Евгения Ринская – По следам старой охоты (страница 2)
Римма Борисовна бросила взгляд в ту сторону – в уголке скромно притулилась изящная статуэтка, изображающая пастушку. Она протягивала руки в пустоту, словно наклоняясь к невидимому другу. Вещица, конечно, симпатичная, но, по мнению Риммы Борисовны, слишком очевидная для того, чтобы обращать на нее много внимание. Куда интереснее те выставленные по углам китайские вазоны.
Впрочем, она действительно помнила маленького пастушка с флейтой, который украшал румынскую стенку в их первой большой квартире, приобретенной на волне зарождающегося успеха Адриана Валентиновича. Думать о нем ей не хотелось, и она просто пожала плечами.
– Да, скорее всего, они были парными, так что неудивительно. Но подожди, сейчас я покажу тебе реальные архивные снимки Дома с башенкой! – и она потянула дочь в сторону, туда, где на стене висел выцветший черно-белый снимок, изображавший фабриканта Мерцалова и его гостей.
Лиза, отчаявшись снять подходящий контент, наконец опустила телефон и покорно последовала за ней.
Когда экскурсия была окончена, они вместе с дочерью вернулись в кабинет директора, где все это время их ожидала Марья Власьевна. От нее не укрылось видимое облегчение на лице Лизы, и она с пониманием усмехнулась.
– Да, Римма, умеешь ты заразить любовью к истории. Хотя Лизе, наверное, не привыкать.
Лиза только отмахнулась – дочь музейного работника, она привыкла к восторженным экскурсиям. Римма Борисовна их переглядок не заметила. Ее все еще захлестывало волнение от возможности поделиться с кем-то всеми обретенными сведениями.
– Ты подожди, Лиза, сейчас еще покажу тебе наше хранилище…
Но Марья Власьевна решительно поднялась со стула.
– Ну, хватит ребенка мучать! Давай, вешай замок на свой амбар, все равно вечером во вторник никакие туристы к тебе не придут. Поедем ко мне – чаи пить и кампанию обсуждать.
Взгляд Лизы, порядком утомленной обрушившимся на нее потоком информации, просветлел – она с надеждой посмотрела на подругу матери.
– Какую кампанию? – оторопела Римма Борисовна.
Марья Власьевна всплеснула руками.
– Вот еще, забыла! Октябрь – выборы председателя на носу.
– Так осень же, все разъехались, – робко возразила Римма Борисовна.
– Ну и правильно, – уверенно кивнула головой Марья Власьевна. – Еще не хватало нам всех подряд слушать. Сейчас все лишние уедут, и мы спокойно, безо всякой вашей демократии, проведем выборы и продолжим работать. Но кампания – это святое.
Римма Борисовна глянула на часы – конечно, в словах подруги была правда. Осенним вечером в будний день вряд ли кто придет в музей. А дочь все-таки проделала неблизкий путь – у нее у самой дома было, как обычно, шаром покати, она предпочитала пищу духовную. Так что воспользоваться предложением Марьи Власьевны, конечно, стоило.
– Но мне нужно будет заехать к уборщице, чтобы передать ей ключи, – строго сказала Римма Борисовна. – Это по дороге.
Старенькая Анна Петровна оставалась вторым сотрудником в музее кроме Риммы Борисовны. Правда, за полноценного сотрудника она, скорее всего, считаться не могла – старушка работала на полставки здесь и в паре магазинов, так что Римма Борисовна каждый вечер передавала ей ключи под роспись, а утром по дороге на работу забирала.
– Вот и хорошо, – подытожила Марья Власьевна. – А Лизонька нас отвезет, да, дружочек?
Лиза, перед которой замаячила перспектива смены обстановки, энергично закивала.
Все вместе они вышли на тихую провинциальную улочку. И уперлись в большой красный внедорожник, припаркованный у самого музея. Едва Лиза появилась из дверей музея, машина приветственно пиликнула. Римма Борисовна уставилась на дочь.
– Лиза, ты что, новую машину купила? Она же дорогая!
Лиза легкомысленно уселась на переднее сидение и махнула рукой.
– Зато красивая, мам, не переживай! Лучше поехали смотреть вашу Неприновку.