Евсения Медведева – Договор на нелюбовь (страница 6)
– Я сейчас, погоди.
– Ты куда?
– Неотложку тебе вызову, Блондинчик! И экскаватор, чтобы вывезти тебя отсюда к черту на кулички!
Бродила по дому от одного окна к другому. Как только я хлопнула дверью перед его носом, очумевший Царёв ушёл. Я думала, он взорвется от гнева, во всяком случае, его лицо больше напоминало переспелый помидор. Очевидно, что он ненавидел, когда с ним спорят и уж тем более не подчиняются его бредовым идеям. Козел!
Наверное, привык все контролировать. Наверное, и план уже составил на пять лет вперёд? Невыносимый! Просто невыносимый! Говорит, а глазища так и сканируют, роется в мозгах, путает мысли. Да и вообще! Ведёт себя, как хозяин!
Он серьезно думает, что это вот так делается? Можно играть людьми, их чувствами ради своей выгоды? Ещё глаза ему такие выразительные достались, будто специально, чтобы он мог гипнотизировать и вводить в ступор. Внутри все клокотало, мысли вновь и вновь возвращались к этому странному разговору. Возможно, нужно было дать ему шанс рассказать про свои условия, но я не могла.
Желание расцарапать его лицо было настолько сильным, что ногти вонзались в мои ладони. Поэтому и сбежала.
Рухнула на кровать, уставившись в белый потолок. В носу до сих пор стоял его навязчивый аромат, а сердце выполняло кульбиты. Бросила сопротивляться любопытству и достала из ящика планшет.
– Открой мне свои секретики, господин Царёв…
В интернете была просто куча его фотографий. И все с девушками. А вот статей оказалось вовсе не много, будто чистились регулярно. Я даже огорчилась, рассчитывая на увлекательное чтиво. Сухая биография, факты, что нарыла позавчера Наташа. Хотела я уже заблокировать экран, чтобы он не смотрел на меня, как взгляд зацепился за интервью Карины Килиной. Недолго думая, я ткнула пальцем в видео и кокетливый тонкий, но показавшийся очень противным, голос, заполнил мою комнату:
Я нажала на паузу, рассматривая миниатюрную брюнетку с чёрными, как ночь глазами. Она была настоящей красоткой. Длинные волосы спадали аккуратными волнами, обрамляя до жути милое личико. Девушка была настолько органична, с открытой улыбкой, но вот глаза… Такие холодные, жалящие и совершенно не дружелюбные. От неё же фальшью несёт за километр!
Что я делаю? Зачем? И сдался мне этот блондин и его брюнетка? Жениться надо? Вот пусть на ней и женится. К тому же, она явно не против. А я пойду на пляж!
Глава 6.
Переоделась в купальник, бросила в сумку планшет, очки, полотенце и бутылку воды, выбежала из дома. Когда вышла из калитки, застыла, в паре метров от дома снова стоял тот самый большой чёрный джип, в котором сидели два здоровячка в костюмах. Они без единой эмоции наблюдали за мной, как за зайцем на пристрелке, совершенно никого не боясь. Деваться было некуда, поэтому я помчалась к речке, надеясь, что за мной не бросятся в погоню.
Кать, ну угомонись! Кому нужна училка танцев, работающая днём в детском садике, а вечерами в ДК? Бред. Это все Наташка со своими сводками светской жизни. Все мозги мне запудрила.
– Какие люди, – крякнула Соколовская, когда я плюхнулась на покрывало. – Уже закончили?
– Что?
– Миловаться, что же ещё?
– Кать, ну расскажи. Не вредничай, – Оля перевернулась со спины на живот, уперевшись в меня искрящимся от любопытства взглядом.
– Я вам ничего рассказывать больше не стану! – скинула сарафан и помчалась в воду, чтобы охладиться, а то неровен час голова закипит.
– Катька, да мы же добра тебе желаем! Бросай его первой, пока не поздно! Потом будешь сопли на кулак наматывать, – взвыла Наташка и бросилась следом в воду. – Ну, посмотри на него и на себя. Видела, какая тачка у него? Она же стоит, как все дома на твоей улице. Не по Сеньке шапка, переоценила ты свои силы. Главное – признаться и вовремя слинять, пока не влюбилась в него по самые уши.
– Таш, ну, ты тоже палку не перегибай. Вдруг он сам влюблён?
– В кого? В Катьку нашу? – опушала Таша и стала лапать меня взглядом, как кусок мяса на рынке.
– А чем наша Катюша не хороша? Ты посмотри, какая красавица, а фигуру ты её видела? Так открой глаза свои злющие и ещё раз позавидуй.
– Боже! Соколовская, с тобой пообщаешься, в психушку удрать хочется или повеситься. И как это мне в этом идеальном мире такой неидеальной жить?
– Кать, да я не со зла же, – умерила свой пыл Соколовская. – От обиды. Знаешь же, что я падкая на красивых мужиков.
– Наташ, эта тема закрыта, и Царева мы больше не обсуждаем, – я воткнула в уши наушники, врубила музыку и подставила тело солнцу.
Чувствовала шебуршание подруг, их смех слышала, но потом вдруг все стихло. Злость закипала во мне. С появлением этого красавчика в моей жизни все пошло наперекосяк, даже подруги любимые и то ополчились. А разве я этого хотела? Внезапная тишина настораживала. Что они там задумали? Открыла глаза, напоровшись на Царева, что сидел на поваленном дереве и вертел мою пачку сигарет, затем убрал к себе в карман, стянул с себя футболку и опустился на покрывало рядом.
– Мы не договорили, Катерина, – игривый тон, которым он говорил со мной утром исчез, уступив место холодному проговариванию каждого слова.
– Александр, мы с вами не договоримся, – зашептала я, озираясь по сторонам. Мои тактичные подруги загорали на пирсе, лишь изредка бросая на нас вопросительные взгляды.
– Договориться можно всегда. И я готов пойти на многое ради твоего согласия.
– Убьете меня? – подскочила я, но забыла, что перед загаром развязала лямку лифчика от купальника, поэтому он тут же рухнул мне на колени, обнажая грудь, что сейчас практически упиралась в лицо, приподнявшегося на локти Царева.
– Хм… – откашлялся он и тактично отвернулся.
– Черт!
– Решила с козырей пойти?
– Может, это ещё не козыри? – я готова была расплакаться от позора. Такого со мной ещё никогда не случалось. Бросила взгляд на девок, что, зажимая ладонями рты, ржали, перекатываясь по пирсу. Завязала купальник на узел, сомневаясь, что вообще смогу его дома развязать.
– Может, вы недооцениваете свой расклад карт?
– Вы сюда в карты пришли играть, что ли? Ничего не пойму.
– Кать, я выполню любые ваши пожелания в обмен на услугу.
– Любые?
– Кроме противоречащих законам Божьим.
– Не возжелай жены ближнего?
– И это тоже. Катерина, я готов рассмотреть список пожеланий любой длины.
– Любой?
– Абсолютно.
– Тогда вы рискуете быть разоренным, и тогда смысл операции теряется.
– Сегодня, если ты помнишь, нас пригласили на ужин. Поэтому предлагаю познакомиться с моей семьей, а потом я обещаю, что дам тебе время все обдумать.
– Нет, Царёв. Ты и правда думаешь, что можешь вот так ворваться в мою жизнь и заставить плясать под свою дудку?
– Кать, это ужин. Просто ужин. Ни к чему не обязывает. Я доставлю тебя в целости и сохранности.
– Зачем тебе это?
– Бизнес.
– Нет, Царёв. Раз уж ты втягиваешь меня в свою мутную схему, то я хочу услышать честный ответ.
– Это дело всей моей жизни, пока старший брат проматывал родительские деньги в Америке, где якобы учился, я корпел на стройке после пар, – Александр достал мою сигарету, вложил её в губы и провернулся, очевидно прося огня. – Закончил универ и отправился не в офис штаны просиживать, а на стройку, опыта набираться. А теперь я должен отдать все в его руки? Нет. Это дело моей семьи, и хотят они того или нет, я его продолжу.
– Почему отец любит больше старшего сына? – чиркнула зажигалкой, не сводя глаз с его напряженных губ.
– Ты с чего так решила? – резко затянулся он, удерживая дым в легких.
– Это бросается в глаза.
– Любовь – это чувство, там нет цифр и расчётов. Поэтому этого я сказать не могу. Но думаю, что просто понимает, что если дед утвердит меня, то ему придётся уйти, а с Борисом есть шанс побыть у штурвала. Но я могу и ошибаться. Один ужин, Катерина.
– Хорошо.
– Тогда мы уже опаздываем…
Я то и дело выглядывала, чтобы убедиться, что это не сон. Блондинчик терпеливо ждал у своей блестящей чёрной тачки, непрерывно разговаривая с кем-то по телефону, лишь изредка бросая взгляд на балкон моей комнаты, что выходил на дорогу.
– Вот, красное! – Наташка вытащила из кладовой платье в каких-то диких пайетках, очевидно ещё со школьных праздников и победно затрясла им в воздухе.
– Нет, это все не то! – я досушила волосы феном, схватила полотенце, чтобы прикрыться и вышла на балкон. – Милый, а что надеть?
Царёв сначала не понял, что обращаются к нему, а потом медленно поднял голову, ослепляя томных девок своей лучезарной улыбкой.
– Дорогая, это семейный ужин, можешь хоть в купальнике явиться.