Евгения Зимина – (не)покорная для альфы (страница 18)

— Я туда не полезу! Если упадем, будет только хуже. И запах, и увечья. У тебя есть спрей.

— Нельзя его понапрасну использовать. Баллончик всего один и его хватит лишь на три дня. Дуй вперед.

— Луна! Что тебе в клане спокойно не сиделось? Решил меня похитить и угробить.

— Не заговаривай мне зубы и лезь уже.

Пришлось мне вступить на эту шаткую конструкцию из веревок и палок. Лишь бы только выдержала! Лишь бы только выдержала!

Я молилась Луне, осторожно шаг за шагом передвигаясь по трухлявым деревяшкам, одна упала вниз прямо на камни.

— Какой гад придумал под этим мостом уложить камни? — процедила, переводя дух. Придется собрать всю свою волю, чтобы дотянуться до следующей дощечки.

— Тоже заметила, что это рукотворное творение? Нагоняет страх на непрошеных гостей.

— Могли бы просто уничтожить мост.

— Так не интересно. А переплыть эту реку невозможно, в ней слишком много омутов, видишь вон те воронки, никто еще не выплывал. Живой. Так что смотри лучше вперед, а не в воду.

— А-а! — воскликнула, когда нога соскользнула с веревки. Бета схватил меня одной рукой. Прижал к своей груди спиной и зашептал в ухо.

— Дыши. Успокойся, мы прошли больше половины и, поверь мне, лучше идти вперед.

Его поддержка помогла, он не торопил, но я сама понимала, что долгий и медленный переход может сыграть злую шутку. Наконец мы добрались до обрывистого берега и я упала на свои дрожащие колени, Луна, как же я была напряжена, на этом мосту. Я сделала это! Перешла его и жива. Спасибо тебе, Луна!

— Спасибо, Бес. — усмехнулся бета. — Хотя, о чем это я.

Он достал широкий нож и рубанул по веревкам, мост заскрипел и провис, а потом упал одной стороной в реку.

— Вот теперь можно и уничтожить. Уходим.

ГЛАВА 22

Дарина

Прошло еще несколько дней, и мы с Ксенией, сидели на террасе их с альфой дома. Тёплый вечер утопал в ароматах розовых кустов, которые росли вокруг дома. К вечеру стихала жизнь вокруг и стояла трепетная тишина.

— Хорошо у вас.

— Наш городок тихий, на земле Илиаса больше деревень. У вас слишком шумно и неспокойно.

— У нас, — усмехнулась я. — У альфы Волоцкого, а я пока… просто омега. От него нет вестей уже несколько недель, неужели так трудно позвонить? И она там с ним. Пахнет им, живет с ним, пусть и подставная омега, но она женщина.

— В тебе говорит ревность.

— Я не могу быть такой спокойной и рассудительной, как ты.

— Из нас троих раньше ты всегда была самой умной, Дарина. Ты так умело пряталась в больших городах, планировала отходы, находила, у кого приобрести спреи, новые документы.

— Где сейчас Арина? Переживаю за неё, особенно после твоих слов, что Алекс позволил им уйти. Бету просто так не отпускают. И сейчас без одного беты Алекс слабее.

— Сильнее. Ведь у него есть ты, и ты его пара. Они сами придумали эти сказочки, что омеги слабые и никчемные, мы даем силу альфам. Мы их истинные. Равные им.

— Осталось только признать это. Ксения, вы с Илиасом много делаете для нас и всех других. Он тебя очень любит.

— Алекс тоже. И не спорь со мной, я эмпат и чувствую его эмоции. Вот увидишь, он считает минуты до встречи с тобой.

Ох, если бы.

Меня съедала тоска по нему. Я ревновала его ко всем женщинам его клана. Больше всего к той, которая в клане притворяется мной. Я понимаю, это сделали, чтобы обезопасить меня. Пока в клане полно тех, кто противится новому порядку.

После мы узнали новость, что убит один из альф соседнего клана и начался передел земель. Там не нашлось сильных представителей, способных возглавить клан. Оборотни решают к кому примкнуть, кому присягнуть на верность. Или остаться вне клана, что делают очень редкие оборотни. Это опасно и абсолютно не нужно. Оборотни привыкли жить кланом. Подчиняться альфе, иметь свою роль при клане. Одиночкам и работу не дадут. Они словно изгои и не свои, и не чужие.

Хочешь жить отдельно от клана, значит, не имеешь ничего общего с ним. Люди тоже не особо рады одиночкам. Клан дает хоть какую-то защиту и им, а от одиночек неизвестно чего ожидать.

Еще через несколько дней приехало несколько оборотней из клана Волоцкого. Я видела их в городе, в доме альфы, они проявляли преданность ему. Он не может сам оставить город и прислал за мной своих людей в сопровождение.

— Видишь, всё хорошо. Ему самому нетерпится скорее тебя увидеть. — Ксения меня провожала, обнимая у машины. — Скоро всё закончится, вот увидишь.

Но всё только начиналось.

У меня не возникло ни минуты сомнений, что может произойти что-то не так. Мы ехали в город, дорогу я прекрасно помню. За нами следовал джип с охраной, я ехала в первом между двумя крепкими парнями.

В какую-то секунду почувствовала еле заметный укол в шею и моё лицо начало неметь. Я беспомощно смотрела вперед понимая, что это совсем не охрана, которую отправили за мной, а самые настоящие враги моего альфы, похитители. Последнее, что я увидела, это то, как мы сворачиваем на окружную дорогу.

Не знаю, сколько времени я провела в отключке, очнулась я в комнате с деревянным полом и ковром на стене. Скрипящая кровать на старой сетке, тонкое подобие матраса, надо же, позаботились об удобстве. Меня могли запросто закинуть куда-нибудь в подвал. А я здесь.

Огляделась. На окне решетка, сварка свежая, её поставили буквально на днях. Скудно светящая лампочка без какого-либо плафона одиноко висела на потолке с желтыми разводами. Ещё и протекает, прекрасно. Надеюсь, я не буду здесь находиться в дождливый сезон. Одна кровать с сеткой, с наброшенным тонким матрасом и одеялом не первой свежести. Тумбочка зияла дырами от вынутых ящиков… На стене у кровати старый замшелый ковер, и новая железная дверь. Её тоже, видимо, установили на днях.

— Эй! — постучала по ней. Стук отозвался громким гулом. — Эй, выпустите меня!

Никто не откликался. В окно ярко светила луна, а потом… потом в свете ночного светила я увидела на стенах царапины. Много царапин от когтей волка.

Здесь уже кого-то держали.

Я оглянулась в опаске, словно этот волк здесь.

Что с ним стало?

Или с ней…

Здесь вполне могли держать похищенных омег.

За нами ведь всегда охотились…

Узнать бы еще, где именно я нахожусь, за окном ничего не рассмотреть кроме неба. Близко к окну еще одна постройка с совершенно глухой стеной. Никакого обзора.

ГЛАВА 23

ГЛАВА 23

Потом я услышала голоса. Мужской и женский.

— Я хочу остаться наедине с ней. Никто не узнает, прошу тебя! — женский голос показался мне знакомым, я прислушалась и вспомнила. Мириам! Это ее голосок, не спутаешь. Подошла к стене у двери и вся обратилась в слух.

— Я сильно рискую, Мириам! Зачем тебе к ней?

— Хочу посмотреть на нее, как ей теперь на самом дне в грязи. Я слышала, ее Ливанский себе заберет завтра, сделает своей подстилкой. Её участь это подвал и рождение будущих альф одного за другим.

Завтра? Я сжала кулаки. Не знаю, кто такой этот Ливанский, но уверена, что не менее мерзкая личность, чем похитители и Мириам. Она, сама того не ведая, раскрыла мне все карты. А я… я так просто не сдамся.

Меня хорошо обработали спреем, даже слишком, все запахи напрочь снесло, даже обычного оборотня. Возможно, поэтому они не чуют моё присутствие совсем рядом.

— Только быстро, Мириам. Я буду у себя.

— Ты мне не нужен. Я уйду и сразу же уеду домой, ни с кем не пересекусь, никто не заметит меня. Моя машина за воротами. Ключи вон там на стене оставлю.

Удаляющиеся тяжелые шаги дали понять, что мужчина ушел, а эта мстительная особа ковыряется с замком. Огляделась по сторонам, никакой палки даже нет, чтобы огреть ее как следует.

Как только она вошла, всматриваясь в комнату, искала взглядом меня, как я накинулась на нее со спины. Можно было выскользнуть в дверь, но она поднимет шум и меня схватят прежде, чем я соображу, где тут ворота.

Зажала ей рот ладонью и силой ударила об стену. Её беда, что она в узкой юбке и на шпильках, не смогла устоять. Некоторое время мы боролись.

— Ах ты сс… — Мириам совершила ошибку, вместо того, чтобы заголосить и позвать на помощь, принялась ругаться, когда я на мгновение убрала руку.

— Заткнись! — я повалила ее на пол, и скрутила руки за спиной, уткнув лицом в одеяло, сброшенное на пол во время недолгой борьбы.

Пригодился ремень с моих брюк, зафиксировала ей крепко руки, прижимая лицо к полу.