Евгения Ризен – Столп (страница 2)

Дрезина резко ушла вниз по крутому уклону. Тормоза взвизгнули, высекая сноп искр, и они вылетели в огромное, гулкое пространство.

Это был Трюм. Уровень Ноль. Здесь не было стен – только бесконечный лес исполинских бетонных опор, уходящих в непроглядную высь. Между опорами ютились лачуги из листового железа и гофрокартона. В воздухе висел сизый дым от костров, в которых жгли синтетический мусор.

– Приехали, – Яков спрыгнул с платформы, чувствуя, как под сапогами хлюпает жижа неизвестного происхождения. – Добро пожаловать на фундамент мироздания.

Из теней за ближайшей опорой вышли трое. На них были лохмотья, подозрительно напоминающие списанные комбинезоны техслужб, а в руках – заточенные куски арматуры.

– Резник? – проскрипел один из них, прищуриваясь. – Ты чего это притащил в наш огород? Сверху посыпалось?

Яков не стал дожидаться, пока у местных проснется любопытство или аппетит. Он знал этот взгляд – так смотрят на бесхозный кусок меди, который можно выгодно обменять на лишнюю порцию белкового концентрата.

– Мимо, ребята, всё мимо, – бросил Резник, не сбавляя шага и волоча Элиаса за собой. – Это не для ваших зубов мясо, оно радиоактивное. Из спеццеха выбросили, дезинфекция не помогла.

Пока те переглядывались, пытаясь сообразить, врет старик или стоит верить его мазутной роже, Яков нырнул под массивный фундамент опоры №402. Там, скрытый за нагромождением ржавых контейнеров, зиял провал технического колодца.

– Лезь, – скомандовал он, подпихивая парня к узкому скобтрапу, уходящему в сырую мглу. – Это «Нижние Горизонты». Здесь заканчивается архитектура и начинается геология.

Они спускались долго. Воздух здесь был неподвижным, густым и имел отчетливый привкус солей и древнего камня. Под «Трюмом» буквально врастал в коренную породу планеты, и здесь, в лабиринте дренажных систем и компенсационных зазоров, царила вечная ночь.

Яков зажег тусклый налобный фонарь. Свет выхватил из тьмы стены, покрытые склизким грибком, и трубы, которые были такими толстыми, что казались спинами спящих титанов.

– Здесь нас не найдут, – Резник уложил стонущего Элиаса на сухую бетонную плиту. – Датчики СБ сюда не дотягиваются, а местные боятся «подвального шепота». Говорят, тут живут те, кто мутировал еще при Первом Архитекторе. Врут, конечно. Здесь просто слишком тихо для нормальных людей.

Он вскрыл аптечку, спрятанную в потайном кармане комбинезона – еще одна привилегия старого лифтера. Достал тюбик с антисептическим гелем и кусок чистого бинта.

Элиас вздрогнул, когда холодное лекарство коснулось раны на боку. Его глаза, лихорадочно блестевшие в свете фонаря, зацепились за лицо механика. – Вы… вы слышите? – прошептал он. – Что слышу? Скрежет столпа? Это он под собственной тяжестью оседает. Нормальное явление. – Нет. Тишину. На Вершине… она такая же. Я думал, там музыка сфер, ангелы, ну или хотя бы шум компьютеров. А там – пыль. Толстый слой пыли на пустых креслах управления. Отец… мой отец сидел там и просто смотрел в окно на облака. Он уже год ни одной команды не отдал. Ни одной!

Яков замер с бинтом в руках. – То есть как – не отдал? А распределение ресурсов? А графики лифтов? А приказы СБ? – Автопилот, – Элиас горько усмехнулся, и на губах снова выступила кровь. – Протокол «Инерция». Система просто повторяет последние успешные циклы. Мы живем внутри гигантского трупа, Резник. Столп умер, просто он такой большой, что еще не успел остыть.

В глубине тоннеля что-то гулко ухнуло. Потом еще раз. Звук был тяжелым, ритмичным и совсем не похожим на оседание бетона.

Звук повторился. Это не был скрежет металла или капель. Это был ритмичный, сухой стук печатающей головки старого телетайпа. В мире, где всё управлялось сенсорами и голосом, этот звук казался доисторическим, как костяная флейта в космическом корабле.

– Слышишь? – Резник притушил фонарь, оставив лишь узкую щель света. – Это не машина. Это человек. И он очень старается, чтобы его не услышали наверху.

Яков подхватил Элиаса под мышки. Парень был тяжелым, как само осознание краха. Они двинулись на звук, пробираясь между трубами, обросшими соляными сталактитами. За поворотом, в нише, предназначенной для ревизии фундаментных болтов, горел слабый желтый огонек. Настоящий, живой огонь свечи, вставленной в горлышко пустой бутылки из-под технического спирта.

За столом, сбитым из упаковочных ящиков, сидел человек в очках с такими толстыми линзами, что его глаза казались огромными, как у глубоководной рыбы. Он сосредоточенно бил по клавишам аппарата, который Яков видел только в учебниках истории тридцатилетней давности.

– …точка, тире, точка, – бормотал человечек. – «Вершина не отвечает. Повторяю: созвездие Орион скрыто за облачностью сорок лет. Запрос на подтверждение реальности…»

Он замер, почувствовав чужое присутствие. Медленно, очень медленно «рыба» повернула голову к Резнику.

– О, – сказал он тонким голосом. – А я думал, сегодня по расписанию только крысы. Вы из какого сектора, коллеги? Из тех, кто еще верит, что мы куда-то летим, или из тех, кто уже понял, что мы просто стоим на месте?

Яков прислонил Элиаса к стене и выпрямился, чувствуя, как в пояснице что-то нехорошо хрустнуло. – Мы из тех, кто проголодался, – хмуро ответил механик. – И у кого на хвосте вся СБ тринадцатого уровня.

Человечек за столом вдруг улыбнулся, обнажив редкие желтые зубы. – СБ не спускается ниже Трюма. Здесь нет кислорода для их раздутого эго. Проходите, присаживайтесь на ящики. Меня зовут Самуил, и я – последний связист этого кладбища.

Яков посмотрел на Элиаса, потом на свечу. «Мир – небоскреб» снаружи был сталью и бетоном. Внутри он оказался гнилью и пылью. А в самом низу, как выяснилось, он состоял из сумасшедших, которые пытались докричаться до звезд.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.