Эвилина Миллер – Тугие узы (страница 8)

– Мама? – позвал я.

– Что?

– Извини меня, я не хотел тебя обидеть.

– Я подумаю, – сказала она и бросила трубку.

Я опустился на стул и провёл рукой по лицу, чувствуя себя опустошённым. Хоть бы обошлось. Мать не всегда вела себя так. Раньше она была неэмоциональной и очень красивой – такая снежная королева с красивым кукольным лицом, зелёными глазами и ярко-рыжими густыми волосами. Внешность у неё яркая, а сердце будто изо льда. Время не стерло её красоту, но спокойствие исчезло, уступив место взрывоопасной нетерпимости. Раньше меня кидало в дрожь от её ледяного взгляда, сейчас бросает в жар от вспышек гнева.

Я взглянул на часы. Можно успеть обратно на работу, но сначала я должен проверить её.

Войдя в подвал, я включил свет и бросил взгляд в дальний угол. Она лежала на боку, всё также в коконе из веревки, руки были крепко затянуты изящными узлами за спиной. Грудь поднималась и опускалась.

Я подошёл ближе. Она подняла голову и посмотрела на меня с мольбой в глазах.

– Ты тихо себя вела?

Она кивнула.

– Слышала что-нибудь? Какие-нибудь звуки за дверью?

Она уставилась на меня не моргая. Ответить с кляпом во рту она не могла.

Было видно, что верёвки доставляли ей дискомфорт. Это именно то, что мне надо. Пусть узнает, каково это. Мне не хотелось пропустить ни одну её эмоцию.

– Ляг на живот, – проговорил я, вглядываясь в её лицо. Но она лишь обречённо прикрыла глаза и перекатилась. Я наклонился и сильно сжал её ягодицы.

– Надеюсь, тебе удобно, – произнёс я насмешливо и неожиданно даже для себя шлёпнул её. Она вздрогнула и издала приглушённый звук.

– Ну что, нравится?

Сначала её тело было напряжено и вздрагивало от каждого шлепка. Затем, она повернула голову и обмякла на матрасе.

– Соберись! – прокричал я, отвешивая удары снова и снова. Она не реагировала. Её ягодицы становились все багровее.

– Ты должна страдать, – проговорил я, сам не понимая, кому адресую слова – ей или себе самому.

Телефон в кармане завибрировал. Я остановился, моя рука тоже покраснела и начала гореть. Звонил Руслан. Я решил не отвечать на звонок, пока не придумаю, как оправдаться.

– Ну ладно, мне некогда. Потом продолжим, – сказал я торопливо и расстегнул ремешок кляпа.

Она выдохнула.

– Фух, спасибо!

Её челюсть хрустнула, когда она говорила.

– Рано радуешься, – ухмыльнулся я, чувствуя прилив возбуждения. – Поднимайся.

Я сам приподнял её в положение стоя.

– Зачем вы меня связали? Разве цепи на ноге недостаточно? Я же всё равно не смогу убежать, – слабым голосом произнесла она.

Я улыбнулся её непонятливости.

– Дело же не только в том, чтобы ты не убежала…

– А в чём же?

– Я не собираюсь тебе ничего объяснять, – отрезал я.

Один конец верёвки я привязал к петле на потолке, встав на табурет, а второй продел через верёвки на спине, тем самым закрепил её в стоячем положении.

– Полежала, теперь постой.

– Я хочу есть, – произнесла она страдальчески.

– Ты будешь есть, когда мне удобно, – ответил я и, ещё несколько секунд полюбовавшись своим «творением», покинул подвал.

Пока я поднимался, телефон опять зазвонил. Пришлось ответить:

– Алло, Руслан.

– Альберт, привет. Что с тобой? Ты куда-то пропал, – раздался его озадаченный голос.

– Простите, Руслан. Моей маме стало плохо, пришлось срочно ехать к ней, – солгал я, стараясь, чтобы голос звучал искренне.

– Да, Марина сказала, что тебе мама звонила. Главное, что сейчас всё нормально?

– Да, вызвали скорую, вроде всё обошлось, – продолжил я импровизировать.

– Ну тогда не возвращайся сегодня. Отдохни. Завтра всё доделаешь.

– Но у меня работа… – начал я.

– Альберт, серьёзно. Успеешь. А не успеешь – пусть Антон делает. Всё, удачи.

– Э-э, – замялся я, – спасибо, вам тоже удачи.

Я не ожидал такого участия со стороны начальника. Думал, он наорёт или оштрафует за прогул. Только сейчас я почувствовал сильную усталость. Хорошо, что не надо никуда спешить.

Я пошёл на кухню. За окном покачивались на ветру пожелтевшие деревья. Блёклое солнце прорезалось сквозь редкую листву, и его лучи рисовали полоски на стене. Я решил сварить себе кофе. Насыпав в турку пару ложек кофе и залив водой, я включил плиту. Карауля, чтобы кофе не убежало, я стоял рядом и думал о том, что нужно быть осторожнее.

Когда-то я уже менял замок от калитки, так как он пришёл в негодность, и думал, что теперь ключи будут только у меня. Но уже в следующий свой визит мать без спроса взяла запасной ключ, и я не мог ей запретить. Уж лучше пусть приезжает она, чем отец. Я старался избегать его насколько это возможно. К счастью, он, кажется, потерял ко мне интерес.

Он служил моряком, и когда уходил в плаванье, я выдыхал. Месяцы без него можно назвать светлым пятном на чёрной полосе моей жизни. Мать, конечно, тоже была не подарок, но с ней я научился лавировать. Она сокрушалась, что у неё родился сын, а не дочь, и вечно была недовольна моей внешностью. Её любимая фраза «когда родился, был такой хорошенький, не знаю, что потом случилось» навсегда засела у меня в голове.

Кофе сварилось, и я процедил его в кружку с логотипом моей компании: чёрный силуэт лилии на белом фоне. Интересно, начались ли поиски пропавшей? Пока не хочу ничего знать. Это будет меня нервировать и отвлекать. Да и зачем? Я добился своего. Похитил девушку, воплотил то, о чём столько лет мечтал. Внутри росла гордость, но чувство было каким-то неполным, словно с примесью горечи. Она понятия не имеет, что ей придётся заплатить за всё. За всех, кто меня унижал, кто смеялся, кто считал меня никем.

Она – жертва обстоятельств. Это мог быть любой. Просто ей не повезло.

Глава 8

«Там кто-то есть. Не Альберт».

Такие мысли проносились у меня в голове, пока я лежала связанная на краю матраса. Сегодня утром спустя несколько часов после того, как он ушел, я услышала удары в дверь. Я пыталась вслушаться, чтобы разобрать что-то ещё, но нет – только несколько глухих ударов. Связанная и с кляпом во рту я не могла привлечь внимание. Возможно, здесь живёт кто-то ещё. Кто-то заинтересовался подвалом.

Буду надеется на это. Без надежды в такой безвыходной ситуации нельзя. Хотя Альберт сказал не надеяться на спасение. И что же? Смириться и ничего не ждать? Нет, рано сдаваться. Я попыталась подвигать ногами и через какое-то время сумела немного расслабить верёвки, окутывающие тело частыми рядами. Стало немного полегче.

Интересно, как я выгляжу? Естественно, тут нет зеркала. И вряд ли он мне его принесет. А может оно мне и не нужно. Возможно, мне скоро уже ничего не понадобится…

Я пыталась понять мотивацию своего похитителя. Сколько у него было жертв и что он с ними сделал? Или, если я первая, то что будет, когда я ему надоем? Пока я отметила для себя, что в его поведении есть нервозность, неуверенность, сменяющаяся самоуверенностью и властностью. Мне необходимо узнать его лучше и подобрать к нему ключ. Но только если у него отсутствует эмпатия, как у психопатов, повлиять на него вряд ли получится. При этой мысли у меня всё сжалось внутри от страха.

Сейчас я его не сильно боюсь. Должна бояться, но пока испытываю любопытство. Для меня он остаётся загадкой, которую хочется разгадать. Благодаря ему я узнала, что могу получать удовольствие от секса, даже от грубого секса. Вспомнив Влада, я ощутила стыд и раздражение. Всё с ним было «правильным», но блёклым. Влад восхищался собой, был уверен, что мне достаточно его тела. С ним мне не удавалось испытать таких приятных ощущений. Это расстраивало, но я молчала. Он считал, что у нас в постели всё отлично, и я не хотела его разочаровывать.

Когда Альберт наконец вернулся, я даже обрадовалась. Мне было одиноко, скучно и неудобно. Я улыбнулась.

– Что тебя развеселило? – подозрительно спросил он, прищурив светло-зелёные глаза, обрамлённые тёмными бровями. Его волосы были взлохмачены, светло-русые пряди торчали в разные стороны. Темно-зелёная мятая футболка, явно великоватая, не скрывала его худощавое тело и слегка сутулые плечи. Следы от акне на щеках слегка покраснели, будто он только что вышел из душного помещения.

– Ничего. Я рада, что вы вернулись, – объяснила я, стараясь звучать мягче, чем чувствовала.

– Замолчи, я не выношу лицемерок, – с ненавистью процедил он.

У него проблемы с доверием.

– С вами всё в порядке? – спросила я, так как вид у него был взъерошенный, капли пота стекали по лбу.

Он на секунду завис, как будто смутился, но потом обошёл меня по кругу.