Евгения Зимина – Невеста напрокат (страница 35)
Я обернулась, чувствуя, как жар разливается по щекам. Он сидел на краю огромной кровати, уже без камзола, в простой льняной рубашке, расстегнутой настолько, что открывала твердые очертания груди. Его волоса слегка влажные и взъерошенные, блестели капельками воды.
— Я... — мой голос предательски дрогнул. — Просто любуюсь садом. Кажется, новые яблони прижились.
Он поднял бровь, явно видя сквозь мою ложь:
— После нескольких месяцев брака, спасения меня на разломе и одного спасённого королевства от Тени, ты всё ещё стесняешься меня, герцогиня?
Я скрестила руки на груди:
— Это не стеснение. Просто... — я вздохнула,
— Доверься мне. — он встал и медленно подошёл ко мне. Каждый его шаг заставлял моё сердце биться чаще.
Я не успела ответить. Его пальцы коснулись моей шеи, осторожно отводя прядь волос за плечо.
— Помнишь нашу первую встречу? — прошептал он. — Ты стояла на пороге и дерзила мне.
Я фыркнула, несмотря на волнение:
— А ты притворялся холодным и неприступным графом.
— Притворялся? — он притворно возмутился, прижимая ладонь к груди. — Я был ужасающе холоден и неприступен. До тех пор...
Его губы коснулись моего виска, заставляя меня дрожать.
— До тех пор? — я едва выдавила из себя вопрос.
— До тех пор, пока не увидел, как ты смотрела на меня, прогоняя. — его руки обняли мою талию.
Я рассмеялась, чувствуя, как напряжение постепенно уходит:
— И ты ушел.
Дэниэл повернул меня к себе. Его глаза в свете свечей казались ещё темнее.
— В тот момент я понял, что тебя я точно не упущу.
Я шлёпнула его по плечу, но он только засмеялся и притянул меня ближе.
— Серьёзно, — его голос внезапно стал серьёзным. — Ты думала, я остался бы рядом, если бы всё это было только из-за долга? Если бы я не...
Он замолчал, проводя пальцем по моей щеке.
— Не что? — прошептала я.
— Если бы я не любил тебя всем своим чёрствым, скучным графским сердцем.
Мои пальцы сами потянулись к его лицу, скользя по щетине на щеках.
— Твоё сердце не чёрствое, — сказала я. — Оно... — я приложила его ладонь к своей груди, прямо над бешено колотящимся сердцем, — оно идеально совпадает с моим.
Его губы нашли мои в поцелуе, который начался нежно, но быстро стал глубже, страстнее. Я ощущала каждый его вдох, каждый стук его сердца через золотую нить, связывающую нас.
Когда он поднял меня на руки, я вскрикнула от неожиданности, затем засмеялась:
— Ты что, собираешься носить меня всю ночь, ваша светлость?
— Только до кровати, ваша светлость, — он улыбнулся мне той самой улыбкой, которая всегда заставляла моё сердце ёкать. — Но предупреждаю — я не намерен отпускать тебя до утра.
Осторожно опустив меня на покрывало, он начал развязывать узелки моей прозрачной сорочки, его пальцы слегка дрожали.
— Ты уверен, что... — я начала, но он прервал меня поцелуем.
— Я никогда не был так уверен ни в чём в своей жизни, — прошептал он, отбрасывая последнюю преграду между нами.
Когда наши тела наконец соединились, золотая нить вспыхнула так ярко, что на мгновение осветила всю комнату. Я чувствовала его не только физически, но и каждой частичкой своей души, его эмоции текли через связь, смешиваясь с моими.
— Диана... — он прошептал моё имя, как молитву, когда мы достигли пика вместе.
Позже, когда луна уже высоко поднялась в небе, я лежала, прижавшись к его груди, слушая стук его сердца.
— О чём ты думаешь? — спросил он, играя моими волосами.
Я подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза:
— О том, что я, наверное, самая счастливая женщина во всём королевстве.
Он рассмеялся
— Моя герцогиня, — поправил он, целуя мои пальцы. — И моя любовь. Навсегда.
Глава 39
Глава 39
Утро началось с того, что я проснулась от дикого желания съесть жареную рыбу с мёдом.
— Виллиан! — позвала я, всё ещё не открывая глаза. — Сейчас же попроси Азалию принести мне скумбрию в медовом соусе!
Кот, дремавший в ногах кровати, поднял ухо:
— Ты что, с ума сошла? Это же отвратительно.
— Я не прошу твоего мнения! — зашипела я, чувствуя, как внутри меня поднимается волна раздражения. — Если через пять минут её не будет, я…
Дэниэл, до этого мирно спавший рядом, приподнялся на локте, его тёмные глаза изучали меня с любопытством.
— Любовь моя, ты вчера вечером говорила, что от одной мысли о рыбе тебя тошнит.
— А сегодня я хочу рыбу! И мёд! И… — я задумалась, чувствуя, как желудок предательски урчит, — …маринованные огурцы. Немедленно.
Дэниэл не спорил. Он просто поднялся, накинул халат и, прежде чем выйти, обернулся:
— Сам схожу. Ещё что-то? Может, варенье с солёной капустой?
— Да! — воскликнула я, не замечая его сарказма. — И печенье. Но только то, что пекла Азалия.
Он улыбнулся и вышел, а я плюхнулась обратно на подушки, чувствуя, как мир вокруг меня абсолютно невыносим.
Виллиан осторожно подобрался ко мне:
— Ты уверена, что не проклята?
— Если бы я была проклята, ты бы уже висел на стене в виде чучела.
Виллиан тяжко вздохнул. Ему и Дэниэлу приходилось выносить от меня всё. Соглашаться и поддакивать. Вот к чему сейчас эти вопросы? Я прищурилась и посмотрела на кота, а тот сделал вид, что не замечает.
К шестому месяцу мой живот стал настолько большим, что я с трудом передвигалась. Дэниэл превратился в няньку, он предупреждал каждый мой каприз, носил меня на руках, если я уставала, и даже запретил Совету собираться после полудня, потому что я любила поспать, а он не мог покинуть дом надолго в это время. Вдруг я проснусь!
И вот однажды, когда я сидела в саду и с наслаждением ела клубнику, посыпанную солью, во двор въехала королевская карета.
— О нет… — прошептала я, увидев, как из неё выходит сам король в сопровождении мага-лекаря Ордена Очищения.
Дэниэл, стоявший рядом, мгновенно напрягся.
— Ваше Величество, мы не ждали…