поднятой головой. Лишь на секунду обернулась, с удовлетворением наблюдая, как Степа бьется головой о стену. Запоздалое осознание тоже осознание, правда, уже бессмысленное и бесполезное.

И ему сейчас больно не из-за унижения, а от того, что он меня слишком хорошо знает, чтобы надеяться, что я отступлю.

Караулить Семенова и уж контролировать его работу, тем более смысла никакого не было, поэтому я вышла, смешавшись с суетливой толпой. Когда я прыгнула в такси, в сумке ожил телефон.