Эвилина Миллер – Соперницы. Сделай правильный выбор. (страница 46)

— Стефания, не против перейти на «ты»? — спросил Евгений.

— Нет, — сказала я, хотя переходить с ним на менее формальный стиль общения казалось мне одновременно непривычным и... опасно привлекательным.

— Советую заказать вот этот стейк, — Евгений указал пальцем на пункт меню.

— Ну раз вы, то есть ты советуешь... — я откинулась на спинку дивана, — тогда сам всё и заказывай, а я оценю.

Официант принял заказ и забрал меню. Мы сидели напротив друг друга. Я ругала себя за то, что чувствую себя слишком зажато. Обычно такого никогда не происходило. Я смотрела куда угодно, только не на Евгения.

— Тебе здесь не нравится? — услышала я бас.

— Нравится, — сказала я честно, — очень оригинально.

— Ты хотела узнать о вчерашней встрече, — напомнил Евгений.

— Да, — обрадовалась я, что он сам заговорил об этом.

— Рассказывать без цензуры или общими фразами?

Я с опаской взглянула на него:

— Можно остановиться на чём-то среднем, а то я уже начинаю бояться.

— Не бойся, — улыбнулся Евгений, — мы с моими друзьями просто преподали урок твоему бывшему.

— С друзьями? — нахмурилась я.

— Я буду называть их так, — уточнил Евгений. — Я договорился с ним о встрече недалеко от моего склада. Соврал, что у меня осталось много нереализованных стройматериалов и хотел предложить ему продать их по своим каналам.

— И что? Он поверил?

— Да. Пошёл со мной на склад, и там его встретили мои друзья. Мы с ним хорошенько поговорили, показали все документы, которые ты мне переслала. Он пытался отпираться, даже предлагал мне часть денег...

Я покачала головой.

— Мы долго с ним провозились. Он до последнего не хотел возвращать украденное. Только когда мы пригрозили расправиться с ним и его новой...

Евгений осёкся, а потом продолжил, видя, что я внимательно слушаю:

— Только после прямых угроз он наконец сдался.

— То есть он проявил стойкость? — усмехнулась я.

Евгений кивнул.

— А он упоминал меня? — решилась спросить я.

Евгений подумал несколько секунд:

— Он спрашивал, откуда мы узнали и кто нас подослал. Не понимал, при чём тут ты.

— И что ты ответил?

— Сказал, что я защищаю тебя и твои интересы. Так что пусть не смеет покушаться ни на тебя, ни на твою семью.

Я попыталась скрыть улыбку. Пусть Марк знает, что за меня есть кому постоять. Что меня может защитить не только папа...

— Спасибо, что так быстро смог решить этот вопрос. Иначе бы... — я помолчала несколько секунд, — он там наслаждался бы жизнью с силиконовой эскортницей! Его даже не смутило, что она спланировала охоту на него до мелочей! И ей явно были нужны деньги, а не он сам. Он её лет на тринадцать старше. Интересно, останется ли она с ним теперь?

Евгений смотрел на меня, не отрываясь.

— Ты правда хочешь сейчас обсуждать любовницу твоего бывшего мужа?

Я опомнилась. Как всегда, не думаю, что говорю. Издала грустный вздох. Официант принёс заказ, но я не шелохнулась.

— Ещё не отболело? — спросил Евгений.

Я не ответила, боясь снова удариться в рассуждения, неуместные для нашей встречи.

— Это ничего, — он нарушил тишину, — пройдёт.

— Я просто не была готова к такому... У меня и мысли не было, что мне когда-нибудь изменят, что я разведусь. Мне всегда казалось... это происходит у других, а не в моём идеальном мире. И хотя умом понимаю, что последнее время мы не были идеальной парой, сердце ещё цепляется за хорошие моменты и не отпускает до конца.

— Стефания, это абсолютно нормально. Ты же живая. А теперь попробуй стейк, пока не остыл.

Я взяла вилку, попробовала кусочек. Горячее, сочное, с тонкой корочкой и дымком.

— И правда, — прошептала я. — Вкусно.

Я взглянула на Евгения и на его огромные мускулистые руки, которыми он резал стейк. Положила вилку и, хитро прищурившись, наклонилась к нему через стол:

— А ты бы неплохо смотрелся на входе в ночной клуб. Такой: руки в замок, серьёзный взгляд. Типичный вышибала. У тебя случайно бейджика нет?

Я усмехнулась. Он оторвал взгляд от стейка и посмотрел на меня так, будто собирался просверлить во мне дыру глазами.

— Если ты собираешься общаться в таком тоне — мы можем закончить ужин сейчас.

Я опешила.

— Ты серьёзно?

— Вполне.

Я сделала глоток вина и продолжила, не желая уступать:

— Ну прости, мистер вышибала. Не знала, что ты такой чувствительный.

Евгений положил нож и вилку на тарелку медленно, как будто что-то решил для себя.

— Стефания, — проговорил он наконец. — Если хочешь, чтобы с тобой обращались как со взрослой женщиной, а не как с капризной дурой, держи язык за зубами, когда не уверена, что шутка уместна.

Я замерла. Не могла поверить, что он посмел пристыдить меня в такой форме. От унижения щёки вспыхнули. Хотелось плеснуть ему вино в лицо, но я побоялась.

Евгений спокойно вернулся к своему стейку. Я опустила глаза, не зная, что сказать. Всё тело пульсировало от странной смеси злости, стыда и ещё какого-то нового чувства.

— Ты что не ешь? — спросил он как ни в чём не бывало.

Я молча взяла вилку и нож, всё ещё находясь в ступоре. Со мной ещё никогда так не разговаривали. Прикусила губу от обиды. Наверное, я должна была уйти, но меня будто приклеило к дивану.

Евгений посмотрел на меня внимательно:

— Стефания, я, возможно, выразился резко, но я сразу предупреждаю: я никому не позволяю разговаривать со мной неуважительно. Так же и я сам стараюсь проявлять уважение к окружающим.

Я посмотрела на него, ощущая себя девчонкой, которой читают наставления.

— И я ненавижу глупость в любом её проявлении.

— Ты что, считаешь меня глупой? — вспыхнула я.

— Нет, иначе не обратил бы на тебя внимания. Но я вижу, что тебя иногда заносит на поворотах. Так что следи за словами — и всё будет отлично.

Я не ответила.

— Хорошо? — спросил он уже с ноткой раздражения.

— Да, хорошо, — ответила я.

Он задел моё самолюбие, но в душе я понимала, что он прав. Я не всегда могла держать язык за зубами. От этого часто возникали неприятные ситуации.