Евгения Спащенко – Терновая ведьма. Изольда (страница 69)

Рыжая склонила голову.

— Я знаю, кто ты.

Прозвучало не слишком приветливо.

— Лэлле, — выдержав долгую паузу, наконец выдавила она.

— Значит, ты помогла мне переодеться! — Изольда шагнула к ветряной девушке, но тут же отпрянула, вспомнив про ломкие зеркала. — Не затруднит ли тебя вернуть мое старое платье?

Рыжая бровь Лэлле поползла вверх. Больше она ничем удивления не выразила.

— В кармане осталась одна дорогая мне вещь, — отчаявшись поболтать, пояснила Изольда. — Если, конечно, она не выпала по пути сюда.

Ветресса кивнула, мимоходом поправляя высокие перчатки.

— Твоя одежда наверху, могу показать…

— Буду крайне признательна.

Мысль о том, что она чем-то обидела новую знакомую, не покидала принцессу.

— Придется идти в обход. — Рыжеволосая безразлично взмыла под потолок. — Следуй за мной.

Короткий взгляд на зеркальный коридор, убегающий в глубину чертога, и Изольда заспешила за Лэлле. Догнать ее было непросто: ветресса двигалась быстро, к тому же ей не приходилось преодолевать ступени. Принцесса же, напротив, тратила уйму времени, чтобы подняться по ним и спуститься.

«Не слишком жалуют гостей в Железном доме. — Она с трудом перевела дыхание и упрямо взялась за очередные перила. — Ни за что не стану просить Лэлле лететь помедленнее».

Залы все мелькали, но постепенно стены начали сужаться, потолок опустился, и Лэлле пришлось снизиться. Пригнув голову, она нырнула в проход, который вывел на винтовую лестницу в очередном флигеле.

— В самом конце — комната, — с неприступным видом пояснила рыжая. — В сундуках ненужный хлам. Среди него откопаешь свое платье.

— Спасибо, — промямлила Изольда в ответ.

— Назад возвращайся той же дорогой… Ты ведь ее запомнила?

— Конечно!

По правде, принцесса понятия не имела, как попасть из башни в свои покои, но злость на ветрессу не позволила признать это вслух.

— Хорошо. — Лэлле кивнула холодно и унеслась прочь, взмахнув на прощание рыжим локоном.

Принцесса фыркнула.

— Ну и нравы в чертоге у Хёльмвинда! По сравнению с Лэлле он просто образец вежливости. — Она затопала по ступеням, сопя на манер запыхавшегося волка.

Лесенка поднималась круто, макушкой девушка почти задевала верхние ступени. А когда добралась до арочной двери, голова у нее кружилась.

Круглая комнатка под потолком оказалась небольшой и уютной. В стене имелось лишь одно узкое окошко, потому от ветра вполне можно было укрыться. Башня словно состояла изо льда: сквозь толстую кладку виднелись искаженные очертания гор. Изольда подивилась немного прозрачным стенам и занялась сундуками, сложенными друг на друга. Ее ритуальная сорочка нашлась в самом верхнем. По счастью, в кармане лежало не тронутое никем кольцо.

— Радуйся, Давен Сверр. — Изольда натянула перстень на палец. — Твой дар не сгинул в проклятом пламени.

Порывшись еще немного в ларцах, она извлекла на свет белую меховую муфту и нежную, как паутина, шаль.

— Просто предел мечтаний!

Девушка соорудила из накидки теплый шарф.

— Осталось разыскать дорогу к волку — и удача снова в моих руках.

Но для начала следовало найти коридор, что выведет ее из хитросплетения залов и переходов. Это девушке никак не удавалось. Призраком блуждала она по Железному дому, силясь припомнить, какую из дверей открывала рыжеволосая Лэлле. Но все створки выглядели близнецами друг друга, а комнаты за ними не выделялись памятной обстановкой.

Прошатавшись по дворцу несколько часов, голодная, уставшая принцесса вышла в просторный холл. Резьба украшала его стены, створки напротив закрыть не удосужились, и, миновав их, скиталица очутилась на горном плато.

Та самая площадка, которую она видела у крыльца перед домом, вспомнила Изольда и, ликуя, бросилась на улицу. Но о радости тут же пришлось позабыть: со всех сторон крыльцо окружала пропасть. Даже странно: зачем строить двор на краешке скалы — на карете не подъедешь, гостей встречать не приходится. А если кто и посещает замок, то влетает прямо в открытые окна.

Значит, без помощи ветров отсюда не выбраться. Принцесса сунула руки в карманы и вдруг нащупала хрустальный колокольчик. Как же она забыла о нем? Скольких бесцельных скитаний можно было избежать с его помощью?

Не раздумывая ни минуты, гостья Железного дома сжала в пальцах зачарованный звоночек и затрясла что есть силы. Взъерошенный Либ мигом примчался на зов.

— Уверяю тебя, она и не думала грубить! — накрывая невидимый табурет принесенной только что скатертью, хихикал Ветер ущелий.

— Но вид у нее был суровый. — Изольда уселась на жесткое сиденье, ставшее для нее более-менее осязаемым.

— Не обращай внимания, — наколдовав из воздуха низенький столик, отмахнулся юноша. — Недаром мы зовем ее Колючий ветер.

Принцесса глянула на него с любопытством.

— Лэлле не слишком дружелюбна. Целыми днями носится по миру, сопровождая самую мерзкую погоду, какую только можно придумать. Моросящий дождик, холод и затвердевшие на морозе капли — вот ее обычное окружение.

— Весьма печально. — Юная принцесса поерзала на стуле.

— Не то слово. Потому и характер у нее не сахарный. Иначе растаяла бы посреди ненастья.

— А как ее настоящее имя? — Изольда налила себе кипятка из чайника, который Либ снял с огня минутой раньше.

— Огненный ветер. И это странно, учитывая, что она — младший северный. Но, честное слово, когда ощущаешь на себе колючий мокрый ураган Лэлле, понимаешь, за что ее так величают.

Юноша придвинул стол поближе к табурету и развел руками.

— Приношу извинения за нехитрую мебель. Это все, что я могу. И то, боюсь, к завтрашнему дню она растворится бесследно.

— А я думала, любой ветер умеет создавать предметы из ничего.

— Не любой. — Либ покраснел. — В основном верховные. Но я научился, пока служил у повелителя.

— А воздушного коня наколдовать сможешь? — Девушка поглядела с надеждой.

— Не-ет, — протянул светловолосый. — Ничего из того, что могло бы быть живым, — двигаться, размышлять.

— Жаль. — Она вздохнула, теряя надежду ускакать из Железного дома.

— Но повелитель способен на большее. Когда он прибудет, попросишь себе лошадь, а я погляжу на выражение его лица. — Ветер скалистых ущелий прыснул.

— Издеваться надо мной вздумал?

Либ примирительно водрузил на стол поднос с ужином.

— Нет. Просто впервые слышу, чтобы о Хёльмвинде говорили, как о старом знакомом. Да и девушек он на моей памяти ни разу в Сеам Хор не приносил.

Изольда отхлебнула чаю.

— Будем надеяться, ему не составит труда вернуть меня обратно тем же путем.

Ее собеседник загадочно промолчал.

Но Хёльмвинд не появился ни назавтра, ни в следующие три дня. Принцесса маялась от безделья и тревоги за Таальвена, блуждала по ветряному чертогу, открывая все двери подряд. И старалась не сталкиваться в коридорах с рыжеволосой Лэлле, которая исправно доставляла во дворец еду. Раз уж ветресса такая затворница, не стоит нарушать ее одиночество.

Поначалу Изольде казалось, что кроме них троих в Железном доме нет ни души. Но очень скоро она научилась различать в шорохах сквозных коридоров воздушную поступь северных ветров. Как-то раз даже видела плащ, мелькнувший в окне башни, слышала голоса в дальних залах.

А когда направилась проверить свои догадки, поняла, почему никого не встречает в холлах. Дело в том, что многие двери и коридоры находились высоко в стенах, а лестниц или других путей к ним не было. Значит, некоторые ярусы дворца закрыты для нее. Попасть на них может лишь тот, кто умеет летать.

Принцесса высказала свои предположения Либу, и юноша нехотя подтвердил их.

— Я поместил тебя здесь, потому что центральная часть дома самая безопасная. В боковых флигелях есть обрывающиеся коридоры, двери, ведущие в пропасть.

Этим объяснением приходилось довольствоваться, хотя девушке страстно хотелось исследовать скрытую сторону замка.

Однажды, услышав тонкий девичий смех, она бросилась вверх по лестнице и вышла на внутренний крохотный балкончик, возвышающийся над залом. В противоположной стене виднелся такой же, но попасть на него не было никакой возможности. Расстояние в пятьдесят саженей преодолеешь разве что верхом на летающем волке.