Евгения Сафонова – Девять кругов мкАДА (страница 16)

– Ты такое умеешь? – шепотом спросил я.

– Один раз получилось. Я спустил с чертовой лестницы мужчину, который пьяным лез к девушкам в парке. Была зима, и ступеньки были скользкие. Он кубарем покатился вниз.

– Знаешь, – задумчиво проговорил я, – давай никому об этом не говорить. Особенно Адаму.

– Хорошо, – улыбнулся Лука. – Честно говоря, я хотел бы обнять тебя, да вот боюсь, что пройду сквозь твое тело и добавлю головной боли.

– Да, больновато это все происходит, – улыбнулся я.

Голова, кстати, незаметно начала проходить.

– Так что просто скажу спасибо, Адриан.

Из туалета вышел Денис.

– Придурок, – бросил он проходя. – Совсем чокнулся.

– Может, все-таки скинуть его? – вновь предложил Лука.

– Я подумаю над твоим предложением, – ответил я, когда одноклассник зашел в кабинет. Завтра вся школа будет обсуждать, что «Адриан сумасшедший». Ну черт с ними. Улыбнувшись, я спросил: – Как насчет навестить твоих родителей сегодня?

Мария Понизовская

Сезон урожая

Их костры инквизиции никогда не пылали. Но нам все равно вместе было не ужиться. Из-за них.

Они всегда любили называться коренными жителями, но корней этого города никогда не видали. Потому что там жили мы. Всегда».

Он думал, что будет сложнее. Но права была сестра, говоря: «Ты действительно чувствуешь, когда находишь свое».

Осень здесь – занятное зрелище. Этот эклектичный город к концу сентября становился еще разнороднее, пестрее, рассыпчатее. Как в нем можно было отыскать хоть что-либо? Впрочем, Филипп любил головоломки.

На Покровке – вереница кондитерских, кофеен и ресторанчиков. Они выглядели так по-разному, а угощали почти одним и тем же. Но Филиппу нужно было одно конкретное место – дом двадцать шесть дробь один. Странное расположение, странный облик и название. И кто решил, что забираться через окно в трапезную залу – забавная идея? Кто решил, будто обустраивать щегольскую кофейню при храме – удачная мысль?

Задерживаться здесь Филипп не планировал.

– На обычном? – спросил его мальчишка за прилавком. – Молоке?

«А есть необычное?»

Филипп насмешливо прищурился, но ответил просто:

– Конечно, – и протянул три новенькие сотни.

Мальчишка смял их до хруста и выпорхнул из-за прилавка. Он казался немногим моложе самого Филиппа, был чистым и пропах пережаренными кофейными зернами. Мальчишка… мог бы подойти, конечно. Хоть и был совершенно не тем, что нужно. Однако…

Однако он еще пригодится. Попозже.

Кофе, когда-то десерт богачей, теперь обжигал пальцы через бумажные стенки дешевого стакана «навынос».

Филиппу нужно было убраться подальше от этого места. Пока что. Неплохо бы дойти до метро, но снова спускаться под землю так не хотелось…

Он стоял, будто изваяние, посреди тротуара. Если б не крышка, кофе давно выплеснулся бы на пальто – с такой силой врезались в Филиппа прохожие. Толкали в спину и бока. Скорее всего, он их раздражал.

На город обрушился дождь. Ливень не мог быть неожиданностью, но местным явно не пришелся по нраву. Они принялись натягивать на голову воротники, ускоряли шаг – хотя куда уж больше? – и прямо исчезали с улицы. Но Филипп местным не был. Точнее, был не совсем.

Покровка быстро пустела. Филипп задрал голову, позволяя каплям разбиваться о лоб и скулы. Это было приятное, непривычное чувство. И даже головная боль, вызванная церковными куполами, нависающими над ним, была в тот миг… терпима.

Пальцы разжались над ближайшей урной. Бумажный стакан, доверху наполненный кофе, полетел в корзину. Содержимое выплеснулось на черный мусорный пакет.

Филипп постоял еще немного, позволив себе полюбоваться хмурым небом через слипающиеся от дождя ресницы. И нехотя отправился в путь. Медленным, очень прогулочным шагом, будто одежда не успела вымокнуть насквозь, а капли не текли ручьем за шиворот. Будто он мог позволить себе не соответствовать этому городу, не носиться как умалишенный по его улицам.

О, но ведь он и правда мог.

Ленинская библиотека – неожиданный выбор. Большинство людей уже давно не ходят в такие места.

Но она ходила.

Пару раз в неделю. Сидела в читальном зале вся такая важная, будто составляла план порабощения человечества. Она была, конечно, не местной. Но делала все, чтобы слиться с Москвой, стать ее частью.

«Глупенькая, ведь ты куда лучше».

Ее имя – какая ирония! – ужасно подходило ей и всей ситуации. Вар-вара. Звучное и красивое, хотя Филиппа оно, конечно, забавляло. «Варвары» – так он называл тех, кто жил здесь.

Библиотека ее восхищала. Это было заметно по глазам. Филипп понимал, он тоже любил книги. Да и у мест, подобных этому, есть особое свойство – они заставляют время замирать. Так всегда происходит там, где прошлое встречается с настоящим.

«А еще там чувствуешь себя кем-то другим. Правда, Варвара?»

Сегодня она опоздала. Не то чтобы Филипп волновался. В конце концов, она всегда приходила по четвергам.

Варвара влетела в Дубовый зал с такими сияющими глазами, что даже хмурый полумрак рассеялся на мгновение. Филипп невольно залюбовался.

Ему нравилось смотреть на ее лицо. Изучать. Оно было чудесным. И волосы, волосы тоже были, конечно, ужасно красивыми. Светло-коричневые, гладкие. Ему хотелось потрогать их…

Она опустилась на стул и принялась раскладывать тетрадки на столешнице с видом ученого, принимающегося за проект, что перевернет мир с ног на голову. И хотя еще не слишком стемнело, потянулась к зеленому светильнику. Она всегда его зажигала, даже если в окна било солнце. Просто потому, что, вероятно, любила этот славный атрибут давно минувшей эпохи. Он заставлял ее чувствовать себя… кем-то другим.

Филипп любовался ею. И разве можно было его в том винить? Варвара – «иноземка», «чужачка» – так старалась выглядеть обыкновенной, посредственной. И вместе с тем совсем таковой не была.

Он держался на приличном от нее расстоянии. Занимал стол через проход и на три ряда ближе к высоким дверям. И собирался провести так ближайшие пару часов. Наблюдая, запоминая, анализируя.

Она уткнулась в тетрадь, запустив пальцы в волосы. Взгляд бегал по строчкам, едва заметно шевелились губы. Зрелище по-настоящему завораживающее…

Филипп прятался за книгой, разглядывая Варвару поверх страниц. А она перечитывала прошлые свои записи, время от времени что-то вычеркивая, что-то вписывая. Иногда отрывалась и разминала пальцы, демонстрируя ребро ладони, вымазанное синими чернилами. Она была левшой.

Филипп знал, над чем она работает. Он мог бы даже помочь ей, рассказать больше о Либере́е. Она и не представляла, как близко к ней подобралась… Но вместо того Филипп лишь подглядывал. По вторникам и четвергам. Изучал ее нос, искусственные веснушки и отпечатки туши на щеках.

«Занятно».

Варвара выглянула из-за своей настольной надстройки слишком внезапно. Он не успел ничего предпринять. Даже толком осознать… Она застала его врасплох. Поймала. Уставилась прямо на него – хмуро и с вызовом.

«Не нравится внимание, я могу понять, правда».

Ничего страшного.

Филипп улыбнулся. Это стоило определенных усилий, сперва губы не хотели поддаваться. Но что еще он мог сейчас сделать?

Рано или поздно так должно было случиться. Филипп не был слишком аккуратным. А она была слишком… завораживающей.

Варвара не улыбнулась в ответ. Ее взгляд стал совсем колючим, даже злым.

Ничего страшного.

Филипп отвел глаза. Откинулся на стуле, прячась за синей книжной обложкой. Посидел так еще пару минут. А затем поднялся и вышел из Дубового читального зала, больше на Варвару и не взглянув.

Вряд ли она запомнит его лицо. В этом городе слишком много людей. Даже в этой библиотеке, пусть и не самом нынче популярном месте. А даже если и запомнит… ничего страшного. Она вряд ли еще раз его когда-то увидит.

«Потому что это и не мое лицо вовсе».

Варвару прямо тянуло под землю. Она проводила в метро столько времени… по паре часов каждый день. Это шестьдесят часов в месяц. Тридцать дней в год. И если бы ей получилось прожить лет до восьмидесяти, то шесть с половиной из них она отдала бы тоннелям метрополитена.

Но и этого оказалось для нее недостаточно. Варя любила посещать еще и подземные торговые галереи.

Сегодня она бродила между книжных стеллажей, погруженная глубоко в себя, комично-сосредоточенная. Искала здесь всего лишь какую-то книгу, не Китеж-град или вход в Либерею. А выглядела при этом так…

– Вам помочь? – Девчушка в футболке «Читай-города» ворвалась в Варины мысли, и та испуганно дернулась, часто заморгав. Будто только очнулась от дремы.

– Нет, спасибо, – сказала Варвара.

Его иноземке не нужна была помощь. Зачем? Она была из тех, для кого блуждание по книжному пандемониуму – самая вкусная часть программы. Она никому не позволит вмешиваться в это маленькое приключение. Варвара спустилась в подземелья «Охотного ряда» ради охоты. И незачем было портить себе все веселье.