Евсения Медведева – Его Мишень (страница 11)
Я не могла говорить, не могла дышать, не могла сопротивляться. Просто, как кукла безжизненная, висела в его объятиях, покорно принимая его внезапную ласку. Я просто плакала, ощущая облегчение, что усиливалось с каждой падающей слезой.
– Потому что ты позволила себе новое. Приоткрыла ракушку, куда уже давно не проникали радость, страх, любопытство и возбуждение…
Я инстинктивно дёрнулась в его руках, словно поцарапалась о его последнее слово, что второй раз за день режет мой слух.
– Я же чувствую, Мишель, – его губы едва касались моего уха, а я замерла, боясь сделать неловкое движение в его крепких объятиях. Пальцы правой руки скользили по топу, и, словно дразня, задевали открывшийся участок кожи. – Ты забыла, что можно хотеть, злиться, пугаться. Все позабыла, девочка… Но ничего. Мы всё наверстаем, а теперь иди домой. Тебе нужно поспать…
Мне нужно бояться, а не спать! Сеня! Заори! Оттолкни! Сделай хоть что-нибудь, но не стой истуканом перед этим придурком, решившим, что может управлять твоей жизнью во благо! Не бывает такого! Любое вмешательство несёт боль, разруху и разочарование. Не дай ему опустошить тебя! Сопротивляйся, Сеня! Сопротивляйся!
Мозг бунтовал, а тело обессилело. Ментор открыл дверь и, не включая свет, внёс меня в квартиру, усадил в кресло, что стояло рядом, и, шепнув: «До завтра!», исчез, так и не позволив заглянуть в свои глаза. Интересно, какой он…?
Глава 11.
Едва любимый голос закончил читать мою утреннюю мантру, как слух взорвала трель домофона. Я растерялась от неожиданности, бросила взгляд на часы, поняв, что сегодня проспала неприлично долго. Десять утра…
– Да.
– Ксения Дмитриевна, к вам курьер.
– Я ничего не заказывала.
– Вам доставка цветов, – уточнила консьерж. – Пропустить?
– Да… – моя растерянность сменилась паникой, я стала судорожно бегать по квартире в поисках халата, чтобы прикрыть прозрачность шелкового пеньюара.
Открыла дверь, практически впечатавшись в облако белоснежных пионов в большой корзине, что едва помещалась в руках курьера.
– Доброе утро, Ксения Дмитриевна, – рыжеволосый парнишка растянулся в улыбке и опустил мой ароматный сюрприз на пол. – И это тоже вам.
Пухлую коробку из кондитерской он вручил уже мне в руки, еще раз улыбнулся и скрылся за углом. Я высунулась, обнаружив, что на лестничной площадке уже есть освещение, очевидно, мой Ментор-электрик уже стёр следы своей вчерашней шалости. Захлопнула дверь, рассматривая красоту у моих ног. Тысячу лет не получала цветов. Сердце приятно постукивало, а губы самопроизвольно растягивались в довольной улыбке.
Я попыталась поднять, но корзина оказалась слишком тяжелой, поэтому пришлось тащить её волоком в гостиную. Выбрала место, чтобы было видно и из коридора, и из кухни, и пошла варить кофе, попутно открывая коробку. Там оказались румяные круассаны, что просто сумасшедше пахли и, на удивление, были ещё теплыми.
Быстро открыла холодильник, достала сыр, ветчину и, взобравшись на столешницу с ногами, приступила к завтраку. Так вкусно я давно не ела, остановилась лишь, когда коробка опустела, а в руке замер чуть изогнутый хвостик булочки. Я, наплевав на все приличия, затолкала его в рот, спрыгнула и вновь пошла к корзине, откуда зазывно торчал уголок красного бархатного конверта, обёрнутый чёрной шелковой ленточкой.
Я рассмеялась и побежала за телефоном. Как минимум, стоит сказать ему спасибо.
Как только я выудила Ментора из списка непрошенных абонентов, телефон взвизгнул, а на экране высветилось сообщение.
Действительно. Как быстро Мишель превратилась в мишень. Точно чокнутый… Еще и из моего города. Это совпадение? Я внезапно рассмеялась, упала на диван, уставившись в потолок, и заснула… Сытая и почему-то довольная.
Детский крик развеял мой мирный сон, когда на часах опять было четыре часа вечера.
– Это что такое? Новый график? – пробурчала я, но взгляд внезапно зацепился за ворох раскрывшихся белоснежных бутонов, и меня просто подкинуло с дивана. Вскочила на ноги, понимая, что на сборы мне всего-ничего осталось… Но я продолжала стоять, пытаясь осознать всю абсурдность ситуации. Получается, что я согласна идти с ним на свидание? А ведь я даже не раздумывала! Просто приняла это, как данность. Дура!
Сеня! Очнись! Это не твоя жизнь! Все эти цветы, сюрпризы, бессмысленные переписки до поздней ночи. Кому это нужно?
– Мне! – внезапно закричала я, словно рядом со мной был ещё кто-то, и бросилась в душ, стараясь не анализировать свой импульсивный порыв. Я подумаю об этом завтра…
Так и сделала. Впервые за долгое время достала косметичку, заодно утилизировав то, что было просто непригодно уже к использованию.
Макияж, волосы – это не самое сложное, настоящий ад меня застиг у дверей гардеробной. Все мои вещи до сих пор лежали в чемоданах, потому что бестолковый ворох тряпья в обычной жизни мне просто был без надобности. Я вполне обходилась спортивными костюмами, джинсами и базовыми футболками. А на особые случаи у меня были миленькие сарафаны, что грели душу родителей яркостью красок и беззаботностью цветочного орнамента. Но вот ресторан…
Вытащила самый большой чемодан, и стала рыться в кипе уже давно позабытых вещей. Ладони коснулся нежный шелк, я подцепила пальцами и вытянула чёрное платье. Вот и прекрасно… Даже искать ничего не буду. Схожу один раз, утолю любопытство и забуду, как страшный сон. Это же сказка какая-то, честное слово. Собираю свою разбитую душу на свидание с незнакомым мужчиной, что одним только своим голосом заставляет меня биться в панической атаке страха. Боялась его, но всё равно собиралась. Быть может? это я чокнутая?
Я быстро отпарила наряд, радуясь удачной лотерее, потому как оно было ниже колена, руки скрывали длинные прозрачные рукава, а сдержанный квадратный вырез лишь подчёркивал грудь, а не выпячивал, как главное достоинство. Прекрасно!
Впрыгнула в дежурные лодочки, ещё раз осмотрела себя в зеркале и вышла из квартиры навстречу странному, пугающему, но очень увлекательному…
Дорога до ресторана пролетела мгновенно, я словно ехала в тумане и на автопилоте. Намеренно заставляя себя горланить тупые песни, что крутились по радио. Рассматривала водителей из соседних рядов, выжимала педаль газа, пролетая мигающие светофоры, не в силах стоять на месте лишние несколько минут. Лишь бы не думать… Лишь бы не анализировать… Потому что иначе я развернусь!
И лишь припарковавшись у центрального входа в ресторан «Мгла», меня затрясло, а ладони вновь стали влажными. Глаза запекло, дыхание сбилось, а обтягивающая ткань стала туго сжимать грудную клетку, мешая вдыхать щедрые порции живительного кислорода.
Рассматривала современное строение, ловила любопытные взгляды парковщиков, что ждали, когда я покину салон, и готова была расплакаться, но… Слёз опять не было. Лишь противная режущая боль, что иссушала слизистую, заставляя моргать часто-часто.
– Ты уже приехала, дурочка. Поздно трусить и мозг включать! – толкнула дверь, поправила платье и даже выдавила из себя улыбку парковщику, что забрал ключи от моей малышки.
– Мишель?
– Да-а-а, – неуверенно откликнулась я, заметив высокого мужчину с бэйджем «управляющий» на груди, уверенно идущего в мою сторону. – Вас ждут.
– Кто? – прищурилась я, пытаясь уловить смену его мимики.
– Ментор, – мужчина галантно подставил мне локоть и достал из-за спины шёлковый чёрный платок.
– Что это?
– Это сюрприз для вас. И, к сожалению, мне запретили рассказывать подробности.
– Минуту, Григорий, – я прочитала имя мужчины, открыла сумку, чтобы найти телефон.
Конечно… От Ментора не было ни единого уведомления. Он, сука, был уверен, что я прибегу к нему! Злость сильнейшей волной ударила мне в голову, и сейчас всё уже не казалось таким безобидным и интригующим. Я стала оборачиваться в поисках парковщиков, что исчезли с моей малышкой… Но улица вдруг стала погружаться в темноту… Фонари один за другим стали гаснуть, а проезжую часть перестали освещать фары автомобилей. По коже побежали уже знакомые мурашки… Резко обернулась в сторону ресторана, где на втором этаже дёрнулась плотная портьера. Он…
Гипнотизировала телефон, не понимая, что делать. Лишь тусклый свет экрана, сигнализирующий низким зарядом батареи, давал мне ориентир в пространстве. Григорий сделал два шага в сторону, кивнул, понимая, что мне нужно позвонить. Ткнула в иконку с ЕГО именем и зажмурилась, слушая протяжные и бездушные гудки.
– Мишель?
– Как тебя зовут? – прошипела я, отворачиваясь от пристального взгляда из окна, который чувствовала каждой клеточкой тела.